Вторая правда
Шрифт:
Глазки Макдональда на припухлом широком лице выглядели крошечными, а вечно розовые щеки сегодня казались совсем красными. Том прерывисто дышал. Наверное, ему нелегко перемещать свою громоздкую тушу. Но он не бездельник: никогда не сидел на месте и постоянно отдавал распоря-жения.
Кейд почувствовал, что вспотел.
К чему он клонит? Чем-то недоволен?
– Сэр, я сделал что-то не так?
Лицо Макдональда прояснилось.
– О, вовсе нет, мальчуган. Ты отлично работаешь, я совершенно доволен тобой. Просто хотел
– А…
Парень вспотел еще сильнее.
– У них была фотография убитого. Спрашивали, знаю ли я его.
– А ты его знаешь?
Кейд выдержал взгляд босса.
– Вроде видел, но не уверен. Не настолько, чтобы утверждать, что он мне знаком.
Макдональд выглядел задумчивым. Томительно долгие пять секунд он взвешивал слова Кейда.
– Он проработал здесь недолго. Не срослось, так что я уволил его. Не знаю, что он делал на том пожаре… Может, спал в сарае. Сомневаюсь, что после увольнения ему было куда податься. – Том помрачнел. – ФБР незачем знать, что он работал здесь. Я не всегда тщательно заполняю ведомости.
Кейд с облегчением ухватился за это оправдание.
– Понимаю, сэр.
– Иногда работнику лучше, чтобы я платил ему из-под полы. Терпеть не могу, когда правительство дерет с людей больше налогов, чем заслуживает.
– Порядочно с вашей стороны.
– И не только налогов. Куда деваются все эти деньги? Когда у меня были финансовые трудности, мне ничем не помогли. Сколько долларов им требуется на строительство и ремонт дорог? А мне от них больше ничего не нужно – только дорогу.
Кейд кивнул. Он слышал такие рассуждения всю жизнь, но не сказать, чтобы был с ними согласен. Хотя ему и не нравилось, что каждые две недели из его зарплаты отщипывают изрядный кусок.
Он предлагает выдавать мне «черную» зарплату?
Прюитт неловко переступил с ноги на ногу. Ему не хотелось ступать на эту скользкую дорожку. Ему нужен хороший послужной список и соблюдение законов – вот и всё.
– Не понимаю, почему для строительства такой элементарной вещи, как дорога, требуется столько бюрократов, – продолжал Макдональд. – Вот куда уходят наши деньги: на зарплату ненужным чиновникам. То же самое касается полицейских. Они служат не нам, а правительству, и вынуждены претворять в жизнь кучу дурацких, никому не нужных законов. Мы вполне способны защищать себя: мы сами знаем, что можно и что нельзя. Политики не должны решать это за нас.
Его взгляд сверлил Кейду череп.
Я должен поддакнуть?
Вместо этого парень промолчал.
Когда не знаешь, что сказать, ничего не говори.
Макдональд по-прежнему пристально смотрел на него. Кейд почувствовал, как по его бокам стекают капли пота.
Лицо босса озарила широкая ухмылка:
– Умный, да? Мне нравится, что ты промолчал, хотя по глазам видно, что не согласен со мной. Значит, умеешь слушать.
– Каждый имеет право на свою точку зрения. Я уважаю чужое мнение.
– Это хорошо… –
– Конечно.
Более ответственные? Он что – пытается купить меня? Чтобы я держал язык за зубами?
А если он узнает, что тетка моей девушки работает в ФБР?
Кейд почувствовал легкое головокружение от еще одной мысли: считать ли враньем боссу тот факт, что он не рассказал ему про тетю Кейли – Мерси?
А если он уже все знает и это проверка?
В животе стало нехорошо, коленки задрожали. Парень по-прежнему выдерживал взгляд Макдональда, хотя на самом деле с трудом держался на ногах. Интересно, заметен ли сквозь футболку выступивший пот…
Хозяин ранчо хлопнул парня по плечу:
– До встречи, Прюитт.
Он сжал плечо Кейда на прощание, повернулся и ушел. В сарае сразу стало светлее: никто не загораживал проход. Парень сделал два шага, прислонился к стене и согнулся пополам, держа руки на бедрах. Его чуть не стошнило.
Я не прошел проверку?
И что теперь?
Надо постараться, чтобы Кейли держалась подальше отсюда.
Мерси узнала брата со спины. Он разговаривал с Роуз, которая сидела в закусочной, повернувшись лицом к стоящему возле ее столика Оуэну. Мерси замерла, не желая вмешиваться, но, увидев лицо сестры, подошла поближе, не стесняясь подслушивать.
В памяти еще была свежа ее прошлая беседа с Оуэном. Хотя трудно назвать это беседой, учитывая, как брат с ней разговаривал. Ей не хотелось продолжать, но на лице Роуз было такое выражение, что Мерси поборола свое нежелание. После возвращения в Иглс-Нест она поняла, что ради родных готова хоть в огонь. Даже ради Оуэна.
Отвращение на лице Роуз заставило Мерси подойти.
– …и оба считаем, что это будет правильно, – твердо говорил брат.
– Вы спятили, – ответила Роуз.
– Он отличный парень. Вчера я встретился с ним. Думаю, тебе он приглянется.
– Ты видишь его впервые в жизни – и уже готов отдать меня ему? Господи Иисусе, Оуэн, ты хоть понимаешь, насколько все это неправильно?
– Отдать ему? – Мерси не могла и дальше держаться в тени. Судя по лицу Роуз, ей стало гораздо легче, когда она услышала голос сестры.