Вторжение
Шрифт:
Как и предполагалось, эти двое охраняли проход. Помочь Руслану мы уже ничем не могли: поздно, его мозг оказался полностью разрушен, я тоже временно выбыл из игры. Поэтому наша группа отправилась на отдых, пока остальные остались минировать выход. Твари, вылезавшие их камеры, подрывались на минах, поэтому нам периодически приходилось возвращаться и повторять процедуру. К счастью, новых охранников королева не создавала. Научники считали: чем сильнее тварь – тем больше времени уходит на ее рождения. Хотя королева тоже растет… В целом, учитывая потерю всего одного бойца, мы
Работать оказалось сложнее, чем мы предполагали. Несколько раз встречались офицеры, которых целая группа одолевала с трудом – приходилось постоянно удерживать не менее трех знаков одновременно. Скоро оболочка истощилась, нам пришлось сделать перерыв на сон. Спать в Гнезде – не самая лучшая идея, но другого выхода не было, использовать восстановители из растущих на стенах кристаллов мы не решились. Ученые, изучавшие воздействие восстановителей на человеческую энергетику, нашли слишком много побочных эффектов.
После того, как весь ярус оказался очищен, нам пришлось сделать контрольный заход – и только тогда на смену пришли обычные люди. Мы оставались у перехода, пока саперы его не заминировали, понаблюдали за установкой тяжелого вооружения. Только после того, как оборону окончательно наладили, нам разрешили выйти на поверхность и дать отдых измученному телу.
Выход на свет принес не только облегчение. Сразу заболели многочисленные царапины, ссадины, ушибы, а Пивоварень отправился в медпункт бинтовать сломанную руку. У меня саднил синяк во всю спину – один из офицеров ударом плеча отбросил на стену, из носа и ушей текла кровь от часто прошибаемых знаков. В похожем состоянии пребывали все – к ранениям добавлялись пустая оболочка и давящая усталость.
Чижов, осмотрев нас вскоре после выхода и посоветовавшись с врачами, ушел ругаться в штаб. По плану предполагалось, что у нас будет два дня отдыха: за это время научники смогут обшарить весь ярус. Но в таком состоянии, как сейчас, двух дней не хватит. Факт, очевидный всем, кроме начальства.
Поэтому срок на восстановление увеличили вдвое – за четыре дня Даниил обещал привести всех в полный порядок.
На следующий день мы дружно пошли на речку. Стояло раннее лето, погода теплая, и все свободные от дежурства солдаты собрались на берегу. Даже некоторые научники забросили свои занятия и сейчас нежились на лесистых берегах, выбирая первые солнечные лучики.
Я сидел, прислонившись спиной к дереву, и слушал спор Студента с Ястребом. Слово «спор» не очень хорошо описывало ситуацию – правильнее сказать, монолог Студента время от времени прерывался скептическим хмыканьем его оппонента. Разговор шел о весьма интересных новостях, пришедших из далекой звездно-полосатой страны.
– Что мы имеем? – риторически вопрошал Студент и тут же отвечал: – Конгресс принял законопроект, запрещающий псионам занимать определенные должности и работать в некоторых сферах. С одной стороны, вроде бы мелочь – пусть десяток врачей не сможет заниматься практикой. Но на самом деле имеет место быть первый шаг в сторону геноцида. Фармацевтические фирмы и производители хирургического
– Да фигня это все. – Ястреб пока что отбивался. – Даниил говорит, его дружки нащупали пути к лечению рака. Против такого аргумента ни один закон не поможет.
– Ты недооцениваешь силы пропаганды. Вот увидишь – скоро народ начнут убеждать, что в мозгу псионов происходят необратимые изменения, которые приводят к полной деградации психики. В зарубежной прессе уже появились первые заметки. Нашли повышенную агрессивность, шизофрению, другие отклонения. Будут делать все возможное, чтобы псионы шли в одну сферу – в армию, остальные дороги перед ними закроются.
– И чем, по-твоему, все закончится? Борьба человечества с мутантами, люди икс и профессор Ксавье в подполье?
– До такого не дойдет. Но попомни мои слова: вражда между простыми людьми и псионами неизбежна. Люди с магическими способностями не просто могут творить чудеса, выживать в убийственных условиях, жить дольше отмерянного большинству срока. Псионы другие. Мы уже сейчас смотрим на мир несколько иначе, что же будет лет через десять? Простой пример: если тебе нужно переговорить с Палачом и мобильника под рукой нет, что ты сделаешь?
– Пошлю ему зов, или сам поищу. – Ястреб пожал плечами. – Засеку ауру и ножками пройдусь.
– Вот именно. Обычному человеку придется или орать во всю глотку, или ходить по лагерю, спрашивая всех встречных. Из таких мелочей складываются кардинальные отличия. И если научники поймут, каким образом Гнездо активирует псионические способности, можно будет говорить о создании новой расы. А межвидовую борьбу, по Дарвину, еще никто не отменял. Американцы первыми поняли, чем грозит рост численности магов, и пытаются с ним бороться.
Только ничего у них не выйдет. Пока существуют чужаки, будут появляться и новые псионы. Численность Гнезд растет – в пропорции требуется все больше бойцов для их зачистки, нужны новые методики развития способностей. Человеческая природа неизменна: глядя на нечто чужое и полезное, хочется получить такое же. Я имею в виду, мало кто откажется стать магом, представься такая возможность, или хотя бы воспользоваться результатом их трудов.
Студент немного помолчал, затем продолжал более спокойно:
– Ты вспоминал Даниила. Да, если он сумеет исцелять болезни, которые не способна лечить современная медицина, его ждет неминуемое признание. Но если будет существовать альтернатива магическому лечению – он обречен! Никто не захочет связываться с чем-то непонятным, возможно, опасным. Кроме того, есть обычная человеческая зависть: ты можешь что-то, чего не могу я, – дай-ка я дам тебе в морду. – Палач фыркнул, сдерживая смех. – Было бы смешно, не будь так страшно. Противостояние неизбежно: с одной стороны, разозленные и напуганные люди, с другой – одуревшие от свалившейся силы маги. Мы же не святые – вспомни рассказы Призрака. Процент преступников среди псионов не выше, чем среди обычных людей, только из-за того, что за нами тщательнее следят. Искушение силой велико.