Вторая игра

Аллесий

Имя: Мангетсу Хозуки

Раса: человек (энергетическая форма)

Уровень: 84

Возраст: 20 лет

Класс: шиноби

Подкласс: боевик-рукопашник; ликвидатор; ирьенин; фуин; шпион

Сила: 49

Ловкость: 60

Выносливость: 59

Интеллект: 27

Мудрость: 17

Воля: 24

Харизма: 17

Классовые характеристики:

Инь: 680

Янь: 1680

Чакра: 78 (1460/1460)

Достойно, очень достойно. Этот шиноби превосходит большинство виденных мною ранее. А ещё мы не сможем подчинить его тело: он — энергетическое

существо, а наш фуин-комплекс рассчитан на человека. Подчинение здесь возможно только при обладании чакрой, способной удержать его тело от распада, что вряд ли возможно, потому что он, насколько мне известно, последний из клана Хозуки, а у меня эта черта просто недостаточно развита, как и у Саске, так как мне почему-то кажется, что друг тоже взял часть чакры этого шиноби. Гм…

Путь людей? Не вышло: стояла весьма недурственная защита. Очень хитрая. Даже не ожидал, что такую можно выставить.

Мангетсу же тем временем рассматривал меня. Весьма пристально рассматривал.

— Наруто Узумаки, да? — кстати! А ведь запихнуть на нижний уровень я его тоже не смогу: тело развалится, лишившись чакры.

— Да, это я, Хозуки Мангетсу. Скажи, зачем ты пытался похитить Джинчурики Шестихвостого?

— А то ты не знаешь? По глазам вижу — знаешь! Ну и чего ты хочешь от меня, Узукаге-доно?

— Не знаю, Хозуки. Я бы предложил тебе вернуться в своё селение, но ты ведь не согласишься?

— Из-за Кири погиб мой младший брат! Ты думаешь, я буду служить Туману?!

— А зачем ты пошёл в Акацуки, Мангетсу? Что эта организация может тебе дать?

— Пейн-сама обещал уничтожить Великие деревни шиноби, прекратить войны между странами, убрать из мира угрозу Хвостатых демонов… и эти цели мне достаточно близки.

— Лжёшь, — спокойно посмотрел я на него. — Точнее, не совсем. Просто не договариваешь.

— Пейн-сама наследник Рикудо Сенина.

— О? А так? — я хмыкнул и посмотрел в глаза Мангетсу одним своим открытым Риненганом.

— Кай! Гм… значит и ты тоже? И что же ты хочешь, Узукаге? Чтобы я стал служить тебе? Я уже отдал свою верность и менять сторону не стану.

— А если я выиграю? Если Пейн умрёт? Тогда ты присягнёшь мне? Согласишься возродить свой клан в Узугакуре но Сато? — испытывающее посмотрел я на него.

— Соглашусь, — опять он улыбается, как акула. — Но сначала победи. И пока ты этого не сделаешь, я не перестану служить Нагато-доно.

— Я не против. Сбежать отсюда тебе не удастся, — я уже повернулся, чтобы уйти, но Хозуки остановил меня:

— А что это за место? И что за растения? Они высасывают чакру?

— Верно. И из тебя они её тоже сосут постепенно, оставляя небольшую капельку, чтобы твоё тело могло существовать. Ты сейчас находишься в лёгкой форме чакра-истощения и мы её будем поддерживать постоянно, — не оборачиваясь, я вышел из камеры, подготовленной для таких, как Хозуки.

Чем больше я узнавал о душах и энергетике в целом, тем непонятней становился для меня один вопрос: откуда берётся чакра у шиноби, появившихся в результате подчинения нашими клонами-подселенцами.

Судя

по тому, что я знал, душа вырабатывала некую энергию, которая поддерживала источник чакры стабильным. Под влиянием души этот самый источник, собственно, и появлялся. Другими словами, когда мы вырывали души из тел, источники должны были рано или поздно дестабилизироваться. Однако этого не происходило. Да, они очень тяжело росли, но всё-таки не распадались и даже развивались. Однако у клонов нет душ, только образцы чакры. Кстати, что интересно, эти образцы начинали влиять на источник в общем.

Примером может служить Кейро, по каналам которого так же начала течь чакра, очень подходящая на нашу оригинальную, то есть мою. Да и его тело постепенно трансформировалось, приобретая черты, свойственные Узумаки. Медленнее, но это происходило и с другими моими шиноби-реципиентами. Получается, чакра и ДНК содержит? Эта проблема мне никак не давала покоя.

Данный вопрос я вывалил на Кушину и Кокуо, но первая была занята Лесом Грёз в реальности, а второй засел за своим проектом в моей личной внутренней вселенной, так что времени ещё и на мою просьбу у них не оставалось.

Тем временем на континенте творилось нечто непонятное. Такигакуре, Ива и Суна заключили военно-политический альянс, активно пользуясь ресурсами страны Водопада, меньше всего пострадавшей, для восстановления Ветра и Камня. Коноха же оказалась между двух огней: с востока мы, а с запада — альянс. Минато не знал, куда деться, вертясь, как белка в колесе, но ситуация была слишком непонятной и нестабильной.

На запад он податься не мог, у нас его тоже не особо принимали, хотя сотрудничать и не отказывались. Единственный весомый союзник оставался в лице страны Железа с её самураями, да ещё Кумо, которая якобы в наш союз не входила.

Таким образом мы смогли заключить просто-таки огромное количество договоров с Конохой и страной Огня, по большей части выгодных для нас. Хи но Куни скорее получало возможность нарастить объёмы производства товаров, получая от нас всё необходимое, пусть и дорого. Таким образом, хоть и искусственно, но Огонь восстанавливался после всех пережитых войн. Почему искусственно? Потому что реально благосостояние населения почти не росло, просто появились рынки сбыта товаров, чтобы дать возможность работать, но не богатеть от своей работы. Раньше-то сколько не работай, но работа-то всё равно нафиг никому была не нужна… ну, большинству людей.

Получая весьма немалую прибыль от всех наших предприятий, мы с Райкаге и Мизукаге почти полностью бросили наши ресурсы на увеличение военной мощи. Наш центр подготовки принял первый выпуск академий Узу, Кири и Кумо. Впрочем, из Узу там было всего-то человек двадцать, тогда как даже Кири предоставила сорок пять, а общее число было в сто тридцать генинов.

У Конохи в больших объёмах закупались пищевые пилюли, стимуляторы и другая химия, производства Акимичи. Все наши шиноби, использующие Мокутон, помогали крестьянам растить урожаи, заодно и тренируясь.