Вторая модель
Шрифт:
Перед ним спокойно и бесшумно бежала река. Одинокий наблюдатель вглядывался в ее гладкую поверхность с недоумением, которое быстро переросло в открытое беспокойство. Он ринулся вверх по течению; с одежды текло. Он спешил поскорее увидеть, что же там за мостом, и боялся этого.
Когда он подбежал поближе, через бетонную арку стала видна фигура лежащего Воля. Грэхем рванулся под арку, в ботинках противно хлюпала вода. Перед ним на берегу застыло безжизненное тело лейтенанта.
Торопливо отбросив со лба мокрые волосы, Грэхем нагнулся над Волем и схватил его за холодные, обмякшие ноги. Потом выпрямился; от тяжести
Рывком приподняв тело за ноги, он посмотрел вниз на его мотающуюся голову. Из разинутого рта Воля на башмаки Грэхема хлынула вода. Грэхем стал встряхивать тело, наблюдая за результатом. Когда вода перестала вытекать, он положил Воля на спину, сам сел верхом, положил сильные ладони на неподвижную грудь лейтенанта и стал ритмично надавливать на ребра.
Он все еще трудился над ним, устало, но не сдаваясь, когда тело внезапно дернулось. Из глотки вырвался булькающий звук. Еще через полчаса Грэхем сидел на заднем сиденье гиромобиля, который ему удалось остановить, и поддерживал ослабшего товарища.
– Вилл, у меня башка просто раскалывается, - пожаловался Воль. Он закашлялся, вздохнул и уронил голову на плечо Грэхема - Что-то меня долбануло в самом начале, наверное, дверца. Она открывалась по течению, ну меня и стукнуло. Я тонул, выплывал, снова тонул. Словом, нахлебался воды вволю. - В легких у него тихонько булькало. - Ощущение - как у грудного младенца, решившего поплавать.
– Все пройдет, - успокоил его Грэхем.
– Я уж решил, что мне совсем каюк. Так себе и сказал. Конец не из приятных - валяться на дне вместе со всяким хламом. Болтаться туда-сюда, туда-сюда среди тины да пузырей, и так до скончания веков. - Воль подался вперед, с него капала вода. Грэхем снова потянул его назад. - Я рвался на поверхность, как одержимый... В легких - одна вода. Выскочил наверх... тут чертов витон меня и сцапал.
– Что? - вскрикнул Грэхем.
– Меня схватил витон, - тупо повторил Воль. - Я почувствовал... как его мерзкие щупальца закопошились у меня в мозгу... вынюхивая, выпытывая. - Он хрипло закашлял. - Больше ничего не помню.
– Похоже, что это они вытащили тебя на берег, - взволнованно проговорил Грэхем. - Если они прочитали твои мысли, им теперь известны наши следующие шаги.
– Копошились... у меня в мозгу, - пробубнил Воль. Глаза его закрылись, из груди вырывались судорожные всхлипы.
– Почему же они не убили Воля, как других? - покусывая губы, спросил Лимингтон.
– Не знаю. Может быть, решили, что он не знает ничего такого, что представляло бы для них реальную опасность - Билл Грэхем выдержал пристальный взгляд шефа. - Я ведь тоже ничего такою не знаю, так что не надо думать, что каждый раз, выходя на улицу, я рискую погибнуть, а вам придется отвечать.
– Вы меня не обманете, - усмехнулся Лимингтон. - Просто удивительно, как долго вам везет.
Пропустив его слова мимо ушей, Грэхем сказал:
– Арт на несколько дней вышел из строя. - Он тихо вздохнул. - Вам удалось получить какие-нибудь новости о Падилье?
– Мы старались, - полковник недовольно хмыкнул. - Но наш человек, который этим занимался, не смог ни до чего докопаться. У тамошнего начальства и так дел по горло, им сейчас не до него.
– Что, очередной приступ "завтра-завтра, не сегодня"?
– Да нет, дело не в этом. Вскоре после того, как мы отправили
– Проклятье! - выругался Грэхем, кусая губы от досады. - Одной зацепкой меньше.
– У нас еще остаются любительские радиостанции, которые нужно проверить, - с кислым видом напомнил Лимингтон. - Мы уже взялись за дело. Эти чертовы радиолюбители обожают засесть где-нибудь на горной вершине или в непроходимых джунглях. Вечно выберут самые паршивые места.
– Разве нельзя вызвать их по радио?
– Почему же, можно - с таким же успехом я могу звать жену, которая куда-то ушла. Они выходят на прием, когда им заблагорассудится. - Открыв ящик стола, он извлек листок бумаги и протянул его Грэхему. - Вот, поступило как раз перед вашим приходом. Может, это что-то значит, а может, и нет. Вам оно что-нибудь говорит?
– Сообщение "Юнайтед Пресс", - прочитал Грэхем, быстро пробегая глазами текет. - Профессор Фергюс Мак-Эндрю, ученый-атомщик, пользующийся международной известностью, загадочно исчез сегодня утром из своего дома в Керкинтиллохе, Шотландия. - Он бросил быстрый взгляд на бесстрастно застывшего Лимингтона и возобновил чтение: - Исчез в неизвестном направлении во время завтрака, который так и остался недоеденным, даже кофе не успел остыть. Миссис Марта Лесли, его пожилая экономка, считает, что профессора похитили витоны.
– Ну как? - спросил Лимингтон.
– Не убит, а похищен! Вот что странно! - Сыщик нахмурился, обдумывая новость - Скорее всего, он не слишком-то много знал, иначе умер бы за завтраком, а не исчез. Но зачем его похищать, если он никому не угрожал?
– Это и поставило меня в тупик! - Единственный раз в своей жизни, полностью подчиненной дисциплине, Лимингтон позволил себе дать волю чувствам. Он стукнул кулаком по столу и громко сказал: - С самого начала этого идиотского дела мы постоянно путаемся в клубке нитей, каждая из которых приводит либо к мертвецу, либо к человеку, который уже превратился в нелюдь. Всякий раз, когда мы устремляемся в погоню, нас уже поджидает свежий труп. Всякий раз, протягивая руку, мы ловим пустоту. Теперь они начали убирать улики. Даже трупа не осталось! - Он щелкнул пальцами. - Взял - и исчез! Чем же все это кончится? И когда этот конец наступит? Если наступит вообще, разумеется?
– Конец наступит, когда последний витон исчезнет с лица Земли или когда погибнет последний человек. - Грэхем помахал сообщением "Юнайтед Пресс" и переменил тему. - Должно быть, у этого Маю-Эндрю ум, типичный для современного талантливого ученого мирового масштаба.
– Ну и что?
– На этот раз они не ограничатся исследованием его ума, как они делали раньше. Они разберут весь его интеллект по винтику и выяснят, как там все крутится. Я не вижу, зачем еще им могло понадобиться его похищать, вместо того, чтобы убить, как обычно. Сдается мне, что витоны чем-то обеснокоены, может быть, даже напуганы, вот они и взяли его в качестве подходящего объекта для своей суперхирургии. - Яркий блеск в его глазах поразил собеседника. - Они решили получить средние данные, чтобы оценить вероятность. Их уверенность пошатнулась, они хотят выяснить, что их ожидает. Взвесив силу интеллекта этого Мак-Эндрю, они вычислят, насколько велика вероятность того, что нам удастся обнаружить истину, которой они так боятся.