Вурдалак

Слэйд Майкл

— Где эта покойницкая? — спросила Ренд. Шотландец объяснил.

— Поблизости от исходной точки блуждающего маршрута, который упирается в Альберт-холл. Ничего себе кино, Скотт!

— Что мне делать дальше?

— Возьмите ордер на обыск подвала и все там перетрясите. Я блокирую морг и присоединюсь к вам.

— Только не пользуйтесь компьютером Ярда, — предостерег Макаллестер.

0: 45

В центральной части Лондона в радиусе девяти миль можно насчитать

добрую сотню кладбищ. Почти при каждом из них есть по меньшей мере один морг.

До 1832 года, когда открыли Кенсал-Грин, первое муниципальное лондонское кладбище, покойников хоронили либо при церквях, либо на частных погостах, каковых насчитывалось великое множество. То было время пьяных могильщиков, подержанных гробов, нелегальных эксгумаций и тошнотворных запахов. Диккенс писал о тех днях: «Своими ароматами город был обязан гнили, плесени и усопшим горожанам».

Тридцатые и сороковые годы прошлого столетия принесли с собой эпидемию холеры и демографический взрыв. Парламент откликнулся рядом Актов о погребении, которые, однако, получили подробное разъяснение лишь в 1972 году. В результате законодательной неразберихи несколько старинных кладбищ остались во владении частных лиц. Например, то, куда под внимательными взглядами Цинка и Деборы зашла Рика.

Резкий холодный свет луны заливал пустынное кладбище. Зажатое со всех сторон закопченными зданиями, облитыми сейчас лунным серебром, оно казалось всеми забытым — лишь те, кто жил по соседству, нет-нет да и замирали у мутного окна под крышей, устремив взгляд на могилы. Покосившиеся или разбитые надгробия со стершимися надписями. Облупившиеся, заржавленные ворота и ограда с шипами поверху. Деревья с облезающей корой. Новенькая вывеска над входом: «Музей восковых фигур "Некрополис"».

У самых ворот стоял старый готический мавзолей с осыпающимися фронтонами. Облицованные камнем стены из серого кирпича едва проглядывали из-под мертвых побегов плюща. Здание опоясывали ниши с урнами для праха.

Прячась в глубине двора, откуда открывался вид на кладбищенские ворота, Цинк с Деборой увидели, как Рика пошарила за одной из урн, подошла к боковой двери у дальнего угла здания и, прежде чем войти, вернулась к урне.

— Подожди здесь, — прошептал Чандлер.

— Ты куда? — спросила Лейн.

— Туда. Хочу найти Сакса и поговорить с ним.

— Смеешься? Это же незаконно.

— У меня нет времени решить эту проблему иначе. Через тридцать с небольшим часов я вылечу с работы.

— Но у тебя нет пистолета!

— Да. Я ведь в Британии.

— А если он вооружен?

— Придется рискнуть.

— А если Рика и Сакс там не одни?

— Жди здесь.

— Хватит обращаться со мной, как с маленькой, Цинк. Меня это тоже касается. Я иду с тобой. И ты меня не остановишь.

0: 46

Вурдалак был в бешенстве. Куда девалось время?

В туннелях, пробуравленных могильными червями

в его мозгу, уже бился пульс космических ветров, налетающих из межзвездных пропастей, и Р'лайх поднимался с морского дна. Гробница Ктулху была готова принять ритуальную кровь — и выпустить Его на волю.

Как же это? Леграсс не остановлен! Ренд сейчас должна быть его пленницей, предназначенной на заклание. Жертвенник и головоногий идол готовы, но время, время!.. Нужно найти жертву, пока звезды благоприятствуют.

— Выпусти меня! — завопил он.

0: 47

Цинк и Дебора вышли из тени и перебежали через двор. Лейн отыскала позади урны ключ и подала Чандлеру. Они вошли в боковую дверь.

0: 48

Когда на консоли компьютера в стальной комнате его сознания замигал второй сигнальный огонек, Джек Ом удивился. Элейн велела ему ждать Рику Хайд — и действительно, на экране только что промелькнул ее силуэт, транслированный камерами, наблюдавшими за прихожей перед собственно моргом.

Так кого, черт возьми, засек сейчас электрический глаз?

— Элейн, — напряженным голосом позвал он. Почти тотчас за дверью возник черный силуэт Тиз.

— В чем дело? — спросила она. — Впусти меня.

Ом нажал на аварийную кнопку, открывающую панель. У него так и не нашлось времени починить основной выключатель.

— Кто это? — прошептал он, уставясь на экран. Компьютер, встроенный в его мозг, автоматически подключился к установленной наверху системе безопасности.

Элейн Тиз взглянула на изображение.

— По-видимому, за Рикой следят. Или они разобрались в компьютере.

— Как это — «разобрались в компьютере»?

— Джек, он попал в руки полиции.

— Полиции! — потрясенно повторил он с дрожью в голосе.

— Один мой друг его потерял.

— Ты отдала мой компьютер в чужие руки?

— Заткнись, Джек. Дай подумать.

— А меня даже не спросила! Со мной не посоветовалась!

— А зачем? — фыркнула она. — Парадом командую я. Джек Ом пришел в ярость. Хороши новости! Немудрено, что радио молчит о массовом убийстве в Альберт-холле. Сколько же времени полиция копается в его компьютере, где хранится карта с проложенным им маршрутом? И цветы… теперь они обо всем догадаются. Господи Иисусе, сегодня вечером его могли схватить с поличным!

— Гадина! — Ом свирепо воззрился на черный силуэт в дверном проеме. Рядом на стенном экране светилось изображение, транслируемое установленной наверху камерой: Цинк и Дебора шли через холл. — Ты думаешь, ты можешь помыкать мной, как тебе вздумается? Нет, Элейн. Я отказываюсь на тебя рабо…

Вдруг слева от Ома в компьютере что-то взорвалось, а стальная стена справа от него (в действительности — граница его сознания) сюрреалистически выпятилась.

— Останови их! — приказала Тиз, показывая на экран, на Цинка и Дебору.