Вторая клятва
Шрифт:
И таким вот дурацким нападением — тоже.
Еще кто-то упал замертво. Прочие нерешительно отступили, переглядываясь между собой. Похоже, до нападающих только сейчас дошло, что они вляпались во что-то слишком для них сложное.
Их замешательство следовало использовать немедленно. Подхватив два валяющихся на полу кинжала, он совершил стремительный кувырок вперед; две узких полосы стали сверкнули в лунном свете, расходясь в стороны, словно два полумесяца на воде. Темные берега обагрились кровью. Еще один кувырок и вновь двойной взмах… Оставшиеся опрометью бросились
— Все в порядке, учитель? — Мальчишка возник словно из-под земли.
— Ну, конечно, — ответил он. И усмехнулся. Чем дальше, тем больше мальчишка его опекает. Вот из кого со временем наставник вырастет!
— Сколько на твоем счету?
— Трое, учитель.
— А внутрь почему не пошел?
— Не хотел вам мешать, учитель, — почтительно отозвался мальчишка.
— Молодец.
— Но… ваше плечо…
— Плечо? — Он только тут вспомнил про угодивший в него метательный нож. — Ерунда, неглубоко совсем.
— Все равно обработать надо. Потерпите, сейчас я его достану и…
Рана была промыта, обработана и как следует перевязана.
— Порядок.
— Не совсем, — поморщился он. — Трупы остались.
— Трупы? Это мы быстро, — отмахнулся мальчишка. — Сейчас подыщу место, куда их можно свалить, и…
— Подыщи, — кивнул он, направляясь к дому.
— А что это вы тут шумите? — невесть откуда вылез заспанный человечек.
— А ты кто таков, что вопросы задаешь? — откликнулся он, подхватывая за ноги одного из убитых и направляясь к выходу.
— Я хозяин гостиницы, вот и задаю, — ответил человечек. — Имею право.
— Имеешь, — кивнул он. — Отвечаю. Мы здесь, значит, трупы таскаем… трупы, они тяжелые, вот шумно и выходит. Не переживай, как все вытащим, так сразу тихо станет.
— Ах, трупы… — сразу успокоился хозяин. — Тогда ладно. Но как все вытащите, сразу чтобы тихо было. У меня приличное заведение.
Когда все трупы благополучно упокоились в ближайшей глубокой канаве, где и следовало изначально находиться людям, не умеющим обращаться с оружием и все-таки за него хватающимся, а хозяин гостиницы, успокоенный парой золотых монет, вернулся в свой закуток, бывший командир отряда фаласских храмовых стражей вновь открыл заветную дверь, подошел к постели и заботливо поправил одеяло на Карающей. Потом вздохнул и занялся прочей неизбежной уборкой. Следовало стереть кровь с пола, стен, потолка и мебели, умыться, привести себя в порядок — а там и ложиться можно.
Карающая пробудилась внезапно. Резко села, уставившись на него дикими глазами.
— Ты победил моих Господ! Как ты посмел?! — яростно выпалила она, вскакивая с постели. — И… как у тебя это получилось? — На этот раз ее тон был почти жалобным.
— Не думаю, что победил их, — добродушно улыбнулся
— Но… я — Карающая! — воскликнула она. — И сил мне дают мои Господа! Если ты победил меня…
— Не думаю, что всесильные Боги Смерти действительно так уж хотели моей гибели, — возразил он, садясь на постели. — Я хорошо им служу. Не так легко будет отыскать столь же способного и достойного слугу.
— Но Боги повелели… — ошеломленно промолвила она и, не договорив, замолчала.
— Разве Боги отдали тебе приказ? Ты получила его от жрецов. Так ведь?
— Но жрецы говорят от имени Богов… — Ее недоумение росло.
— Говорят, — саркастически усмехнулся он.
— Ты хочешь сказать, что они выдают свою волю за волю Богов? — гневно вопросила Карающая.
— Не обязательно. Выдавать одно за другое… это если кто-то вовсе в Богов не верит. А вот неверно истолковывать… сколько угодно. Ошибки случаются не только из-за злого умысла. Кстати, та самая Книга, из-за которой столько шума… Она ведь тоже несет смерть, верно?
— Ну, — буркнула Карающая, в очередной раз подумав, что вряд ли стоило тащить окаянную книгу с собой. Нужно было уничтожить ее на месте.
— Так зачем же за ней охотиться? Для чего уничтожать? — промолвил бывший командир отряда храмовой стражи. — Пусть берут и пользуются, у кого ума хватит.
— Тайное знание всегда принадлежало Храму!.. И будет принадлежать, — уже не столь уверенно добавила Карающая.
— Но ведь твоим Господам нравится смерть. Так разве плохо, если им начнет служить кто-то еще? Если еще кто-то принесет кровавые жертвы на их алтарь?
— Никто, кроме посвященных, не смеет…
— Вот, — прервал он. — Это и есть главное. Боги хотят жертв, а жрецы присвоили себе право их приносить.
— Но жрецы… — Карающая почувствовала себя глупо, объясняя очевидное. Ведь это же само собой разумеется! Небо — вверху, земля — внизу, жрецы выносят приговор, а Карающие его исполняют.
— Ни с кем не хотят делиться, — кивнул он. — Именно это я и хочу до тебя донести. Но люди все равно умирают. Сами по себе, в бою, зарезанные из-за угла. Есть места, где нет ни одного жреца или жрицы Храма Смерти. Есть места, где нет ни одной Карающей. А люди все равно умирают, когда наши соединяющиеся Господа рождают очередной комок темноты. Выбирай, кому ты служишь, Карающая: Храму или Богам?
— Я служу своим Господам, — не задумываясь, ответила Карающая. Потому что так оно и было.
— А твои Господа явно мне благоволят, — усмехнулся он. — Придется и тебе послужить мне.
— Ты хочешь, чтобы я кого-то для тебя убила? — удивилась она.
— Я хочу, чтобы ты пребывала в моей постели. Ночь за ночью. Год за годом. Пока мы не научимся жить долго и счастливо или пока один из нас не найдет способ убить другого.
— Это значит, что я не вернусь в Храм? — потрясение спросила она.