Выбор Пути
Шрифт:
– Что произошло? Как это понимать? – я показал на раковину на своей груди.
– У него сын погиб из-за этой твари три года назад. Он тоже был рыбаком.
– Понятно. А что это такое?
– Знак милости Селедры. Такие раковины жрецы дарят тем, кто борется с тварями Хозяина глубин. С ней нам будет проще на других островах.
– Ты думаешь, пора? – я взглянул на уже ставший привычным для меня островок, на ал-маруни , которые, привязав верёвки к щупальцам мелькара, вытаскивали того на берег для разделки. За короткое время, которое я здесь провёл, я успел привязаться к этим простым людям; отчасти
Мне повезло, что я решил перебраться сюда, а не остался на Центральных островах: похоже, ни Хозяину глубин, ни Селедре нет дела до маленького, всеми забытого островка, и умирающего с голодухи племени.
– Ну что, пошли домой! – подхватив сетку с нашим уловом, я уже зашагал было прочь, когда меня кто-то потянул за руку. Оглянувшись, я увидел пожилую женщину, с надеждой глядящую на меня.
– Скажи, не видел ли ты моих сыновей? Они тоже уплыли ставить сети к Чёрным камням.
Я недоумённо взглянул на Караха: я не мог припомнить никаких лодок, в тех местах, кроме нашей. Тот подошёл к ней, и с какой-то неожиданной для меня нежностью заглянул в глаза.
– Нет, матушка Румила, мы их там сегодня не видели. Видимо, они уплыли дальше. Давайте, я отведу вас домой.
– Не надо, – грустно помотав головой, старуха убрала руку. – Я ещё немножко подожду их на берегу...
По дороге к нашей хижине я спросил Караха:
– Что с ней не так? И где её сыновья?
– Погибли почти три года назад. Одними из первых, считай. Мы тогда не знали, что за зло у нас завелось, да и тварь хитрая попалась. То месяц там было спокойно, то за неделю лодка или две попадут. Грешили на Изменённых, а это Ужас Глубин оказался. Вот с тех пор она их и ждёт. Утром выходит, вроде как провожает, а потом до вечера сидит на берегу и ждёт, когда они с рыбалки вернутся.
– Мне жаль её, – это было всё, что я мог сказать. Ещё одна чужая, разбитая и изломанная жизнь.
В хижине над очагом висел котёл, и варилась похлебка. Маленькая хозяйка успела приготовить обед для отца и меня.
– Ну что ж, посмотрим, что мы сегодня выловили, – сказал я, пододвигая сетку с уловом. Вскрывать раковины мы, как обычно, доверили Найле: за прошедшее время это уже стало традицией. Девочка относилась к заданию со всей серьёзностью. Достав раковину, она стала осторожно вскрывать её небольшим ножиком.
Как я понимаю добытчиков жемчуга! Рискуешь жизнью, целыми днями не выбираясь из воды, ищешь, и даже найдя раковину, ты запросто можешь получить пустышку. Больше половины из жемчужниц пусты, независимо от размера, цвета и молитв богам.
Вот первая из раковин вскрыта. Я раздражённо плюнул в сторону. Пусто! Следующая тоже оказалась пустой, а вот третья порадовала крохотным
Наша первая с Карахом находка такого размера! Чтобы успокоить нервы, я достал из сумки бутылку с вином и сделал большой глоток.
– Давай, Найла, открывай. Пусть Повелитель случая будет сегодня на нашей стороне.
Нож раздвинул створки раковины, и прямо в подставленные ладони Караха скатилась жемчужина размером с яйцо певчей птички. Пурпурная, с золотистым отливом, она была прекрасна! Карах сжал на несколько минут ладони, затем раскрыл их, и мы увидели, как она светится, освещая скромную хижину рыбака. Сокровище, достойное украсить корону.
Остаток вина я вылил в огонь, который ярко вспыхнул, принимая угощение. Слепец не оставил меня.
Внезапно в моей голове раздался писк, отрывая от созерцания роскошной жемчужины. Игра напомнила о себе: кто-то решил отправить мне письмо. Призвав Книгу, я быстро пробежал глазами по посланию, под которым стояла подпись 'Волчонок', а затем устало вздохнул – не одно доброе дело не остается безнаказанным. Похоже, мои приключения на островах подошли к концу.
– Карах, мне нужно на время покинуть ваш мир.
– Хорошо, – тот качнул головой – Но, нужно решить, что мы будем делать дальше. Рядом с островом жемчуга не осталось. Нам надо перебираться на новое место, поближе к Тёмным водам.
– В чём сложность?
– Нужна лодка для большой воды. На твоей мы далеко не уплывём.
С этим я спорить не мог: старая развалюха едва держалась на воде, и нам постоянно приходилось вычёрпывать воду, сочившуюся из щелей. Вдали от обитаемых островов мне понадобятся зелья лечения, еда и вино. Да и в лавке кое-что прикупить нужно; парочка рун точно не помешают. Решено!
– Карах, отдохни пока. Побудь с дочерью, поищи походящую лодку. Я отправлюсь в Двойную Спираль. У меня там есть дела, да и пополнить припасы нужно. Дней через двадцать я вернусь, и мы продолжим поиски.
Достав месячный улов из сумки, я быстро раскидал разноцветные жемчужины по кучкам. Отделив долю Караха, я протянул её ему.
– Держи. Игра Хаоса полна сюрпризов. Если я не вернусь, я не хочу чтобы вы с Найлой голодали.
Карах отодвинул мою руку.
– Я не могу их взять, нездешний. Я и так должен тебе и за спасение своей жизни, и за то, что дочку исцелил. Это не ты мне, а я тебе должен платить. Держи!
Порывшись за пазухой, он протянул мне на ладони большую голубую жемчужину, гораздо больше той, что мы нашли утром.
– Её нашла моя Сэлла незадолго до гибели. Это последняя из найденных нами жемчужин. Даже когда пришёл голод, я так и не смог её продать. Хотел оставить дочери, как память о матери. Но будет справедливо, если она достанется тебе. Ты нам очень помог, нездешний. Возьми жемчуг, и ступай...
Карах дремал возле входа в хижину, а маленькая Найла спала возле очага, раскинув руки во сне. А ко мне сон не шёл. Задумавшись, я сидел и перекатывал в руках голубоватый шарик, едва светящийся в темноте. На торговой площади за неё дадут не меньше пяти тысяч дайнов. Ради неё игроки вырезали бы всё живое на островах. А мне её отдал рыбак за исцеление дочери.