Вторая жизнь
Шрифт:
– Мда, пожалуй, экзамены придется сдавать, иначе скандал будет, - подумал я и начал изучать расписание. Большинство экзаменов было позади, оставались физика, английский язык и сочинение.
– Ладно, монопенисуально, учить ничего не буду, - окончательно решил я.- Как сдам, так и сдам. Пойду, лучше прогуляюсь по городу.
– Ты куда?
– воскликнула маман, когда я направился к дверям.
– Кто физику будет учить? Пушкин?
– Ну, мама, - жалобно заныл я, без труда вспоминая свои увертки.
– Мы сегодня с
– Знаю, как вы учите, - сообщила мама.
– Небось, на голожопых девок на пляже пялились, про учебу и не вспоминали.
– А вот и нет, мы специально на Неглинку ходили, чтобы никто не мешал.
– Честно выдал я.
Куда бы направить свои стопы?
– озадачился я, выйдя из дома.
– О! Помню, в эти годы завидовал барменам, денег на кармане куча, девочки вокруг любые. Полгорода знакомых. Пойти, что ли в бар какой заглянуть, насчет работы разузнать?
К сожалению, сейчас в городе не так много мест, куда можно устроиться. Уже по дороге я вспомнил, что вскоре должна открыться шашлычная на улице Ленина, и решительно зашагал в ту сторону.
Идя по улице, я наслаждался забытым чувством здоровья и легкостью ходьбы. Навстречу шли сотни горожан. Редкие автобусы и троллейбусы не могли перевезти всех желающих, и большинство двигалось пешком. После забитого автомашинами города, улицы казались вообще свободными от транспорта.
Шашлычная, как и предполагал, была еще закрыта. Однако, обойдя вокруг здания, обнаружил, что задняя дверь не на замке.
Зайдя в темный коридор, пахнувший свежей краской, я прошел до какого то, кабинета, откуда слышался негромкий разговор.
Постучавшись, зашел и обнаружил там, сидящую за письменным столом толстуху и стоящего рядом мужчину грузинистого типа.
– Тебе чего, мальчик?
– нетерпеливо спросила женщина, видимо, ей хотелось продолжить разговор.
– Здравствуйте, - вежливо сказал я, - Меня зовут Александр Сапаров, мне семнадцать лет. Сейчас я сдаю экзамены за десятый класс, а потом я бы хотел работать у вас в шашлычной.
– Послушайте, молодой человек,- удивленно сказала женщина,- Вы разве не хотите поступить в университет, или институт. Ради чего вы тогда учились десять лет. Могли бы поступить после восьмого класса в ТКУ и потом придти к нам на работу.
Я пожал плечами.
– Тогда мне хотелось учиться, а сейчас я решил пойти работать.
– А почему именно к нам? Можно ведь и в другое место.
Я улыбнулся.
– Шашлык люблю и есть и готовить. Поэтому решил к вам.
Тут в разговор вступил мужчина.
– Слюшай, малчик, ты действительно шашлык-машлык любишь? Может, ты расскажешь, как его делаешь.
– Отчего же, расскажу.
И я приступил к рассказу, после десятого рецепта маринада, мужчина возбужденно замахал руками.
– Маладэц, понимаешь, так гаварил, как будто атэц у тебя грузын. Слюшай, Наталья Пэтровна,
Наталья Петровна улыбнулась.
– Хорошо, Саша, давай так договоримся, ты сдаешь экзамены, и после них приходишь ко мне. Паспорт, надеюсь, у тебя уже есть, будет неплохо, если ты еще принесешь школьную характеристику, если та меня устроит, то возьму на работу учеником официанта.
Я собрался с духом и нахально спросил:
– А можно учеником бармена?
Грузин засмеялся.
– Я же тэбе гавару, парень- маладэц, хароший бармен будэт.
Наталья Петровна нахмурилась.
– Ты, оказывается бойкий малый. Ничего пока обещать не могу, когда придешь с документами, тогда поговорим.
Выйдя из шашлычной, я отстоял небольшую очередь у цистерны, купил за три копейки маленькую кружку кваса, присел на ближайшую скамейку и медленно цедил холодную жидкость, наслаждаясь настоящим вкусом напитка, забытого за десятилетия.
После этого, не торопясь, направился в сторону дома. Когда зашел домой, там аппетитно пахло ужином. Отца еще не приходил, и у мамы настроение было на нуле. Она молча накидала мне тарелку картошки с тушенкой. Я также молча ее съел, запил чаем с куском батона и ушел к себе.
Разговаривать не хотелось. Видимо первые часы вселения я был слишком возбужден, и сейчас наступила реакция. Появилась слабость, разболелась голова. Несмотря на эту боль, жутко клонило в сон.
Я только успел крикнуть маме, что хочу спать, и меня вырубило,
Утром, я не сразу сообразил, отчего ночую в старой квартире. Первая мысль была, что забурился сюда после какой-то пьянки. Но тут вспомнил вчерашние события, и сразу накатило радостное чувство второго рождения.
– Ох! Сегодня же экзамен!
– вспомнил я и быстро начал одеваться.
Отец с мамой сидели на кухне и переругивались. В той жизни я старался уйти от этих разборок. Сейчас же, родители казались мне глупыми детьми, ссорящимися из-за пустяков.
Поэтому, сев за стол скомандовал:
– Заканчиваем прения, мама! Внушение ты сделала, все всё осознали, давайте лучше позавтракаем. Кстати, у меня сегодня экзамен. Так, что не надо меня нервировать.
Упоминание экзамена помогло. На кухне стало тихо. После завтрака я, сунув в карман шариковую ручку, отправился в школу. Перейдя через дорогу, нырнул в дыру в заборе и пошел по натоптанной тропке к парадному входу.
На четвертом этаже у кабинета физики уже толпились одноклассники. Большинство нервно шуршало шпорами, учебниками. Я уселся на подоконник и скучающим взглядом смотрел на всю эту суету. Рядом со мной тут же уселась Светка Шитикова. Она уткнулась в учебник, не замечая, что сдвинула им подол платья. А там, на открытых ногах были видны стройные ряды, написанных фиолетовыми чернилами, формул.