Выбирай врага тщательно
Шрифт:
— Раскается, — издевательски усмехнулся Эстайос. — Пока она вендиго, она будет жаждать человеческого мяса. Скажи, священник, можешь ли ты изменить ее в то, чем она была прежде?
Сердце Вернера забилось чаще, когда в него проникла надежда, но Ринальди отвернулся от Эстайоса, опуская пистолет дулом вниз.
— Увы, нет, — покачал головой священник. — Но я не могу позволить совершиться убийству, а это будет убийством, если вы уничтожите ее без доказательств, что она полностью ступила на путь вендиго. Хладнокровным убийством.
—
Ринальди повел плечами, словно слова Эстайоса заставили его нервничать.
— Ее действия будут на ее совести. Как и ваши действия на вашей. Каждый человек должен делать свой выбор.
Каждое из, казалось, незначительных перемещений Ринальди, в результате, привело его к регенерационной койке Харт. Как только он оказался рядом с ней, он резко выхватил из ее рук пистолет. Кэтрин была слишком слаба, чтобы сопротивляться. Ринальди же отшатнулся от койки и отбросил пистолет подальше в угол.
— Как я уже говорил, я не хочу позволить свершиться убийству, — сказал он, на этот раз обращаясь к Харт.
Кэтрин откинула голову на подушку и стиснула зубы. Сэм еле услышал произнесенное ей ругательство.
— Хороший шаг, — сказал Эстайос. — Для священника. Спасибо, что избавил меня от хлопот.
— Я разоружил Харт не для вашего покоя, — огрызнулся Ринальди. — И я не устану повторять, что ваше решение — преждевременно. Дженис должна жить так, как велит ей совесть. Если она окажется слаба и станет уничтожать людей, я лично помогу вам избавиться от нее.
— Я не приму помощи от какого-то священника.
— Это не остановит меня от участия в охоте, — решительно заявил Ринальди.
Их разговор об охоте и убийстве, наконец, разозлили Сэма. В конце концов, Дженис была не зверем.
— Заткнитесь! — закричал он. — Заткнитесь оба! Не будет никакой охоты! Дженис — моя сестра!
— Она вендиго, — сказал Эстайос. — Ты что, дурак, раз защищаешь ее? Если продолжишь гнуть эту линию, в Тире получишь смертный приговор. Мы знаем, что делать с теми, кто помогает вендиго. Если ты думаешь, что статус твоей сестры спасет ее, так ты дважды дурак. Вендиго — бессовестное зло. Она не знает никакой семьи.
Сэм посмотрел на Эстайоса, но, вместо высокого эльфа он снова переживал события прошедшей ночи. Он видел, как человеческий дух боролся с духом порчи в лице вендиго. Он слышал голос вендиго, моливший о Дженис. Этот глухой голос говорил такие слова, то не вписывались в оценку Эстайоса. Эти заботливые слова пришли из мертвого, высушенного тела, избавленного от чистого зла, а значит, родились от человеческого духа, обращавшегося к тем, кто мог его услышать. Он видел слезы Дженис в обличие вендиго и знал, что Дженис-человек еще живет где-то там, внутри.
— Ты просто не понимаешь, — настойчиво сказал Сэм. — Она больна.
— Вернер, ты сумасшедший, — сплюнул Эстайос. — Она убийца и должна быть остановлена.
— Она
— Она вендиго. Это необходимо, — настаивал Эстайос.
— Это убийство, — сказал Сэм.
— Спорный вопрос, — подала голос Вилли. — По крайней мере, пока.
— Тупые ублюдки, — фыркнул Эстайос, схватил «Стайер» и направился к двери. — Тереза, уходим. Если мы не поторопимся, зверь уйдет.
Тереза вложила пистолет в кобуру и направилась вслед за ним.
— Тереза! — позвал эльфийку Додгер. Эльфийка остановилась в дверях.
— Тебе же это не нравится, Тереза, — сказал Додгер. — Не ходи с ним.
Тереза, остановившись, оглянулась, а потом захлопнула дверь с той стороны. Додгер ударил кулаком в стену, после чего упал на диван лицом вниз, зарывшись в подушки.
— Вилли! Что ты наделала? — воскликнул Сэм.
— Избавилась от настоящих неудачников, — хмыкнула та. — К сожалению, твоя птичка, Додгер, тоже попала в эту категорию.
— Она сделала свой выбор, — мрачно процедил из-под подушки Додгер.
— Но они собираются охотиться на Дженис! — воскликнул Сэм. — Они убьют ее!
— Неправильно. Она уйдет. Я оставила там один из беспилотников и сейчас запустила программу, чтобы он понервировал ее. Эстайос найдет пустой дом.
— Но и мы ее потеряем, — заметил Ринальди.
— Снова неправильно. Я оставила там пару дронов, чтобы проследить за ней.
— Ты умница, Вилли, — кивнул Ринальди.
— Согласна, — ухмыльнулась карлица и снова занялась своей техникой.
Сэм поднялся с кресла, стараясь не обращать внимания на боль. Пошатываясь и хромая, он подошел к Ринальди. Схватившись за его руку, он наклонился к уху священника.
— Ты эксперт по колдовству, отец. Скажи, есть способ вылечить ее? Ведь должен же быть способ.
С минуту священник молчал, потом посмотрел в глаза Сэма.
— Я не знаю, Сэм. Наука почти ничего не знает о вендиго, и колдовских знаний на эту тему немного. Если северные сказки, хотя бы отчасти, правдивы, природа вендиго в проклятье. Если это так, может быть, его можно снять. Но если это биологическое изменение, и ничего больше, боюсь, тебе не на что больше надеяться. Я буду молиться, чтобы твоя вера и любовь была вознаграждена, но я не знаю, что из этого выйдет.
— Ты же не станешь охотиться на нее, не так ли?
Ринальди отвернулся.
— Во-первых, Сэм, ты и Харт ранены, и сейчас — предмет моей заботы. Дженис молода и сильна, в то время как мы все уставшие и слабые. Я не сомневаюсь, что ее хорошо обучили боевому колдовству, и она применит его не задумываясь, если мы попытаемся задержать ее. Она будет бороться и может убить всех нас.
— Она никогда меня не убьет. Ведь я ее брат.
— Может быть, ты и прав. Я буду молиться, чтобы так и оказалось. Это может стать ее путем к искуплению.