Встреча
Шрифт:
— Ага, вот и твой глобус, — прошептал Питер, направляясь к сейфу.
— Я полагаю, о глобусе нам следует забыть. — Гарри приподнял краешек ковра. — Лавджой вовсе не собирался скрывать расположение своего сейфа, когда я пришел к нему на следующий день после того, как мы с Августой выкрали ее расписку. Возможно, он использует глобус лишь для второстепенных бумаг или просто для отвода глаз. У Паука, определенно, должен быть другой, тщательно спрятанный тайник.
— Понял. Да, тут ничего особенного нет. — Питер уже открыл глобус и рылся в нем. Потом
Через двадцать минут Гарри обнаружил то, что они искали, случайно задев скрытый механизм, укрепленный под половой доской.
— Я думаю, это именно то, что нам нужно, Шелдрейк. — Гарри вытащил из-под пола маленькую металлическую коробочку и замер, услышав в холле шаги: видимо, кто-то из слуг пробирался украдкой к себе, слишком поздно возвращаясь из пивной. — Давай лучше рассмотрим эту штуку в другом месте.
— Ладно. — Питер уже перелезал через окно.
Часом позже, удобно устроившись за столом у себя в библиотеке, Гарри наконец открыл металлическую шкатулку. И первое, что они увидели, — это блеск драгоценных камней.
— Похоже, с Пауком за предательства расплачивались камешками, — задумчиво проговорил Питер.
— Похоже. — Гарри нетерпеливо рылся в шкатулке и наконец извлек из-под россыпи драгоценных камней какие-то бумаги.
Он быстро перебирал их и наконец обнаружил тонкую тетрадь. Там было всего несколько коротких, похожих на криптограммы записей, содержащих указания на время и место. Эти записи могли быть либо очень важны, либо совершенно бесполезны. Однако последняя запись привлекла его внимание. Он почувствовал опасность.
— Что ты там обнаружил? — Питер склонился к нему. Гарри прочитал вслух:
— Люси Энн. Веймут. Пятьсот фунтов за июль.
Питер уставился на него:
— Но что, черт побери, это означает? Может, у этого ублюдка там какая-нибудь птичка?
— Сомневаюсь. И уж, во всяком случае, не за пятьсот фунтов в месяц. — Гарри некоторое время молчал, обдумывая ситуацию. — Веймут выше на восемь миль от Грейстоуна, и там есть вполне приличная гавань.
— Ну да, это всем известно. И что же?
Гарри медленно поднял на него глаза:
— А то, что «Люси Энн»— это наверняка судно, а не содержанка. И что Паук, видимо, уплатил капитану этого судна целых пятьсот фунтов за один только июль.
— Ну да, за июль. Но зачем, черт побери, ему понадобилось выкладывать такую сумму?
— Чтобы быть уверенным, что судно будет полностью готово к отплытию. Вспомни, Паук всегда любил удирать от преследователей по воде.
— Да, верно!
Гарри закрыл тетрадь, чувствуя, как внутри у него все похолодело.
— Мы должны отыскать его. Сейчас же. Сегодня.
— Вот тут ты совершенно прав, Грейстоун!
Но Лавджой отлично умел заметать следы. Гарри и Питеру потребовался почти весь следующий день, чтобы выяснить только одно: в Лондоне Лавджоя уже нет.
Свою первую ночь в Грейстоуне
С вечера она в сопровождении лакея обошла все комнаты и проверила, хорошо ли заперты окна и двери, не забыв спросить, спущены ли сторожевые собаки. Дворецкий заверил ее, что в доме полностью безопасно.
— Его сиятельство давно заказал специальные замки, мадам, — сказал ей Стриплз. — Очень хитроумные.
И тем не менее уснуть Августа не могла.
Она откинула одеяло и потянулась за пеньюаром. Потом взяла свечу, зажгла ее, сунула ноги в туфельки и вышла на лестницу, решив еще разок взглянуть на Мередит.
Еще издали она увидела, что дверь в комнату Мередит открыта, и бросилась туда, прикрывая рукой мечущееся пламя свечи.
— Мередит?
Постель была пуста. Августа огромным усилием воли заставила себя сохранять спокойствие. Нет, впадать в панику нельзя! Окно в комнате Мередит было по-прежнему крепко заперто. Имелось несколько логичных объяснений исчезновения девочки: она отправилась на кухню попить воды или захотела поесть…
Августа уже сбегала по лестнице вниз, когда, глянув через перила, заметила узенькую полоску света под дверью библиотеки. Она зажмурилась, глубоко вздохнула и бросилась туда.
Открыв дверь, она сразу увидела Мередит. Девочка свернулась клубочком в большом отцовском кресле. В нем она выглядела совсем маленькой и хрупкой. Она зажгла лампу, а на коленях у нее лежала книга. Мередит тут же подняла на Августу глаза:
— Добрый вечер, Августа. Вам тоже не спится?
— Да. Представь себе. — Августа улыбнулась, чтобы скрыть душевное волнение и то огромное облегчение, которое испытала, увидев девочку целой и невредимой. — Что вы читаете?
— Пробую читать «Хранителя древностей», но плохо получается! И столько непонятных слов!
— Понимаю вас, Мередит. — Августа поставила свечу на стол. — Может быть, мне почитать вам?
— Пожалуйста! Это было бы так чудесно!
— Тогда давайте перейдем на диван. Там мы сможем сесть рядышком, и вам будет удобно следить за текстом.
— Хорошо. — Мередит выкарабкалась из кресла и вместе с Августой уселась на диван.
— Но сначала, — сказала Августа, снова вставая и быстро опускаясь на колени перед очагом, — я разожгу огонь. Здесь холодновато…
Через несколько минут обе уже уютно устроились перед гудящим камином. Августа взяла в руки роман, авторство которого приписывалось Вальтеру Скотту, и принялась читать вполголоса — о пропавших наследниках, охотниках за сокровищами и опасных приключениях.
Спустя некоторое время Мередит зевнула и положила головку Августе на плечо. Прошло еще несколько минут, и Августа, случайно взглянув на свою падчерицу, увидела, что та спит.
Августа еще долго сидела, не шевелясь и глядя на пламя. Сегодня она почти почувствовала себя настоящей матерью Мередит. Она не меньше настоящей матери хотела уберечь свою девочку от опасности.