Вторая модель
Шрифт:
– Если этого не сделает Энгус, на его место встанет другой. Но Энгус намерен стать королем Грама, а это никому другому не под силу. Планете нужен единый монарх. Не знаю, насколько вы знакомы с Грамом, но Уордхейвен за образец не берите. Некоторые баронства, вроде Гласпита или Дидрексбурга, сущие змеюшники. Бароны рвут друг другу глотки, хотя не могут удержать в повиновении даже собственных ленников. Черт, одна жалкая склока на Южном континенте тянется уже третью сотню лет!
– Наверное, туда Дуннан и хочет направить свою самозваную армию, - заметил барон-владелец фабрик по производству роботов. - Надеюсь,
– Да зачем на Южный, достаточно полететь в Гласпит, - добавил кто-то.
– Если всепланетная монархия не будет поддерживать порядок, мы децивилизуемся, как Старая Федерация.
– Ну, Лукас, это слишком, - запротестовал Алекс Горрам.
– Для начала у нас нет неоварваров, - заявил кто-то. - А если заявятся, мы их живо отправим в эм-це-квадрат. Может, оно бы и к лучшему. Хоть перестанем между собой грызться.
Харкаман удивленно глянул на говорившего:
– Да кто они, по-вашему, такие, эти неоварвары? Кочевники, что ли, гунны на звездолетах?
– А разве это не так? - спросил Горрам.
– Ниффльхейм, нет! Во всей Федерации не наберется и двух десятков планет, владеющих гипертягой, и все они цивилизованы... если так можно сказать о Гильгамеше, - оговорился он. - Варвары всегда местного производства. Рабочие и крестьяне, восставшие, чтобы переделить добро в свою пользу, и обнаружившие, что уничтожили средства производства и убили ученых и техников. Выжившие на планетах, пострадавших в межзвездных войнах одиннадцатого-тринадцатого веков, потерявшие всю технику. Последователи местных диктаторов. Отряды наемников, лишившихся работы и живущих грабежом. Религиозные фанатики, следующие за самозваными пророками.
– Думаете, у нас на Граме мало таких? - поинтересовался Траск. - Оглянитесь-ка.
– Гласпит, - заметил кто-то.
– Команда недовешенных висельников, которую набрал Дуннан, - добавил Ратмор.
Алекс Горрам заворчал, что у него таких полна верфь - агитаторы, пытающиеся устроить стачку против применения роботов.
– Ага, - за этот пример ухватился Харкаман. - Могу назвать минимум сорок случаев антитехнологических движений на двух десятках планет за последние восемь веков. На Терре такое случалось еще во втором веке доатомной. И на Венере после отделения от Первой Федерации и до образования Второй.
– Вас интересует история? - удивленно спросил Ратмор.
– Хобби. У всех космонавтов есть хобби. В гиперпространстве на корабле делать совершенно нечего, и главный враг - это скука. Мой инженер-артиллерист, Ван Ларч, - художник. Большая часть его работ погибла с "Корисандой" на Дюрандале, но на Фламберже он не раз спасал нас от голодной смерти, рисуя картины на заказ. Мой астрогатор-гиперпространственник, Гуат Кирби, сочиняет музыку; пытается выразить математическую теорию гиперперехода в форме мелодий. Сам я это, признаться, слышать не могу. А я изучаю историю. Довольно странно; почти все, что случалось на любой из заселенных планет, уже происходило на Терре еще до первых звездолетов.
Сад почти опустел; гости собрались у эскалаторов. Харкаман мог бы продолжать и дальше, но тут мимо пробежали шестеро охранников дома Карвалей - в мундирах, шлемах и пуленепробиваемых кирасах. Один сжимал в руках автомат, остальные ограничились дубинками. Космический викинг отставил
– Пора идти, - сказал он. - Наш хозяин собирает войска; думаю, гостям тоже стоит занять боевые посты.
Глава 3
Смущенная и любопытствующая разодетая толпа образовала у эскалаторов ровный полукруг. Все пялились на происходящее, залезая впереди стоящим на плечи. Дамы сурово и гордо кутались в шали, многие даже покрыли головы. Над лестницей кружили четыре журналистских кара - что бы там ни творилось, об этом узнает вся планета. Охранники Карвалей пытались пробиться сквозь толпу; их сержант беспомощно выкликал: "Дамы и господа, прошу пропустить", "Простите, господин" - и не мог сдвинуться с места.
Отто Харкаман с отвращением выругался и отпихнул сержанта.
– Расступитесь, вы! - взревел он во всю глотку. - Пустите охрану!
С этими словами он буквально отшвырнул в стороны двоих одинаково пестро разнаряженных дворянчиков; оба злобно оглянулись, переменились в лице и тихо исчезли.
Траск последовал за викингом, размышляя о пользе дурных манер в экстремальных обстоятельствах. Харкаман раздвигал толпу, протискиваясь к тому месту, где находились Сезар Карваль, Ровард Грауффис и еще несколько человек.
Перед хозяином дома у самых эскалаторов стояли четверо в черных плащах. Двое были домашними слугами из простонародья - точнее сказать, наемными громилами. Толпу они сдерживали с большим усилием и явно жалели, что вообще оказались здесь. Их хозяин носил на берете алмазную брошь в виде звезды и плащ, подбитый голубым шелком. От черных усиков и ниже тонкое лицо избороздили ранние морщины. Глаза его казались слегка навыкате, рот по временам подергивался от тика. Андрей Дуннан. Траску было очень интересно, скоро ли он увидит этого типа в прицел с двадцати пяти шагов. За плечом Дуннана стоял высокий чернобородый мужчина, чье невыразительное лицо отличалось бумажной белизной. Звали его Невиль Ормм; откуда он взялся, не знал никто, но он был оруженосцем Дуннана и единственным его товарищем.
– Врете! - кричал Дуннан. - Врете, сквозь вонючие свои зубы врете, все вы! Вы перехватывали ее послания ко мне!
– Моя дочь не передавала вам посланий, лорд Дуннан, - вымолвил Сезар Карваль, с трудом удерживая себя в руках, - кроме одного лишь: что она не желает иметь с вами ничего общего.
– Вы думаете, я поверю? Она ваша пленница; один сатана знает, какими муками вы заставили ее согласиться на этот мерзкий брак!
Зрители встрепенулись; такого не выдержит никакое самообладание. Сквозь ропот прорвался чей-то женский голос:
– Вот так так! Он действительно сошел с ума!
Дуннан тоже услыхал это.
– Я сумасшедший? - взвился он. - Только потому, что вижу насквозь их лицемерные уловки? Вот Лукас Траск - его интересуют домны Карвалей; а вот Сезар Карваль - ему позарез нужны железные руды на землях Траскона. А мой любящий дядюшка нуждается в их помощи, чтобы украсть герцогство Омфрея Гласпитского. А вот это ростовщик Лотар Фэйл, который пытается отнять мои земли, и Ровард Грауффис, сторожевой пес моего дяди, который пальцем не шевельнет, чтобы спасти от разорения своего родича, и чужак Харкаман, который отнял у меня штурвал "Авантюры". Все вы, все сговорились против меня!