Второй шанс
Шрифт:
– Кристина….
– кто-то позвал ее. Этот голос девушка узнала сразу. Он донесся до нее даже сквозь туман разрывающегося от боли сознания.
– Игорь.
– Она обернулась и посмотрела в глаза доктора. Он устало улыбнулся ей.
– Здравствуй, девочка. Я знал, что ты снова здесь.
– Что вы скажете мне?
– голос ее звенел от напряжения.
– Пройдем в мой кабинет. Вот уж ирония судьбы, ничего не скажешь, - проговорил он, забирая Кристину из-под опеки Вуда и увлекая за собой.
– Когда-то в этом кабинете я обсуждал твою судьбу.
– произнес Журавлев,
– Кристина, - серьезно начал доктор.
– Я должен спросить…. Несомненно, Майкл совершил много зла в этой жизни. По отношению к тебе.
– Пояснил он.
– И ты имела все мотивы, я могу понять все, и я напишу в истории болезни, что инфаркт не был вызван сильнейшими психотропными препаратами. Просто не выдержало сердце. Так бывает….
Крис, распахнув глаза, смотрела на него в полном изумлении.
– Он в порядке?
– Да, что ему будет, - отмахнулся Игорь.
– Все нормально. Отделается легким испугом. Никакой выпивки, сигарет, волнений, диета, отдых, здоровый сон, дорогие лекарства, хороший уход и сердце заработает, как надо. Но ему сказочно повезло. Майкл здоровый и крепкий мужчина, не смотря на сомнительный образ жизни. Я бы сказал, что он родился в рубашке, - доктор снова посмотрел на нее серьезным тяжелым взглядом.
– Ну, так, что мы будем делать?
– Это не я.
– Кристина резко встала и подошла к нему.
– Игорь, вы не станете ничего сообщать в милицию, но не потому что я виновата, а потому что я хочу защитить человека, который сделал это. Этот человек пытался защитить меня. Он никогда не повторит попытки. Это я гарантирую.
– Это тот парень?
– Нет. Тот парень - мой друг. Это сделала женщина, которая любит меня, - ответила Кристина.
– Ее уже нет в стране. И она не вернется. Потому что знает, я никогда не прощу ее.
– Знаешь, я начинаю верить в Бога, милая. Все возвращается. Каждого настигает возмездие. Теперь ты здесь, и мы снова должны покрыть серьезное преступление, - в глазах Игоря Журавлева отразилась глубокая печаль.
– Все, ухожу на пенсию. …
Он хотел что-то добавить, но дверь распахнулась, и в проеме появилась озабоченная чем-то медсестра.
– У Риса остановка сердца.
– Сообщила она.
– Черт возьми, упрямый мальчишка.
– Пробормотал Игорь, выбегая из кабинета.
Глава 12.
Кристина замешкалась у обшарпанной двери подъезда. На ней не было домофона, и она не могла предупредить заранее о своем приезде. Конечно, она позвонила Раисе Федоровной перед тем, как сесть в поезд, но прошло целых два часа. Может, она куда-то вышла….
Раиса Кудрявцева была дома. Она оказалась гораздо старше, чем думала Монахова. Седовласая маленькая старушка. Кира, скорее всего, была очень поздним ребенком, так, как ее матери было не меньше семидесяти пяти лет. Она посмотрела на гостью бесцветным взглядом и поправила черное траурное платье. Сердце девушки сжалось от жалости к бедной женщине.
– Проходите.
– Раиса Федоровна впустила ее в бедную гостиную. Почему они так плохо живут? Неужели Кира не посылала денег матери и сыну? Наверно,
– Кира помогала нам. Но я больна. Почти все деньги уходили на лекарства, а она сама нуждалась в дорогом уходе, обследованиях. Но у нас с Алешей все есть. Нам всего хватает.
– Сурово сообщила она, провожая Кристину в маленькую, скудно обставленную комнатку, которая была и детской и спальней и гостиной.
– Я бы никогда с ним не рассталась….
– тихо добавила Раиса Кудрявцева. По морщинистому лицу потекли слезы. Кристина почувствовала себя неловко. Она собиралась забрать у несчастной последнее, что ей было дорого. Дочь она потеряла, других детей и мужа у нее не было. Только Алеша. Внук. И Кристина приехала за ним.
– Он спит?
– шепотом спросила Крис, подходя к деревянной кроватке. Темная головка покоилась на белоснежной подушке, раскинутые маленькие ручонки, пижама с зайчиками. Комок подступил к горлу Монаховой. Она смотрела на сына Майкла и не могла сдержать слез, на нее нахлынули совершенно неожиданные чувства. Присев рядом, она всматривалась в маленькое безмятежное личико мальчугана, в нем уже угадывались черты отца. Такие же темные брови вразлет, длинные черные реснички, достающие до щек, подрагивающее во сне розовые губки.
– Какой красивый.
– Хрипло прошептала Кристина, дотрагиваясь до черных волосиков ребенка.
– Алеша не похож на Киру. Но он очень хороший мальчик. Кира редко приезжала. У него не было матери. Только я. Вы уж любите его.
– Раиса Федоровна села рядом с Кристиной и беззвучно заплакала. Неожиданно для самой себя, девушка обняла старую женщину.
– Вы не расстанетесь с ним, - тихо сказала она.
– У меня очень большой дом. Я забираю вас с собой. Я оплачу все расходы. Вы поправитесь, я обещаю.
Раиса заплакала в голос, уткнувшись в плечо Кристины.
– Все будет хорошо.
– пообещала Монахова. И в этот момент мальчик открыл глаза. Синие, бездонные глаза Майкла Риса смотрели на нее с детским любопытством. Потом в них блеснула радость, и он сел, улыбаясь ей.
– Вы моя мама?
– спросил Алеша, смешно коверкая слова. Кристина вздрогнула. Горячая волна окатила ее с головы до ног. Она уже знала, что это. Это была любовь. Заплакав, Кристина обняла хрупкое тельце, прижимая к себе.
– Да, Алеша. Я твоя мама. Я пришла, чтобы забрать тебя и бабушку домой.
– Домой? А там есть конфеты? И машинки?
– поинтересовался ребенок, серьезно глядя на утопающих в слезах женщин.
– Там все есть. А главное, там есть твой папа. Он немного приболел, и не смог приехать. Но он очень ждет тебя.
– Тогда я собираюсь. Баба, ты чего ревешь, как маленькая. Поехали, а то папа расстроится….
Кристина счастливо улыбнулась. Никогда в жизни она не чувствовала себя такой свободной и легкой. Ей казалось, что тело ее стало невесомым…. Поток воздуха поднял ее и понес к свету. Она растерянно озиралась вокруг, комната начала расплываться, размывая лица людей, которые за один миг стали ей так дороги и близки. Это было похоже на картину, если на нее вылить стакан воды….