Выбор наследника

Романова Галина Львовна

— Что случилось? Тебе не удалось поговорить с леди Каллирель?

— Удалось, но, — вздохнул тот, невольно бросив взгляд через плечо, — она опять осталась равнодушна к моим словам!

— Ничего, сын мой! Скоро все изменится!

— Вы уверены, отец?

— Более чем! Надеюсь, не пройдет и года, как она станет твоей невестой, а потом и женой!

— Лорд Калливар дал согласие на наш брак? — Юноша так и подпрыгнул в седле.

— Тш-ш, — его отец предостерегающе взмахнул рукой, — не кричи так громко, иначе спугнешь удачу!

Оба невольно оглянулись по сторонам.

До

замка советника было не так уж далеко, но по традиции знатные эльфы почти не ходили пешком в гости. Тем более что большая часть поместья-столицы Аметистового Острова представляла собой запущенный парк. Вековые деревья смыкали кроны над густыми зарослями кустарника и молодой поросли. Лишь кое-где садовники следили за тем, чтобы не зарастали аллеи, и сухостой не слишком загораживал посыпанные цветным гравием тропинки. Если бы не редкие поляны, на которых были разбиты клумбы, не аллеи и не эти дорожки, легко можно было бы поверить, что вы оказались в настоящем диком лесу. Кроме того, время от времени среди деревьев попадались беседки и небольшие павильончики, а на полянах стояли статуи.

Отец и сын ехали по гравийной дорожке, пролегавшей по липовой аллее. Липы только начали цвести, и медовый запах пока еще не дурманил головы.

В конце дорожка раздваивалась — одна ее половина уходила в лес, а другая ныряла в продолжение аллеи, где вперемешку с липами стояли тополя. На перекрестке виднелась статуя — совершенно нагая молодая девушка с распущенными волосами, почти ребенок, закрывала лицо руками, явно стесняясь своей наготы. Поза была передана настолько живо, что всякий невольно задерживал на ней взгляд, гадая, что же послужило источником вдохновения для давно почившего скульптора.

— Отец, — помолчав, поинтересовался Лаотор, — вы в самом деле договорились о… мм… ну, о нас с Каллирель?

— Да, — кивнул советник. — А что тебя смущает?

Как раз в этот момент они подъехали к перекрестку, и оба невольно бросили взгляд на тропинку, сворачивающую в лес. Было видно, что тропа ведет к строению, сложенному из темных камней. Дорожка была заброшена и медленно зарастала травой и кустарником. Последний раз ею явно пользовались очень давно.

— Боишься не справиться? — Отец проследил за взглядом сына.

— Опасаюсь, — уклончиво ответил тот.

— На этот счет не беспокойся. Я все сделаю за тебя!

Лаотор отвернулся, пришпорил коня и галопом поскакал по аллее прочь. Советник чуть задержался, бросил последний взгляд на заброшенную часовню, где много лет назад уснул вечным сном прежний Наместник Аметистовый. Весьма немногие знали, что лорд Каллимир не просто так зашел сюда в свой последний час.

Карадор присел на край крыши, свесил одну ногу вниз. Посидел немного, глядя на уснувший город и дыша прохладным ночным воздухом, потом полез в кошелек на поясе. Вынул палочку контрабандного геронтийского табака, тщательно откусил кончик и только было собрался высечь искру, как до его острого слуха донеслось отдаленное громыхание приближающихся шагов. Кто-то шел к нему по крыше, ступая с осторожностью человека, не так хорошо, как эльфы, видящего в темноте. Но за несколько секунд

до того, как слабый отсвет факела озарил его спину, эльф спокойно обернулся, посмотрев на приближающегося молодого человека.

— Привет, — сказал он, когда тот остановился в двух шагах от края. — Ты что тут делаешь?

— А ты? — Молодой человек поискал глазами, куда воткнуть факел, но не нашел и присел на крышу, держа его в руке.

— Отдыхаю. — Карадор протянул сигару к факелу, зажег и затянулся.

— Я тоже… отдыхаю. — Молодой человек посмотрел вниз. На дворцовой стене горели огни — туда-сюда прохаживалась ночная стража. — Слушай, дай затянуться!

— Курить — здоровью вредить! — наставительно промолвил Карадор, но тлеющую с одного конца палочку все-таки подал. Его собеседник жадно вдохнул дым и закашлялся. — Что я говорил?

— Ты же куришь! — с некоторой долей обиды, прокашлявшись, возразил молодой человек.

— Ну, так я и не человек! А с вами, людьми, поведешься — и не того наберешься!

Какое-то время они молча курили одну сигару на двоих, передавая ее из рук в руки.

— А ты чего домой не идешь? — Молодой человек указал на силуэт эльфийского посольства. Острые шпили слабо светились в ночной темноте серебристо-голубым светом.

— Да ну, — отмахнулся Карадор. — Поздно уже. Да и завтра с утра пораньше все равно нужно было сюда возвращаться…

— Да уж!

При воспоминании о том, что предстоит завтра, лицо молодого человека помрачнело. Он прикусил губу, невольно сжал кулаки. Карадор боковым зрением заметил, как изменилось лицо собеседника, понимающе похлопал его по руке:

— Не бери в голову. Подумаешь — женитьба!

— Тебе легко говорить! — фыркнул тот. — Тебя никто не заставляет…

— Как раз меня-то и заставляют, — вздохнул Карадор. — Как думаешь, почему я ночую то во дворце, то в Тайной службе? У меня там, — он ткнул сигарой в сторону шпилей посольства, — восемь незамужних эльфиек. Из них пятеро — старше меня! Все восемь вбили себе в голову, что раз я не женат, то просто обязан хотеть создать семью.

— И что, домогаются?

— Просто ужас! — Карадор затянулся, подержал дым во рту и выпустил несколько колечек. — Караулят у двери, ходят по пятам даже до нужника, — его собеседник захихикал, — одна из них в окно пыталась залезть!.. Где-то на карнизе зацепилась платьем, застряла и провисела до утра. Крикнуть и позвать кого-нибудь на помощь постеснялась, а я в ту ночь так вымотался, что спал как убитый и ничего не услышал.

— Ты — и не слышал? — не поверил молодой человек. — Но ведь у вас, эльфов, чуткий слух!..

— Говорю тебе — спал я!.. Но лучше бы проснулся! Поскольку снимала ее утренняя стража, она вообразила, что ее честь пострадала и у нее теперь как у «жертвы обстоятельств» есть преимущество перед остальными!

Докурив сигару, Карадор бросил окурок с крыши. Его собеседник проследил за полетом красной точки, и эльф тоже скосил глаз, но с осторожностью — большинство представителей этой расы боятся высоты.

— Слушай, — помолчав, промолвил молодой человек, — Карадор, а как ваши девушки… ну… как бы тебе сказать… В общем, как они… э-э…