Вторжение
Шрифт:
И сразу же всех вновь охватил страх, только на этот раз он был неизмеримо сильнее: все они ослабли, были вымотаны до предела, близки к истерике. Калвер едва успел подхватить оседавшую на пол Кэт. Она не потеряла сознание полностью, но была близка к этому.
Эллисон начал отступать назад, к двери, через которую они только что вошли, но слова Калвера заставили его остановиться.
– Нет! – Голос летчика был твердым, почти гневным. – Мы идем дальше. Мы пока еще не наткнулись ни на одну крысу по дороге в это старое убежище. Так что, я считаю, этот путь наверх самый
Эти слова эхом отскочили от пустых стен, как бы передразнивая Калвера. Но он продолжил не менее решительно:
– Нам надо пройти через все это, в другой конец комнаты. Там есть дверь. А если повезет, то и лестница позади нее. Просто смотрите прямо перед собой и не останавливайтесь, что бы ни случилось.
Калвер двинулся вперед, поддерживая Кэт. Голова девушки спряталась у него на груди. Рука Калвера, обнимавшая плечо Кэт, твердо сжимала браунинг. Его дуло смотрело вперед, готовое в любой момент вступить в действие. В другой руке летчик держал фонарь: луч его был направлен прямо на дальнюю дверь. Кто-то позади Калвера оступился. Резко обернувшись, он увидел Дили, стоявшего на одном колене. А чей-то череп, затылок которого был смят, подобно разбитому яйцу, медленно откатывался в сторону.
– Вставай и иди дальше, – скомандовал Калвер сдавленным голосом. – Не останавливайся, что бы ни случилось, – повторил он. Но они все-таки остановились. Как один. Когда услышали плач ребенка.
Глава 29
Они стояли среди этой недавней бойни и вслушивались в этот жалобный плач. Калвер закрыл глаза, словно защищаясь и от этого звука, и от чего-то нового, стоящего за этим. Ему невыносимо хотелось вырваться из этого сумасшедшего дома, из этого подземелья пыток, но не было ни явного пути к спасению, ни облегчения от душевных мук, причиняемых всем этим. Он жаждал лишь одного – схватить Кэт за руку и не останавливаться, бежать прочь, бежать до тех пор, пока яркий дневной свет не смоет их лица, а чистый воздух не наполнит легкие. Но он понимал, что это невозможно: сначала он должен найти ребенка.
Они вслушивались в этот жалобный плач, испытывая отчаянное чувство беспомощности. Плач был очень высоким: наверное, плакала маленькая девочка.
– Это оттуда, – наконец сказал кто-то.
Они посмотрели направо, на ход, заколоченный тяжелыми досками, которые внизу были как бы пробиты внутрь. Похоже, что дерево грызли.
Плач продолжался.
– Думаю, нам не стоит здесь задерживаться, – сказал Дили, с тревогой оглядывая остальных.
– Ну, тогда иди к черту! – не выдержал Калвер.
Двинувшись вперед, он почувствовал слабое сопротивление Кэт, но потом она пошла за ним. Остальные, правда, без особой охоты, но все же догнали их у заколоченного входа. Калвер и Фэрбенк посветили фонарями через щели между досками и заглянули внутрь. Дальняя стена была футах сорока от них – не меньше. Никакой мебели в комнате не было. Фэрбенк направил луч своего фонаря пониже и тронул Калвера за плечо.
Каменный пол комнаты провалился
Жалобные, отчаянные крики раздирали их нервы.
– Ребенок где-то внизу, – сказал Фэрбенк.
– Ты нас слышишь? – закричал Калвер. – Ты что, один там? Плач прекратился.
– Все в порядке. Мы спускаемся за тобой! Ты теперь в безопасности! Молчание.
– Бедняжка, видно, страшно перепугана, – сказал Фэрбенк. Калвер начал отрывать обшивку. Сгнившее дерево поддавалось легко, разламываясь на длинные, влажные щепки. Снова послышался плач. Это были какие-то сверхъестественные звуки, а пустота вокруг подчеркивала это, создавая особый резонанс. Казалось, плач доносился из глубокого колодца.
– Все нормально! – снова крикнул Калвер. – Сейчас с тобой все будет в порядке!
Эхо повторило его голос. А внизу снова наступила тишина. Калвер и Фэрбенк вытащили доски. Образовалась большая дыра, так что можно было пролезть в нее. Они посветили в дыру фонарем, остальные выглядывали из-за их плеч.
– Видимо, из-за строительства нового убежища здесь все и рухнуло, – сказал Дили. – Здесь и так все отсыревало годами, а тут вибрация от нового строительства... Удивительно, что не провалился вообще весь бункер.
Калвер показал на темную бездну перед ними.
– Возможно, обвал связан с ядерными взрывами.
– Стив, пожалуйста, не спускайся туда, – прошептала Кэт, и в ее просьбе была настойчивость, встревожившая Калвера.
– Там ведь ребенок, – сказал он. – По голосу это, кажется, маленькая девочка. И она там одна, Кэт. Может быть, с Ней есть и другие, слишком израненные, чтобы ответить нам, или без сознания. А может, уже мертвые. Мы не можем просто так бросить ее.
– Здесь что-то не так. Это... я чувствую... в этом что-то неестественное...
Едва услышав первые звуки плача, она испытала какое-то душераздирающее, жуткое чувство. Что-то в этом голосе было действительно противоестественное.
– Не думаешь же ты в самом деле, что я смогу уйти отсюда, – твердо, не допуская возражений, сказал Калвер, стараясь заглянуть ей в глаза. Кэт уклонилась от его пристального взгляда, ничего не ответив.
– А как ты доберешься до нее? – Эллисон все еще был на взводе, ненавидя Калвера за то, что они даром тратят столько времени в этой заброшенной дыре. – Ты себе шею свернешь, пока будешь спускаться.
– Там может быть ход через канализацию, – предположил Дили. – А где-то под нами должен быть фундамент старого убежища, он как раз рядом с канализационной системой.
– Но этой дорогой мне не вернуться назад, – покачал головой Кал-вер. – Взгляните-ка. – И он посветил фонариком. – Вон там сломанная балка. Видите? Торчит из груды обломков. Ее торец упирается в стену, как раз под этим выступом. Я думаю, что сумею вернуться наверх этим путем. Ну, а спуститься вниз – вообще не проблема: потолки здесь низкие, так что расстояние плевое. – Он повернулся к Фэрбенку и добавил: – Не одолжишь мне пулемет?