Выбор
Шрифт:
— Рон, — сказала я, осторожно вынимая из его ладоней свою руку, — у меня есть жених.
— А не долго ли ты невестишься? — зло спросил барон. — Я готов жениться на тебе хоть сейчас, как только дойдем до алтаря Богини Рода. А твой некромант не спешит. Может быть, он тебя не любит? Или ты ему уже не нужна?
— Ерунда, — ответила я, отметая собственные сомнения по этому поводу, и пошла дальше.
Барон шел вслед за мной и молчал, а потом заговорил:
— Я буду тебе прекрасным мужем. У меня есть все для достойной жизни моей жены —
— Почему я? — спросила я, не оборачиваясь.
— Потому что я люблю тебя, — бесхитростно ответил Рон.
— Нет, — сказала я жестоко, — потому что ты никуда не выезжаешь и не бываешь в обществе. Я просто единственный подходящий для тебя вариант, вот и все. Съезди на пару месяцев в Чистяково, покрутись там, и найдешь куда более достойную кандидатуру, к тому же свободную.
— Я был в Чистяково, — спокойно сказал барон. — И не только в Чистяково. Я уже далеко не мальчик, Ола. Я воевал в Сумеречных горах и бывал на аристократических приемах в лучших домах столицы. Я знаю, кто мне нужен. Мне нужна смелая, практичная супруга, с которой бы у нас было много общего и которая согласилась бы жить со мной в усадьбе. И которую я бы любил. Я хочу счастливой и спокойной жизни. Я хочу работать на процветание поместья и защищать живущих в нем людей. Хочу детей — пятерых или шестерых, мальчиков и девочек…
— Если бы ты не был мужчиной, — перебила я его речь, — я бы сказала, что ты начитался любовных романов. В жизни так не бывает.
— В жизни бывает даже лучше. Подумай хорошо, Ола.
— У меня уже есть жених, — сказала я резко.
Барон молча проводил меня до дома.
Из мастерской вышел Отто и вытаращился на меня:
— Ола, что случилось? За тобой волки гнались?
— Лойд за мной гнался, но это не важно. Отто, я видела зюку! Представляешь! Барон свидетель.
— Вот это да! — присвистнул полугном, но я не поняла, к чему относилось его высказывание.
— Я поломала свои инструменты, — пожаловалась я, протягивая сумку полугному.
— Ничего, сейчас посмотрим, что можно сделать, — бодро ответил лучший друг. — Рон, почему ты такой мрачный?
Барон пожал плечами.
— Я ему отказала, — сообщила я.
— Э-э-э… в каком смысле?
— Он мне руку и сердце предлагал.
— Бедняга, — посочувствовал Отто. — Так ты в этом отказала?
— Да. А ты про что подумал?
Полугном неопределенно помахал рукой в воздухе, а потом сказал доверительным тоном:
— Рон, тебе очень повезло.
— Я бы с этим не шутил, — мрачно буркнул барон.
— А я и не шучу, поверь мне, эту девицу может выдержать только Ирга с его стальными нервами любителя покойничков. Тем более у него много лет практики.
— Предатель, — разозлилась я. — Мог бы меня и похвалить.
— Сама себя похвалишь, — сказал Отто. — Я со стороны могу объективно оценить твои недостатки и дипломатично о них рассказать.
— Я тоже знаю свои недостатки!
— Да? А поподробнее?
Говорить
— У меня много недостатков.
— Ну-ну, — подбодрил полугном.
— А не скажу! В женщине должна быть тайна!
Лучший друг засмеялся, Рон вежливо улыбнулся. Потом они оба уставились куда-то за мою спину. Я обернулась. Во двор входил Живко, держа в руках букет, как ядовитую змею. Вместо обычной меховой жилетки и кожаных штанов он был одет в светлую рубашку и брюки, которые удивительно сочетались с его волосами, собранными в высокий хвост, и серебряными колечками в ушах.
— Привет! — сказал Отто радостно и потянул барона за рукав к скамейке у крыльца. — Сейчас будет представление, надо посмотреть.
— Добрый день, — поздоровался орк, повернулся ко мне, открыл рот и ничего не сказал.
— Что? — не выдержала я.
— Эммм…
— Давай я схожу в дом и переоденусь в соответствии с торжественностью момента, — предложила я.
— Не надо, — сказал Живко, набрал воздуха и как будто нырнул в омут: — Ола, выходи за меня замуж. — И протянул мне букет.
— Нет, — ответила я вежливо — опыт начал сказываться. — У меня уже есть жених.
— Ты не знаешь, что ты теряешь, — сказал орк. — Дети-полукровки очень сильные и талантливые.
— Я вообще не хочу детей, — сказала я. — Хватит в моей жизни пеленок и воплей.
Обернувшись, чтобы уйти, я увидела, как Отто усаживает на лавку Рона, пытающегося дорваться до Живко.
— Ты не знаешь, что теряешь, — вкрадчиво сказал орк, обгоняя меня и перегораживая путь к дверям.
— Отойди.
— Ты мне должна, Ола, помнишь? Один поцелуй. Один поцелуй — и если он тебе не понравится, я уйду.
— Мне он не понравится. Уходи, Живко, я люблю Иргу и собираюсь за него замуж. Что тебе от меня надо?
— Чтобы ты стала моей женой, — сказал орк.
— Что, больше девушек в мире нет? — возмутилась я. — Почему вы все ко мне прицепились?
— Что значит — все? — насторожился Живко.
— То и значит.
— Наверное, эти «все» подумали: и что же в этой девушке нашел общепризнанный сердцеед Ирга? Может, и у меня получится ее заполучить?
— Не получится, — отрезала я.
— Один поцелуй, — прошептал орк. — Ты должна мне один поцелуй. Если хочешь, я отстану от тебя после этого навсегда.
Я задумалась. Предложение звучало очень соблазнительно.
— Хорошо, — наконец решилась я.
Закрыв глаза, я подставила губы для поцелуя. Орк прикоснулся к ним, и через пару мгновений меня уже захлестнула жаркая волна удовольствия. Как же он целовался! От его поцелуя я напрочь теряла всю свою цивилизованность, наружу вылезала самая примитивная самка с первобытной похотью. Почти против воли я положила руки ему на плечи и прижалась потеснее к его горячему и крепкому телу.