Вторая волна

Сугралинов Данияр

— А че, все правильно! — поддержал меня Макс. — Когда американцы освободили пленных Дахау, узники концлагеря растерзали своих мучителей. Не всех, но тех, до кого дотянулись. Остальных америкосы постреляли. Вот и тут так же может быть.

— Все равно у них три ружья и два пистолета, а у нас одно и горсть патронов, — констатировал Рамиз. — Это несопоставимо меньше.

— Билят, — сказал Эдрик, когда ему перевели сказанное.

— И у них молекулярная струна! — выпучив глаза, вспомнил Макс. — И хрен знает, что

еще.

— У Папаши еще отражающий силовой щит, — напомнил я и обратился к Карине. — У Тетыщы тоже какое-то мощное оружие. Какое, не знаешь?

— Страшное, — ответила она. — В бою не видела, только слышала. Что-то вроде невидимого гарпуна, которым Тетыща притягивает к себе. Жертву при этом парализует.

— Ну п…ц, — сказал Макс.

Рамиз озадаченно почесал затылок, покачал головой.

— Ой дура-а-ак… — протянул он. — Какой я дурак был, когда против таких сил попер! Ну… это ладно, а вот мне другое интересно. Выжил ли вор уровней? И если да, на чьей стороне он будет?

— Понятия не имею, — сказал я, решив никому не рассказывать, кто такая Лиза на самом деле. — Но, если выжил, вряд ли будет спокойно смотреть на происходящее и рано или поздно начнет обнуление. Причем не обычных рабов, а боевиков…

— Так а, собственно, в чем план, Денис? — перевел тему Рамиз. — Обстановка в целом понятна, но пока я вижу, что нам туда соваться самоубийственно.

— А мы и не будем, — понизив голос, ответил я и частично раскрыл карты: — По крайней мере, атаковать в лоб. Есть у меня талант небольшой — прикидываться своим для зомби и давать им направление. Идея понятна?

— Хочешь натравить бездушных на базу Папаши? — сразу уловила мысль Вика.

— Вроде того. Но зомби нужно много, надо собрать сотню… ну или хотя бы несколько десятков, но мощных. Иначе смысла нет — положат всех, еще и спасибо скажут за то, что принес на блюдечке.

— Ночью надо, пока все спят, — сказала Карина. — Там частокол, но его можно проломить и направить кадавров туда.

— Ты же понимаешь, сколько безвинных людей пострадает? — спросил Рамиз.

Вика выругалась, вспомнив о подругах в лагере Папаши.

— Зомби до них не доберутся, — с уверенностью сказал я. — Бездушные нужны, чтобы на них отвлеклись — потратили боеприпасы и инопланетные таланты. Кстати, Карина, много у них патронов?

— Мало, — не колеблясь ответила она. — Бездушных они убивают другим способом, патроны — это против живых.

— Вот! Когда случится прорыв, их цель будет выжить. И «Секатор» Волошина используют, и Тетыщин гарпун, а потом и патроны в ход пойдут. Когда они израсходуют запасы, мы подожжем облитый бензином забор, закидаем здания коктейлями Молотова… Рабы с господами в одном здании?

— Рабы — вот тут. — Карина подчеркнула прямоугольник, изображающий здание.

— Значит, это, с рабами, не поджигаем.

Я взял паузу, чтобы они осмыслили

сказанное. Макс принялся переводить разговор Эдрику, показывая жестами то, что он не понимал.

— А потом, после зомбаков, я — на тарантасе! — воскликнул Сергеич, сверкнув глазами. — Сто пудов надо броневик делать! Сперва — на грузовике, потом — на джипе. Е-е-е! А тут еще внутри замес. Шансы есть сто пудов!

— Билят, сэр Гейч! — восторженно воскликнул Эдрик.

Смысла он не понял, конечно, но его заразил энтузиазм электрика.

Рамиз слушал нас молча, потирая лоб, и наконец изрек:

— Вы же понимаете, что это билет в один конец. Если ничего не получится, то нам хана. Совсем хана. Вот ты так красиво все описал, а в реале все идет не по плану. Начнем с того, кто из вас умеет стрелять.

— Я! — Макс поднял руку, как в школе. — Не, ну а че? Я из «мосинки» стрелял! И не один раз. И нафига кто-то еще должен уметь, когда шотган у нас один?

— На то и обсуждение, Рамиз, — сказал я. — К тому же, нет у меня сейчас никакой орды зомби, ее еще собрать надо, а зомби в этой округе слабые. Есть и другие проблемы. У нас недостаточно ресурса. Бензина для коктейлей мало, стеклянной тары нет. Нужно найти место, где зомби заматерели. Где это может быть?

— «Севен-илевен»! — воскликнула Карина. — Там такие вообще какие-то чудовища, что даже Папаша опасается туда переться! Наши… тьфу, его люди там чуть не полегли, еле ноги унесли. Тетыща потом двое суток отлеживался при смерти. А еще где-то там есть выжившие, из местных. Особо не высовываются — люди Папаши их прижали, некоторых даже в рабство угнали. Те трое филиппинцев с пляжа — как раз из тех.

Вспомнился разговор людей Волошина на маяке, что заправка тю-тю. Интересно, с чего бы? Если несколько дней назад там был «чудовища», то во что они эволюционировали сейчас?

Тем временем Макс снова перевел Эдрику сказанное, и парень воскликнул, вскочив:

— Там люди, да! Наши. Не плохие, не хорошие.

— Что ты о них знаешь? — спросил я по-английски.

Парень пожал плечами.

— Мало что. Они просто есть.

— Они есть, — подтвердил Сергеич. — Это они тогда шарились вокруг маяка, пока мы с Максом внутри прятались Кто бы они ни были, враг нашего врага — мой кореш! Надо их найти. Малой, будешь этим, как его… парле ву…

— Парламентером, — помог ему Макс и тут же сказал по-английски — Эдрик радостно закивал.

— Значит, завтра едем на заправку, — подвел итог я. — Я попробую оттащить оттуда зомби, а вы, если получится, займетесь мародеркой.

— Я тарантас не успел сделать! — пожаловался Сергеич. — Все есть: сварка, металлические пластины, времени нету!

— Мы поедем на чем-то тихом и маневренном — не хватало засветиться. Воевать с зомбями не будем, разве что по дороге мелочь какую разделаете…