Вторая жена
Шрифт:
Барри выслушал мои аргументы. Потом он постучал пальцем по ежедневнику и задумчиво сказал:
— Не уверен, Минти.
В любую минуту телефоны начнут сходить с ума, и Барри хотел закончить разговор. Я всегда верила в прямые пути:
— У меня есть все, что нужно для этой работы.
— Да… — протянул Барри еще задумчивее, — не пойми меня превратно, дорогая, я действительно хотел бы помочь.
Чтобы убедить меня в своей готовности помочь он развел руки и напомнил:
— У тебя и так много забот.
— Я знаю.
— Много умных
Кожа под бюстгальтером чесалась.
— По крайней мере, рассмотрите мое предложение.
Барри по-кошачьи улыбнулся. До сих пор я не обращалась к нему с просьбами.
— Я это сделаю, Минти. Поговорим после Рождества, о'кей?
Его взгляд на мое декольте сказал мне больше, чем его обещание.
В конце дня, памятуя предупреждение Барри насчет Деб, я нашла ее:
— У тебя есть минутка?
Она упаковывала свои вещи в леопардовой расцветки сумку. Ее руки быстро двигались, аккуратно складывая бумаги. Она без комментариев выслушала мой отчет о разговоре с Барри, и я видела, что она дает себе отчет в том, что я не представляю для нее угрозы. В конце концов она без зеркала ловко накрасила губы блеском.
— Это не имеет значения, так или иначе, Минти. Я не в обиде. — уже с мобильником в руке она задержалась в дверях. Тебя завтра не будет? Увидимся послезавтра.
— Ну так что? — Пейдж вползала в автокресло, как морской контейнеровоз к причалу. Роды ожидались в конце января, и в этот заключительный триместр ей было трудно ходить, так что я везла ее в магазин за рождественскими покупками. — Зачем нам нужны категории возраста и поведения?
— Мы не знаем. Вернее, здравомыслящие люди об этом не думают. Этим озабочены бизнес и маркетинг.
Пейдж нахмурилась.
— Ты лучше присмотрись к Деборе. Поверь мне. — Пейдж знала, о чем говорила… Она пережила множество переворотов и контрпереворотов. — Когда она в следующий раз будет говорить с Барри, у нее будет куча объяснений, почему «Парадокс Пикчерз» невыгодно нанимать персонал на полную ставку.
Я вникала в ее советы.
— Когда Натан ушел ко мне от Роуз, и она была уволена, я написала ей письмо с объяснением, что теперь моя очередь воспользоваться успехом.
— Ты это сделала!?
— Сделала. И теперь жалею об этом. Не могу поверить, что я это сделала. Тогда я хотела все объяснить. Чтобы показать, почему все так сложилось.
Через некоторое время Пейдж сказала:
— Странный подход.
Я посмотрела на ее живот.
— Как у тебя дела?
— Прекрасно.
Это была не та Пейдж — оживленная, подтянутая, сияющая, которая запечатлена на фотографиях в доме Херли. Та Пейдж была старшим управляющим. Пейдж отдала все это за Джексона и Лару, которым теперь было восемь и шесть лет. У нее не было выбора, я однажды
Это было пять лет назад. Сейчас Пейдж была измучена своей третьей беременностью. Ее губы были накрашены небрежно, пятнышко туши лежало под левым глазом.
— Ты выглядишь усталой.
— Ну и что? — она пожала плечами, одновременно умудряясь выказать и беспокойство и безразличие. — Я себя чувствую самым большим мешком картофеля на планете. Знала бы я раньше…
— У тебя же бешеная энергия. Тебе надо возвращаться в банк.
— Ха! — мы ехали мимо сквера. Пейдж откинулась на спинку сиденья и с жадностью смотрела из окна. — Я похожа на заключенного, которого выпустили во двор на часовую прогулку?
В сквере полно было охотничьих догов, некоторые боролись с шестью и даже с восемью собаками.
— Посмотри на них, — Пейдж вздохнула, — именно так я себя и чувствую.
Зима все никак не начиналась. Деревья стояли голые, трава кое-где оставалась зеленой. Магазины сияли рождественскими огнями. Вдруг Пейдж сказала:
— А если я умру? С женщинами это иногда случается.
Я была поражена:
— Только не с тобой!
— Но все-таки? Вы напишете на моем надгробии «мать троих детей»? — Пейдж рассмеялась, но смех прозвучал невесело.
— Ты имеешь в виду «Жена и мать»?
Она покачала головой и я увидела складку у нее под подбородком.
— Это уже лишнее, тебе не кажется?
— Пейдж, что происходит? — в моей картине мира Пейдж с Мартином были счастливой парой. Они всем своим видом утверждали семейные ценности. Внезапно я испытала приступ паники от мысли, что я вообще все видела в неверном свете.
— Ничего, милая. Вообще ничего. Просто мужья иногда утомляют. — последовала пауза. — Я тебе говорила о Ларе? Я думала устроить ее в балетную школу. Она всю душу из меня вынудила, так ей туда хочется, но список такой длинный… — Пейдж использовала жест, которым рыбаки обозначают большой улов. — Во всяком случае, я поплакалась Мэри Стрейтхэм в книжном клубе. Она все-таки губернатор, и мы хорошо понимаем друг друга. Она сказала, посмотрит, что можно сделать. Для Мартина это просто лишние расходы. Можно было бы сделать небольшое пожертвование в студийный фонд, но все это только лишние расходы.
Я фыркнула:
— Да они с Натаном братья по духу. Все наши романтические уик-энды в Париже Натан тратил на встречи с поставщиками бумаги.
— Да уж.
По возвращении на кухню Пейдж с ее розовой плитой «Ага» и медными радиаторами я распаковывала и прятала различные подарки, в то время как Пейдж давала мне указания со стула, на который она со стоном опустилась. Стол уже был накрыт к ужину ее помощницей Линдой с полным комплектом китайского фарфора, бокалами и салфетками. Одним из принципов Пейдж, которые я переняла у нее, было то, что дети должны уметь правильно и красиво есть за столом вместе со взрослыми.