Выбор по Тьюрингу
Шрифт:
Ничего подобного Джей-Джей еще не видел. На полу стояло что-то вроде дерева, перевернутого вверх корнями, ростом не выше пояса. Сверху торчали две руки, которые заканчивались металлическими шарами. Две нижние ветви разветвлялись и разветвлялись снова и снова, становясь на конце не толще спагетти. Однако особенно большого впечатления на Джей-Джея это не произвело.
– Две металлические палки с парой веников вместо ног. Не понимаю.
– Это не веники. Перед вами последнее достижение микротехнологии. Здесь преодолены почти все механические ограничения,
– А что он может делать? – сердито спросил Джей-Джей. – У меня очень мало времени.
Брайан стиснул кулаки, так что у него даже побелели костяшки пальцев, и постарался сдержать раздражение.
– Прежде всего он умеет говорить.
– Давай послушаем. – И Джей-Джей демонстративно взглянул на часы.
– Робин, кто я? – спросил Брайан.
На поверхности обоих металлических шаров открылось по отверстию, которые до этого были закрыты диафрагмами. Послышалось гудение моторчиков, и шары повернулись к Брайану. Потом диафрагмы снова закрылись.
– Ты Брайан, – послышался жужжащий голос из динамиков, установленных в тех же шарах. У Джей-Джея сердито раздулись ноздри.
– А кто я? – спросил он. Ответа не было.
– Он отвечает только тогда, когда его называют по имени – Робин, – поспешно пояснил Брайан. – К тому же он вряд ли воспримет ваш голос, ведь до сих пор с ним разговаривал только я. Дайте я попробую. Робин, кто это? Человек, который стоит рядом со мной?
Диафрагмы раскрылись, шары повернулись. Послышался слабый шорох – бесчисленные металлические щетинки зашевелились, и машина двинулась в сторону Бэкуорта. Тот отступил на шаг назад, робот последовал за ним.
– Можно не двигаться и бояться нечего, – сказал Брайан. – У оптических рецепторов, которые сейчас на нем стоят, короткое фокусное расстояние. Вот видите – он остановился.
– Объект незнаком. С вероятностью девяносто семь процентов это человек. Фамилия?
– Верно. Фамилия – Бэкуорт. Инициалы – Дж. – Дж.
– Дж. – Дж. Бэкуорт, возраст шестьдесят два года. Группа крови – нулевая. Карточка социального страхования номер 130-18-4523. Место рождения – Чикаго, штат Иллинойс. Женат. Двое детей. Родители…
– Робин, остановись, – приказал Брайан, и жужжащий голос оборвался, а диафрагмы закрылись. – Простите, сэр. Но я тут занимался кое-какими экспериментами по идентификации людей и получил доступ к личным делам в отделе кадров.
– Все это игрушки. И я не вижу в этом большого смысла. Что еще может делать эта штука? Она может двигаться?
– Во многих отношениях лучше, чем мы с вами, – ответил Брайан. – Робин, лови!
Он взял со стола коробку со скрепками, высыпал их на ладонь и швырнул в робота. Все части машины мгновенно пришли в такое быстрое движение, что зарябило в глазах. Тонкие щупальца, плавно развернувшись, превратились в сотни крючочков, похожих на изогнутые когти. Они протянулись в разные стороны, поймали одновременно все до единой скрепки и сложили
Это Джей-Джею понравилось.
– Хорошо. Думаю, что это может найти коммерческое применение. Но что там насчет его интеллекта? Он думает лучше, чем мы? Может решать задачи, которые мы решить не можем?
– И да и нет. Он совсем новый и еще мало чему научился. Обучить роботов опознавать предметы и обращаться с ними пытались почти пятьдесят лет, и только теперь мы имеем машину, которая способна этому обучиться. Прежде всего надо было вообще научить ее думать. А теперь она очень быстро совершенствуется. Больше того, мне кажется, что ее способность к самообучению растет экспоненциально. Дайте я вам покажу.
Джей-Джей бросил на него заинтересованный, но недоверчивый взгляд и хотел что-то сказать, но тут громко, требовательно зазвонил телефон.
– Красный телефон! – вздрогнув, сказал Мак-Крори.
– Я буду говорить, – отозвался Бэкуорт, взял трубку и услышал незнакомый голос:
– Мистер Бэкуорт, случилось кое-что непредвиденное. Вы должны немедленно прийти сюда.
– В чем дело?
– Эта линия не защищена от подслушивания.
Джей-Джей положил трубку и с досадой нахмурился:
– Там что-то случилось, не знаю что. Вы оба ждите здесь. Я постараюсь разобраться как можно скорее. Если окажется, что мне придется задержаться, я позвоню.
Его шаги замерли в коридоре. Брайан сердито молчал, не сводя глаз со стоявшего перед ним робота.
– Он ничего не понял, – сказал Мак-Крори. – Он слишком мало знает, чтобы понять, как важно то, что ты сделал.
Его прервал какой-то странный звук, похожий на кашель. Звук повторился трижды, потом послышался громкий стон и грохот аппаратуры, падающей на пол.
– Что там такое? – воскликнул Мак-Крори, повернулся и сделал шаг в сторону двери, которая вела в соседнюю лабораторию. Снова раздался звук, похожий на кашель, и Мак-Крори вдруг повернулся вокруг своей оси. Лицо его превратилось в залитую кровью маску. Он зашатался и упал.
Брайан пустился бежать. Он ни о чем не думал, не рассуждал – он хотел только скрыться, спрятаться куда-нибудь, как привык за многие годы издевательств и преследований, которые терпел от мальчишек постарше. Он выбежал в дверь за мгновение до того, как пуля ударилась в косяк как раз на уровне его головы.
Прямо перед ним оказался большой сейф для хранения пленок с запасными копиями всех расчетов. Их складывали туда каждый вечер. Сейчас сейф был пуст. Пуленепробиваемый, несгораемый, герметически закрывающийся сейф. Чулан, где мальчик может укрыться от преследования, темное место, где он может найти убежище. Брайан распахнул дверцу сейфа, и в этот момент слепящая боль разорвала ему спину и швырнула его вперед, развернув в воздухе. От того, что он увидел, у него перехватило дыхание. Он поднял руку, пытаясь прикрыть голову, потянул к себе ручку сейфа и начал падать на спину. Но пуля догнала его. Выпущенная в упор, она пробила ему руку, а потом голову. Дверца сейфа захлопнулась.