Встречный бой
Шрифт:
Полицейские молчали, только безумный сержант хихикал, не переставая.
— Обвинения в дезертирстве и порче государственного имущества, — при этих словах Роберту показалось, что полковник глянул в его сторону, — пока не сняты. Но материалы допросов на Эброне получены, и с ними будут разбираться специалисты. Вы будете доставлены на базу полка, где пройдете через дознание и медицинское обследование, причем вас осмотрят и психиатры.
— Господин, вы решили, что мы все сошли с ума? — спросил Крауч.
Чжан не стал одергивать нарушившего
— Некоторые — точно, — сказал он. — Вполне вероятно, что вы попали под мощную пси-атаку. Или побывали под воздействием некого галлюциногена, проникающего через дыхательную маску. Говорят, на Халикте есть какая-то дрянь, что пролезает даже через кожу. В любом случае, под каким-то негативным влиянием начали стрелять друг в друга.
— А что с Халиктом, господин? — поинтересовался кто-то.
— На Эброн отправлен один из батальонов первого полка, — полковник чуть заметно поморщился. — Как только портал починят, они в костюмах высшей защиты проберутся туда и проведут разведку.
— Батальон… но это же мало! Мало! — почти с отчаянием сказал Вантерпул.
— Тихо, лейтенант! — лицо Чжана посуровело. — Это решать не вам, и даже не мне! Разговор окончен! Обеспечьте посадку своих людей в транспортер! Мы отправляемся немедленно!
— Есть! — ответил Вантерпул.
Проводив взглядом усевшегося в кар полковника, он первым зашагал к транспортеру. За лейтенантом потянулись остальные.
Сканер негромко гудел, а сидящий за его пультом доктор мурлыкал себе под нос популярную песенку «О, если бы я был молодым, я бы веселился и плыл по течению, крошка…».
Через пятнадцать минут пение это начало Роберта раздражать, а еще через полчаса он взмолился Единому, чтобы тот заткнул лишенному вкуса и слуха медику рот.
Желание не исполнилось, но закончилось само обследование.
— О, если бы я был молодым, крошка… — пропел доктор. — Все, рядовой Кузнецов, с вами закончено…
— В каком смысле? — насторожился Роберт.
— Можете одеваться, — улыбнулся доктор. — С вами, в общем-то, все в порядке, за исключением нескольких ушибов, рассечений кожной ткани и небольшого истощения нервной системы… Следов каких-либо посторонних веществ в организме не обнаружено.
— Понятно, — Роберт слез с прозрачного стола сканера и принялся одеваться.
На базу их привезли вчера вечером. Рехнувшегося сержанта отправили в санитарную часть, а остальных под конвоем собственных товарищей из другого батальона загнали в казарму.
А утром, сразу после завтрака, отвели в здание штаба, где разместилась прибывшая ночью медицинская комиссия.
— Можете сказать следующему, чтобы заходил, — кивнул врач, когда Роберт взялся за ручку двери.
В коридоре, на установленных вдоль стены лавках, сидели его товарищи по несчастью. Игл выглядел оскорбленным, Вантерпул равнодушно таращился в стенку, Крауч сидел, сгорбившись, а Мартинес бросал злобные взгляды на конвойных, не выпускающих
— Следующий, — сказал Роберт. — Доктор ждет.
— Иди к психиатру, — заметил возглавляющий конвой сержант.
Психиатр расположился в кабинете заместителя командира полка по воспитательной работе. За головой специалиста по мозгам висел плакат с надписью «Этический кодекс полицейского», а на столе красовался гигантский фаллос из красного дерева, года полтора назад добытый первым батальоном во время рейда по притонам Шанхая.
Сам психиатр, крошечный и чернявый, в этой обстановке совершенно терялся.
— Так, присаживайтесь, — сказал он с интонациями стоматолога, заполучившего очередную жертву.
— Спасибо, — Роберт послушно опустился в мягкое кресло, которого раньше в кабинете не было.
— Так, начнем, пожалуй… — психиатр потер руки. — Ваша фамилия, возраст, место рождения.
— Кузнецов, двадцать четыре, Владивосток.
Дальше вопросы пошли куда менее безобидные.
Беседа тянулась между бесконечными «так» и «пожалуй», психиатр то и дело глядел на экран портативного вычислительного центра и многозначительно покачивал головой.
— Так… какие чувства вызвали у вас те существа, которых вы видели на Халикте? — этот вопрос заставил Роберта сжать кулаки.
— Гнев, злость, отвращение, — ответил он. — Неужели непонятно? Они убивали моих друзей! Так я что, должен был воспылать к ним любовью?
— Пожалуй, нет, — психиатр вздохнул. — Ладно, рядовой Кузнецов, вы свободны.
— Так что у меня с головой? — спросил Роберт от двери.
— Небольшой стресс, не более того, — психиатр покачал головой. — Но он лишь следствие того, что вы пережили.
В коридоре почти ничего не изменилось — конвойные зевали, те, кого они охраняли, дремали.
— Ох, тоска, — пробурчал Крауч, когда Роберт сел рядом. — А ведь еще к следователю на допрос идти!
При этой новости Роберт на мгновение пожалел, что не свихнулся вместе с сержантом из третьей роты.
Дочь эволюции.
6.
Земля содрогнулась, заставив транспортеры затрястись, подобно суденышкам на набежавшей волне. Над одной из гор на горизонте поднялся столб алого свечения.
— Узнаю родные места, — проворчал Пабло. — Тишь и благодать, как обычно…
Выведенная с Халикта вторая оперативная бригада за последние дни преодолела многие сотни километров, миновала Норли, Хордан и прибыла на Регед, место постоянного базирования.
Но судя по тому, куда именно направлялись прошедшие через портал транспортеры, бойцов везли вовсе не в казармы.
Регед выглядел как обычно — багровый кругляш солнца просвечивал сквозь темные клубы облаков. В воздухе кружили мельчайшие частички пепла, землю покрывала жирная черно-серая пыль.