Всяк падающий

миссис Руни (Мэдди), особа на восьмом десятке

Кристи, возчик

мистер Тайлер, бывший биржевой маклер

мистер Слокум, администратор ипподрома

Томми, носильщик

мистер Бэррел, начальник станции

мисс Фитт, особа на четвертом десятке

Женский голос

Долли, маленькая девочка

мистер Руни (Дэн), муж миссис Руни, слепой

Джерри, маленький мальчик

Доносятся звуки сельской местности. Овца, птичка, корова, петух; сперва

по отдельности, потом все вместе.

Безмолвие.

По проселочной дороге в сторону железнодорожной станции движется м-с Руни. Слышны ее шаркающие шаги.

Из дома при дороге слабо доносится музыка. «Смерть и девушка». Шаги замедляются, остановка.

м-с РУНИ: Бедная женщина. Совсем одна в этом развалившемся старом доме.

Музыка делается громче. Только она нарушает тишину.

Звук шагов возобновляется. Музыка умолкает. М-с Руни вполголоса вытягивает мелодию. Ее голос умолкает.

Слышно, как приближается тележка. Тележка останавливается. Шаги замедляются, остановка.

м-с РУНИ: Это вы, Кристи?

КРИСТИ: Точно, мэм.

м-с РУНИ: Мул показался мне знакомым. Как поживает ваша несчастная супруга?

КРИСТИ: Не лучше, мэм.

м-с РУНИ: А ваша дочь?

КРИСТИ: Не хуже, мэм.

Безмолвие.

м-с РУНИ: Почему вы остановились? (Пауза) Почему вы остановились?

Безмолвие.

КРИСТИ: Чудесный денек для скачек, мэм.

м-с РУНИ: Без сомнения. (Пауза) Вот продержится ли он? (Пауза. С чувством). Продержится ли?

Безмолвие.

КРИСТИ: Вам, наверное, вряд ли —

м-с РУНИ: Чш! (Пауза) Вот этот шум, это ведь не курьерский, правда?

Безмолвие. Ржет мул. Безмолвие.

КРИСТИ: К черту курьерский.

м-с РУНИ: Слава Богу! Не то я могла бы поклясться, что слышала, как он прогрохотал вдалеке. (Пауза) Точь-в-точь как мул ржет. Ну, это и неудивительно.

КРИСТИ: Вам, наверное, вряд ли нужна небольшая партия навоза?

м-с РУНИ: Навоза? А что за навоз?

КРИСТИ: Свиной навоз.

м-с РУНИ: Свиной навоз… мне импонирует ваша искренность, Кристи. (Пауза) Справлюсь у хозяина. (Пауза) Кристи.

КРИСТИ: Слушаю, мэм.

м-с РУНИ: Не находите ли вы чего-нибудь странного в том, как я говорю? (Пауза) Речь идет не о голосе. (Пауза) Нет, речь идет о словах. (Пауза. Большей частью к себе) Я употребляю только самые простые слова, надеюсь, и, тем не менее, то, как я говорю. порой кажется мне очень… странным. (Пауза) Боже! Что это было?

КРИСТИ: Не обращайте внимания, мэм, сегодня он резв не в меру.

Безмолвие.

м-с РУНИ: Навоз? Что бы мы стали с ним делать, в нашем-то возрасте? (Пауза) Чегой-то вы топаете по дороге пешком? Чего не залезете на свои удобрения и не катитесь? Вы что, плохо переносите высоту?

Безмолвие.

КРИСТИ(мулу): Но! (Пауза. Громче) Но-о, пошла, негодная тварь!

Безмолвие.

м-с

РУНИ: И ухом не ведет. (Пауза) Ну да и мне пора двигать, коль я не хочу опоздать на станцию. (Пауза) Вот сию минуту он ржал и бил копытом землю. А нынче и не думает трогаться. Вытяните-ка его как следует кнутом по заду. (Удар кнута. Пауза) Шибче! (Удар кнута. Пауза) Вот так! Каб меня так, я б столько не раздумывала. (Пауза) Как смотрит он на меня огромными влажными, истерзанными слепыми глазами! Быть может, пойди я дальше, по дороге, прочь с его глаз… (Удар кнута) Нет, нет, хватит! Возьмите его за узду и отверните от меня эти глаза. О, ужас! (Она начинает идти. Слышно, как шаркают ее ноги) Что я такого сделала, чтоб заслужить все это, что, что? (Шаркающие ноги) Много лет тому назад… Нет! Нет! (Шаркающие шаги. Цитирует) «Дела давно минувших дней, И что-то там старины глубокой». (Она останавливается) Ну, как жить дальше, сил нету. Вот хлопнуться бы прямо на дорогу, как большая жирная медуза из плошки, и никогда больше не шевелиться! Огромная лепеха под толстым слоем песка, пыли и мух, пришлось бы меня соскребать лопатой. (Пауза) Боже, опять этот курьерский, да что со мной творится! (Шаркающие шаги возобновляются). О, я знаю, я просто старая сумасшедшая ведьма, уничтоженная горем, тоской, аристократизмом, религиозностью, ожирением, ревматизмом и отсутствием детей. (Пауза. С надломом) Минни! Минни, крошка! (Пауза) Любви — вот все, чего я просила, немножко любви, каждый день, по два разика, пятьдесят дет любви дважды на день, словно постоянный клиент у парижского забойщика лошадей, какая нормальная женщина требует обожания? Чмок утром в щечку, за ушко, и еще вечером, чмок, чмок, пока не вырастают усы. Ах, вот опять этот чудесный ракитник. (Шаркающие шаги. Раздается велосипедный звонок. Это пожилой м-р Тайлер, который догоняет ее на велосипеде по пути на станцию. Скрип тормозов. Он сбрасывает скорость и едет рядом с ней).

м-р ТАЙЛЕР: Миссис Руни! Прошу меня извинить, если я не снимаю кепку — могу упасть. Божественный денек для встречи.

м-с РУНИ: О, мистер Тайлер, вы меня насмерть перепугали, подкрались точно охотник к антилопе! Ох!

м-р ТАЙЛЕР(игриво): Я вам сигналил, миссис Руни, как только увидел вас, тут же стал трезвонить, так что не отпирайтесь.

м-с РУНИ: Ваш звонок, мистер Тайлер — одно, а вы — совсем другое. Какие новости у вашей дочери?

м-р ТАЙЛЕР: Недурные, недурные. Ей, видите ли, все удалили… э-э… подчистую. Теперь я без внуков.

Шаркающие шаги.

м-с РУНИ: Господи, как вас кидает! Слезайте, ради Бога, или езжайте вперед.

м-р ТАЙЛЕР: Миссис Руни, может, я легонько положу руку вам на плечо, как бы вы на это посмотрели? (Пауза) Разрешили бы?

м-с РУНИ: Нет, мистер Руни, то есть мистер Тайлер я хотела сказать, я уже устала от этих дряхлых легких прикосновений к моим плечам и всяким другим нелепым местам, меня тошнит от этого. Боже, едет фургон Коннолли! (Она останавливается. Шум автомобиля. Он приближается, проезжает мимо с громоподобным треском, удаляется). С вами все в порядке, мистер Тайлер? (Пауза) Да куда ж он подевался? (Пауза) Ах, вот вы где! (Шаркающие шаги возобновляются). Беда казалась неминуема.