Второй шанс
Шрифт:
Глава 28
Клэр встретила меня в вестибюле, когда я выходила из буфета.
– Ты куда направляешься? – удивленно спросила я, зная, что она нечасто бывает в наших краях.
Клэр была в замечательном, пурпурного цвета костюме, а на плече у нее висела сумка.
– Откровенно говоря, я специально приехала к тебе.
На ее лице появилось давно знакомое мне выражение, которое всегда сулило приятные новости. Это была не самоуверенность и уж тем более не превосходство, но нечто такое, что свидетельствовало о значимости и высочайшем профессионализме. В таких случаях ее искрящиеся
– Ты уже обедала? – поинтересовалась я, предвкушая интересную беседу.
Клэр усмехнулась:
– Обед? За кого ты меня принимаешь? У меня никогда не хватает времени на него. С половины одиннадцатого я сидела за микроскопом, выполняя твою просьбу. – Она заглянула в мою сумку и увидела упаковку салата с кусочком цыпленка. – Да, выглядит вполне аппетитно.
– Зависит от вкуса, – возразила я и закрыла сумку. – Ну и с чем ты пожаловала ко мне?
Мы двинулись к лифту.
– Мне пришлось пообещать Тейтлману билет в партере на концерт симфонического оркестра, чтобы хоть как-то успокоить его. Так что тебе придется подключить к этому Эдмунда. – Эдмунд был мужем Клэр, последние четыре года он играл в симфоническом оркестре Сан-Франциско.
– Ладно, я отправлю ему записку, – пообещала я, пропуская ее в свой кабинет. – Может, он даст мне билет в первый ряд.
Я достала салат и начала есть.
– Ты не против? – спросила Клэр и, отобрав у меня пластиковую вилку, принялась за мой салат. – Переедать очень вредно.
Я отодвинула от себя пластиковую тарелку.
– Я же сказала, что все зависит от вкуса.
Клэр быстро расправилась с салатом, а потом принялась за цыпленка.
– Надеюсь, ты понимаешь, что чернокожий мужчина вряд ли станет убивать своих соплеменников.
– Да, – согласилась я, глядя на тарелку с салатом. – Значит, ты хочешь сообщить мне нечто сенсационное?
Она молча кивнула, тщательно пережевывая цыпленка.
– Все случилось так, как ты предполагала. На первый взгляд ничто не свидетельствовало о ее насильственной смерти, то есть на этот счет не было абсолютно никаких прямых улик. А под ногтями у нее обнаружено очень странное вещество, напоминающее частички сильно пигментированной кожи, которая могла принадлежать только темнокожему человеку. Их извлекли и отправили на экспертизу. Впрочем, все это ты уже знаешь.
– Ну так что тебе удалось выяснить? – нетерпеливо потребовала я компенсации за мой обед. – Неужели убийца действительно был чернокожим?
Клэр выдержала паузу, вытерла губы салфеткой и подалась вперед.
– Сначала я тоже так подумала. Это мог быть если не афроамериканец, то латиноамериканец или даже азиат. Тейтлман настаивал именно на такой версии, но только до тех пор, пока я не попросила его провести еще один анализ.
Она доела мой обед, немного помолчала и хитро прищурилась.
– Я когда-нибудь говорила тебе, что мне нет равных в дерматологии?
– Нет, Клэр, – покачала я головой, с нетерпением ожидая продолжения.
– Нет? Странно. Не понимаю, как мы пропустили столь важную для нас тему. Ну да ладно, эксперты в лаборатории пытаются сейчас выяснить, каков уровень пигментации в обнаруженных образцах. Точнее, гиперпигментации, поскольку речь идет о клеточном
– Клэр, а ты не могла бы объяснить все это проще?
– Меланоциты представляют собой темные подкожные ячейки, наиболее развитые у людей с цветной кожей. – Подвернув рукав, она показала мне свою смуглую кожу. – Вот сейчас ты видишь средний уровень меланоцитов. А в тех образцах, которые были обнаружены под ногтями убитой женщины, они практически полностью отсутствуют. Они имеют голубоватый оттенок, что совершенно нетипично для кожи даже с небольшим содержанием меланина. И это должен понимать любой дерматолог.
– Что именно? – подскочила я от нетерпения.
– Понять, что убивший эту несчастную женщину человек никак не мог быть чернокожим! – с торжествующим видом объявила Клэр. – Это исключено. Преступник – белый человек с искусственной пигментацией. Чернила, Линдси, все дело в чернилах. Несчастная женщина вцепилась ногтями в его кожу как раз в том месте, на котором была татуировка.
Глава 29
После того как Клэр ушла, я еще долго сидела за столом и размышляла над ее открытием. Конечно, новость порадовала меня. Вскоре появилась Карен и вручила мне большой конверт от Симоны Кларк.
Это было досье на полицейского Эдварда Чипмана, который служил в полиции Сан-Франциско много лет назад. Я вынула из конверта несколько листов бумаги и стала быстро просматривать их. Чипман был патрульным полицейским и почти всю свою службу провел на улицах города. В отставку он ушел в 1994 году в звании сержанта. За годы службы дважды получал благодарственные грамоты за храбрость при исполнении служебных обязанностей.
Я пристально вглядывалась в его фотографию. Узкое темное лицо с огромной копной курчавых волос, которые были так популярны у негритянского населения в шестидесятые годы. Вероятно, Чипмана сняли в тот момент, когда он только поступил на службу. Я просмотрела все бумаги и разочарованно закрыла папку. Обычные сведения о человеке, ничего такого, за что можно было бы ненавидеть. И уж тем более его несчастную вдову. В послужном списке не было никаких зацепок, конфликтов, скандалов, что стало бы причиной мести. За свою тридцатилетнюю карьеру Чипман ни разу не выстрелил из служебного пистолета, а то и вообще не вынимал его из кобуры.
Правда, он был в полицейском отряде по охране общественного порядка в Потреро-Хилл и состоял в небольшой общественной организации под названием «Офицеры за справедливость», которая защищала интересы чернокожих офицеров полиции, но это вряд ли могло явиться причиной ненависти. Как и многие другие полицейские, Чипман был незаметен, скромен, добросовестно исполнял свои обязанности, никогда не попадал в неприятные ситуации и не оказывался в центре внимания общественного мнения. Короче говоря, в его послужном списке не было ничего такого, что хоть как-то связывало бы его с убийством Тэйши Кэтчингс или с ее дядей Кевином Смитом. Однако интуиция подсказывала мне, что именно здесь следует искать зацепку. Мои размышления прервал внезапный стук в дверь. На пороге показалась Лоррейн Стаффорд.