Вторжение
Шрифт:
Тим невольно дёрнулся. Бен был слишком проницателен. Тим в самом деле имел в виду полмиллиона, но срезал эту сумму наполовину… ну потому, чёрт возьми, что так всегда делались дела.
— Вы же понимаете, что два пятьдесят — это не деньги для фонда. — Тим понял, что Стил специально пустил в ход жаргонное выражение. — Чёрт побери, человече, да за два пятьдесят даже толковый офис не организуешь.
— Хорошо, — сказал Тим. — Пятьсот тысяч.
— Беру, — фыркнул Стил.
— Значит, договорились?
— Не так быстро, парень. Так что там
— Их двое, — сказал Тим. — Вы и я. Вы человек рассудительный. Думаю, в этом я вам не уступаю. Особых проблем у нас не должно быть.
— Не пойдёт, — сказал Стил. — Я дал себе слово, что никогда больше не буду работать с белыми. Никаких сопредседательств. Если присутствует белое отребье, то я шеф или никто.
— Что это значит в данном случае?
— Что я президент или председатель, или… словом, называйте, как хотите, — Стил с силой затянулся, и тлеющий кончик сигареты на мгновение зарделся, как раскалённый уголь. — Я введу вас в свой совет директоров.
— Чертовски любезно с вашей стороны. — Тим чуть не добавил «и весьма благородно». Он с трудом сдержался, чтобы не послать Стила к чёрту. Вместо этого он снова стал копаться в мотивах своих действий. Его предложение было совершенно искренним, но, торгуясь с Беном, споря и планируя, Тим считал, что они говорят на равных. А теперь Стил предлагает ему свою версию — власть его, а деньги Тима. Неужели он в самом деле опоздал лет на десять? Несмотря на темноту, он попытался увидеть глаза Стила.
— Есть что-то ещё?
— Нет. Но у вас есть право всё знать доподлинно. Если идея реализуется, в совете директоров будут только чёрные. Кроме вас.
Тим не ответил, и Стил продолжил уже более спокойным рассудительным тоном.
— Этот фонд будет в определённой мере служить целям образования, так? Значит, он сможет чему-то научить и вас. Вы поймёте, каково это быть одному белому среди десяти или пятнадцати чёрных лиц. Это пойдёт вам только на пользу. — Сигарета снова пыхнула огоньком, и Стил подвёл итог. — Понимаете, я смертельно устал от этих дутых организаций помощи чёрным — их придумывают белые, финансируют белые и руководят ими тоже белые. Они лучше нас знают, что нам нужно. С этим покончено, человече. Отныне или всё в наших руках — или нам ничего не нужно.
— А вы уверены, что у вас хватит опыта и знаний, Бен? В области финансов, инвестиций и всё такое. Поверьте, это очень непросто.
— Пусть лучше мы будем делать свои чёрные ошибки, чем позволим их делать белым, — незамедлительно ответил Стил. — Все те годы, что белые рассказывают, как они помогают нам, дела идут всё хуже и хуже.
— Но вы забыли о деньгах белых, — возразил Тим.
— Кто сказал, что это деньги белых? — хрипло сказал Стил. — Вы меня не поймаете на крючок своей долбанной белой риторики. Малыш, ваш папаша набил себе карманы не столько белыми, сколько именно чёрными деньгами, о чём не стоит забывать.
— Эти средства получены от отца Лиз, — уточнил Тим.
— Да я и знать не
Прошло не меньше минуты, и Дилл приоткрыл двери.
— Вам бы лучше пошевеливаться, — сказал он. — Чили скоро пойдёт обходом. — Он прикрыл за собой двери.
— Ну так как? — спросил Стил. — Договорились?
— Мне это не нравится. — Но Тим понимал, что если бы даже ситуация изменилась, он бы не отказался от своего предложения. Он попытался понять, проклятием или благословением является его рациональность. — Хорошо, — сказал он.
Тим сделал шаг вперёд и протянул руку.
Стил пожал её.
— Могли бы обойтись и без рукопожатий. Для белого человека оно ничего не значит… Для меня тоже… Но я понимаю, что оно вам нужно. У вас нет выбора.
Время вышло. Стил направился к дверям.
— Но вот что меня волнует. Как к этому относится ваша жена?
— Я ещё не говорил с ней.
Стил лишь присвистнул.
— М-да… Вы странный человек, Кроуфорд.
Дилл ждал, стоя в дверном проёме. Стил положил руки на плечи обоим мужчинам и подтолкнул их друг к другу.
— А теперь слушайте, — сказал он. — Чили вот-вот свалится от утомления и недосыпа. Когда это случится, ты придёшь за мной, Джексон. И вы тоже будьте готовы, Кроуфорд. Тем временем, Джексон, поработай с Харви. Мы можем обойтись без Пёрли, но Марш нам нужен… Кроуфорд, расскажите Джексону о нашем договоре.
Тим вышел в ночь, и Дилл запер за ним дверь гаража. Нога в ногу они пересекли брусчатку. Стояла непроглядная темнота. За облачным покровом исчез даже клочок звёздного неба на севере. Марша нигде не было видно. Дилл вместе с Тимом вернулся в библиотеку, освещённую узким конусом света из-под настольной лампы.
— Так что за договор? — спросил Дилл.
Тим объяснил.
— Пятьсот кусков, — недоверчиво повторил Дилл. — Парень, да ты или рехнулся или перепуган до смерти. — Он восхищённо уставился на Тима и подал плечами. — Считай, что повезло — Стил мог бы вытрясти и пару миллионов.
— Спасибо и на том. — Дав выход сарказму, Тим замолчал, снова и снова пытаясь понять, как он пришёл к своему решению. Он сомневался, что ему удастся до конца понять мотивы своих действий. Как ни странно, в голове у него промелькнула мысль, что причиной тому может быть теплота, с которой Бен обращался с Холли. Но как бы там ни было, Тим ни о чём не жалел.
— Он потребовал какую-то подпись?
— Нет. Я дал ему слово.
— Чёрт возьми! — Дилл снова не смог удержаться от изумления, и Тим почувствовал прилив гордости, которая не нуждалась в объяснениях — во всяком случае, пока он не вспомнил об оскорбительном рукопожатии.
— Вы расскажете Амбросу? — спросил Тим.
— Нет. Пустая потеря времени. Чили предан лишь Гамалу… Когда наступит час, нам всем придётся навалиться на Чили. Боитесь?
— Немного, — признался Тим. — Но я буду делать то, что должен.