Выбор
Шрифт:
"Вот и все никто не ждет и никто не в дураках,
Кто-то любит, кто-то врет и летает в облаках.
Ярко-желтые очки, два сердечка на брелке,
Развеселые зрачки, я шагаю налегке." (Звери - Районы-Кварталы).
Изменившийся характер жестоко меняет человек, в этот момент только он понимает, что ему нужно. Джон почти приехал на место, остановившись на светофоре, кинул взгляд на соседнее сидение, там в чехле лежит семиструнная гитара. Сейчас он едет на одно маленькое сборище народа, но не как звезда, а как простой парень, что зарабатывает на жизнь своим талантом. После похорон и всех событий, он и Эдвард решили, завязать с шоу-бизнесом, но будут в сердцах их
Шумный зал, много народу, алкоголь, распутное поведение, бухие или уже не в том состоянии, чтобы добраться до дома люди. Джон проходи сквозь всю эту толпу, запрыгивает на сцену, подходит к микрофону, сейчас все обратили на него внимание.
– Всем доброй ночи, - поздоровался он с залом, как нестранно на русском, все-таки русские корни взяли свое. Стоило только вспомнить русский язык и из памяти все всплыло. Лена Сиффер, та квартира, что они жили с ней, тот вокзал, тех уродов, пытавших Лену и как ни странно Степнова, тогда его глаза, что смотрели на них далеко в детстве навсегда запомнились мальчикам. Тонкие пальцы коснулись струн, звук, разнеся по всему залу.
– Просто такая сильная любовь, ты еще не знаешь.
Бьется сердце, скорость набирает,
Килогерцы сердце разрывают
Скоро, скоро, скорая не скоро
Светофоры, по нулям приборы.
– Это не его песня, да и ему сейчас нельзя исполнят свои композиции, нельзя сейчас он в России никто и звать его никак. Еще несколько ностальгических композиций и это праздничный вечер подошел к своему логическому завершению. После своего выступления он быстро удалился от туда, чтобы никто не вызвал на бис, сел в машину и рванул с места, в пустующие улочки столицы России, туда в пустоту его сердца, туда где есть она одна, но уже не с ним.
"Мир такой красивый и такой замечательный
Я сижу напротив. Как же ты привлекательна!
Ты в моих глазах и мир тихонько сужается.
Утро, солнце, кофе и сейчас все решается.
Я к тебе подсяду, я спрошу: «Ты одна?»
Ты улыбнешься и скажешь мне: «да»!
Ты улыбнешься и скажешь мне: «да»!
Ты улыбнешься и скажешь мне: «да»!" - крыша одного из высоких жилых домов столицы. Джон сидит на краю и играет на гитаре, странно для него влюбиться в ту девушку, что любит его брата. Тогда, когда Джон увидел ее в первый, раз с ним произошла что-то необычное, он этого не замечал, но та встреча в Майами все поменяла, теперь он понял чего ему не хватало, от чего было так пакостно на душе.
"Если ты скажешь да,
То все вокруг неважно.
Все только для тебя, для одной.
Если ты скажешь да,
Поверь, я буду счастлив.
Ты прекраснее всех и я с тобой!"
Саша Степнова ехала на машине по московским улицам, иногда затормаживая на светофорах, и посматривая назад. Из колонок доносится уже давно ею забытая песня ирландской группы, она резко переключает на другую волну. Она остановила машину в центре города, и не спеша вышла, прихватив с собой фотоаппарат. Сегодня у нее выходной и она решила, как и раньше просто пофотографировать местность и обычных людей. Легкий мороз, солнце и пар изо рта. И вправду ей стало немного легче после того, как Никита заставил ее бежать, словно она выплеснула все эмоции. Саша около 2-х часов бродит по площади с фотоаппаратом в руках и снимает, снимает, снимает. Недавно она с Никитой написала свой трек, который они уже записали вдвоем и завтра начинают снимать клип вместе, как друзья. Однажды она застала, как Никита писал очередной рэп, и она решила просто посмотреть, как он это делает, и пошло. Они вместе закончили эту песню, и на следующий день начала писать вместе с ним трек «На краю вселенной», который удачно закончен и записан в их исполнении.
В конец ему надоело сидеть на холоде,
Саша не заметила, как в процессе съемки зашла во двор высокого дома, оглядевшись, она, продолжила снимать природу вокруг. Она вспомнила, что ее машина стоит на площади недалеко отсюда. Вдруг она замечает знакомую фигуру, и ей кажется, что она сошла с ума, за столько событий. Но нет, это точно. Что сейчас руководило ей, позабыв обо все, она побежала к нему, а он подходил к своему автомобилю, не зная, что она уже почти за его спиной. Джон открыл заднюю дверцу машины и кинул на сидение рюкзак и осторожно положил гитару, это самая драгоценная вещь в его жизни. Закрыв дверцу, и пошарив по карманам ища ключи от машины, как услышал, что сзади кто-то подходит к нему или просто проходит рядом. Она тихо обошла машину, и встала напротив него, просто смотря ему в глаза, как тогда на яхте, когда ей было невыносимо больно, но ему было плевать. Саша не решалась сказать и слова, наверно боялась его реакции, внутри она вся дрожала, и вся та упорная процедура бега полетела к чертям. Он стоял и тупо смотрел на нее, боясь произнести и слова, тогда на яхте когда он оставил Джули и Эдварда наедине, он ведь пошел искать ее, чтобы все рассказать, таить все в себе уже нет сил, очень хочется сказать, поцеловать, прижать к себе, но увы... тогда он ее так и не нашел. А вот сейчас он может это сделать, но стоит ли? Правая рука нашла ключи в кармане и по инерции вынула их, пальцы перебирают ключи, ища нужный, а глаза смотрят в любимые глаза. Саша медленно обошла машину и подошла к нему очень, очень близко, сейчас он выглядел как обычный русский парень, только что-то особенное было. Подойдя к нему, она не решалась даже поцеловать его, потому что боялась, что он отвергнет ее, в глазах читался страх, она положила фотоаппарат на капот его машины.
– Что ты тут делаешь?
– он все-таки выдавил из себя эти слова на чисто русском, без акцента, без запинок, чисто, отчетливо и ясно.
– Живу.- Просто и робко ответила она, удившись тому, что он говорит на русском, будто говорил всю жизнь на нем.
– Уже поздно, - поднял голову, смотря на ночное звездное небо, потом снова на нее.
– Может до дома добросить?
Саша мило улыбнулась, и посмотрела небо.
– Правда поздно,- сказала тихо она, смотря ему в глаза, хочется обнять и поцеловать.
– Ты, кажется Александра?
– вопросительно посмотрел на нее, он знал, как ее зовут, но хотел это услышать еще раз.
– Садись.
Она удивилась сильно, но задавать вопросов почему-то не стала, и села в его машину, хотя ее автомобиль стоит не так далеко.
– Да.- тихо произнесла она и смотрела на него. Оказавшись в машине, она наблюдала за ним, и заметно дрожала от холода. Все-таки целый день на улице.
Он сел в машину и увидев, что она дрожит от холода, включил обогрев в машине.
– Джон, - произнес он и посмотрел на нее.
– Не против музыки?
Саша разочарованно улыбнулась, и снял перчатки с рук. Когда она садилась в машину, она видимо сквозь куртку задела еще не совсем зажитую рану от падения, и заметно поморщилась.
– Джон.- повторила она за ним,- Нет не против.
Заметив ее реакцию его это огорчило, хотя в принципе, что и следовало ожидать. Рука потянулась и легким движением включила плеер, из колонок ровным потоком понеслось:
"Послушай зай зай зай зай,