Второй шанс
Шрифт:
Если бы не январские праздники, на которые ему удалось выбраться к деду, точно бы сорвался!
31 декабря 2010 год. Рязанский район, село Поляны
– Дедуль, я дома! – с порога закричал Илья, стряхивая налипший снег.
Зима в этом году выдалась хорошая, не то, что в прошлые годы, когда на Крещение дождь лил!
– Илюха, ты, что ли?! – с кухни вышел удивленный Юрий Иванович.
Ладони красные от свеклы, на губах остатки майонеза, в неряшливой бороде торчат кусочки то
– Как же так, вчера же разговаривали, почему не сказал, что приедешь?
– Незваный гость хуже татарина, – тепло улыбнулся Илья, чувствуя, как сковывающее напряжение последних недель резко отпускает в родном доме.
Только сейчас перешагнув порог отчего дома, а дед заменил ему и отца, и мать, можно сказать, с младенчества, Колун по-настоящему осознал, как же ему не хватало родного человека все это время.
Слезы неожиданно брызнули из глаз, не в силах противиться чувствам. Сорокалетний мужик в теле парня не смог побороть эмоциональный всплеск. Да и не хотел, если честно, душа требовала, и противиться порыву просто нет сил…
– Внучок, ну ты чего? – дедушка от подобного растерялся, как-то робко сделал пару шагов к Илье и тихонько обнял, не обращая внимания на снег и холод куртки.
Илье понадобилось секунд десять, чтобы взнуздать порыв. Легонько вытерев мокрые глаза, он как-то по-детски улыбнулся.
– Просто устал, рад, что наконец вернулся домой, не думал, что будет так тоскливо. Правда, дедуль, все хорошо.
– Ну смотри, раздевайся тада, вещи свои на вешалках, да чего там – сам все знаешь. – Казалось, деду самому было не по себе, а его поблестевшие глаза просто от лука, да точно – от лука, что он резал в салат.
Этот день стал тем самым нужным якорем, гвоздем, позволившим прийти в себя. И смотреть вперед с той же самой решимостью, что и в первых товарищеских играх молодежки.
Готовя праздничный стол вдвоем с самым дорогим для него человеком, Илья рассказывал и рассказывал о том, как ему живется, как тренируется, с кем общается, про учебу особо выделил, знал, что дедушка печется о ней особо сильно.
И хоть приехал он еще до полудня, но время до боя курантов пролетело незаметно. В эти минуты и часы Илье не нужны были ни позабытые друзья, что пытались вырвать его из дома на посиделки под горячительные напитки с девчатами, ни прочие развеселости жизни. Все, чего хотел сейчас Колун – спокойствия и надежного тыла, в котором его примут любым, вне зависимости от его состояния и успехов.
Родной дом не там, где все в роскоши золотых ванн и туалетов, а там, где твоя кровь, твои родные и душевная радость.
Два дня отдыха в родном доме пролетели незаметно. В это время Илья даже не думал о том, что теряет драгоценное время развития навыков. Ему просто хотелось тишины, покоя и умиротворения.
Видя состояние внука, дед не тревожил его разговорами, полностью окружив заботой и ненавязчивым вниманием: завтрак, обед, ужин – на столе всегда всего было в избытке. Молодой организм под разгоном зелья даже краюхи хлеба уплетал, словно в бездну. На такой
На третий день, когда Илья собирался назад, дедушка попытался всучить ему пачку денег.
– Тебе нужнее, молодость она раз в жизни бывает, а мне хватает самому, так что бери.
– Дедуль, у меня стипендия не тратится никуда, так что не переживай, оставь себе. А если вдруг мне понадобится – я тебе скажу, – мягко отказался Колун.
– Ишь ты, стипендия у него… Ну ладно, только смотри там, в долги никакие не влазь, чуть чо – звони.
– Конечно, мы же с тобой постоянно на телефоне, не переживай. Все у меня будет хорошо. А теперь и подавно. Мне, правда, не хватало всего этого.
Юрий Иванович вместо дальнейшего спора обнял внука, да не спрашивая, положил одну купюру в карман куртки.
– На леденцы. Отдашь – обижусь!
– Если только на леденцы, – улыбнулся Илья. – Ладно, автобус уже скоро приедет. И да я помню, что как доеду – напишу.
До остановки парень шел, не оглядываясь назад, так и не увидев, что возле калитки еще долго стоит в тулупе дедушка. Взгляд его помимо грусти наполнила гордость за внука. Уже то, что он сумел совершить – немало для его возраста, а уж на дальнейшем пути, пусть и в тумане, но много повидавший на своем веку Юрий Иванович чувствовал, что внук сможет добиться своего. Просто нужно поддержать. Всегда и во всем.
Уже вечером второго января Илья продолжил свой марафон бесконечной тренировки. Трудности? Да куда без них. Лишь преодолевая себя, можно чего-то добиться, особенно там, где конкуренция не оставляет шансов менее упорным.
Ставшая продолжением его собственного я, система ставила перед Колуном кумулятивные задачи, расширяя горизонты доступного. Физика, индивидуальные навыки – все шло в работу. Нет напарников? Не беда – есть тренажеры, мячи и ворота. Благо, что крытые манежи доступны едва ли не 24/7, позволяя отрабатывать игрокам любую технику.
На почве своих тренировок Илья неожиданно сошелся с тренером по физической подготовке – Федором Павловичем Носовым. Удивительный человек на самом деле, порой жестковат, но дело свое знает, хотя игроки его побаиваются. Стиль у человек такой, что или выкладываешься на 110 %, или он тебя выжимает досуха, получая нужный результат.
В один из январских праздничных дней Носов внезапно оказался в зале, где тренировались молодые дарования. В помещении будто разом опустилась температура на десяток градусов.
– Я не понял, вы каши мало ели или, может, на танцульки пришли? Где нормальные жимы гантелей?! – сорокашестилетний мужик, лысый как коленка младенца, с выразительным лицом медведя одним взглядом мог так мотивировать юнцов, что они едва заикаться не начинали.
– Вот его только здесь не хватало… – выдохнул Денис, переходя на беговой дорожке на шаг.
– Тише ты, меньше слов, больше дела, нечего внимание к себе привлекать, – шикнул на него Александр, активнее перебирая ногами на велотренажере.