Выбор
Шрифт:
— О, какая сцена! — сказал вошедший в дом Отто. — Красавец и чудовище. Скажи мне, милое дитя, кто будет ремонтировать нам мастерскую?
Я всхлипнула.
— Сами отремонтируем, — примиряюще сказал Варсоня. — Тебе помочь, Ола?
— Не надо, — сказала я. — Это мне наказание такое.
— Я вот не понял, а ты действительно Ситу чуть не превратила в лягушку? — Целитель все же подошел ко мне и быстрыми движениями стянул края самых крупных ранок.
— Не думаю, — отозвался Ирга. — Но то, во что она бы превратила
— Все так плохо? — уныло спросила я.
— Насколько я понял, ты в заклятии допустила несколько грубейших ошибок, — безжалостно сказал Ирга.
— А ты откуда знаешь? — спросил Отто.
— Работа некроманта тесно связана с трансформацией, поэтому я и увидел ошибки в работе с энергией. Мне совершенно не хотелось, чтобы Ола села в тюрьму из-за какой-то грудастой девчонки, но я до последнего надеялся, что она не будет отправлять заклятие в цель.
Я чувствовала себя жалкой и несчастной. Молча закончив обрабатывать ранки, я возобновила обезболивание и ушла к себе.
Завалившись на кровать, я стала думать о своей грустной жизни. Вывод напрашивался сам собой: устранять соперниц надо только проверенными физическими способами. Топить, травить, стрелять, резать. Никакой магии!
— Грустишь? — спросил Ирга, заглядывая в комнату.
— Ты выставил меня перед всеми дурой, — отвернувшись, сказала я.
— Почему перед всеми? Для Ситы ты теперь великая магичка, она будет тебя бояться.
— А что обо мне подумает Варсоня?
— Он в восторге. Для него это просто недостижимые высоты магии. Он очень слабенький маг.
— Да, его даже выгнали из Университета, — кивнула я.
Ирга засмеялся:
— Его выгнали потому, что он ограбил университетскую столовую, — сказал он. — Магистр Бурик сказал, что ему хватило двух нарушителей университетских правил и больше он пренебрежения к альма-матер допускать не будет.
— Ну вот, — совсем расстроилась я, — оказывается, я еще виновата в том, что Варсоню выгнали из Университета!
— Ты тут ни при чем, ты же не тащила его силком грабить столовую. Просто для Бурика вы с Отто служите иллюстрацией того, «чего не надо делать в Университете». Он даже ругается вашими именами. Так и говорит: Олу и Отто вам на голову!
Я почувствовала себя польщенной.
— Надеюсь, тебе понравится, что для младших курсов вы с Отто пример для подражания, как нужно нарушать правила и при этом остаться учиться.
— Откуда ты это все знаешь?
— А мне молодняк на практику пригнали, от них и узнал, — улыбнулся Ирга. — Я теперь не просто Ирга Ирронто, а «тот самый, который жених Олы».
Эта новость окончательно примирила меня с жизнью.
— Ну вот ты уже и улыбаешься, — обрадовался Ирга. — Обещаешь больше бездумно не колдовать?
— А ты обещаешь больше
Некромант рассмеялся и присел рядом.
— А то ты превратишь меня в лягушку? — поддразнил он.
— Нет, в чудовище!
— Хорошо, я согласен. — Ирга взъерошил мне волосы, еще больше растрепав прическу. — Пойдем, там до сих пор белье не развешано.
Мы вышли в гостиную и увидели, как Отто с Варсоней увлеченно наблюдают за чем-то, глядя в окно.
— Что там? — заинтересовалась я.
— Народ собрался и обсуждает остатки нашей мастерской. Что мы им скажем?
— Что испытывали новое заклинание, и оно неудачно срикошетило, — предложил целитель.
— Поздно, — сказала я, глядя, как к толпе присоединилась одетая в сарафанчик Сита и принялась что-то увлеченно рассказывать, размахивая руками.
— Придется тебе идти восстанавливать нашу репутацию приемлемым объяснением, — сказал Отто.
— И что я им скажу? — жалобно спросила я.
— Что-нибудь, что соответствовало бы твоему облику почти дипломированной магички, — едко ответил полугном.
— Я тебя поддержу, — сказал Ирга, надевая новую рубашку.
Я вышла на крыльцо, уперев руки в бока — публика не должна была видеть, как они у меня трясутся.
— Вы… — Голос прервался, я прокашлялась и грозным тоном спросила: — Вы что-то хотели, почтенные?
— Вы, панна маг, зачем мою дочку заколдовать хотели? — спросила Сата, выступая вперед.
— По личным мотивам, — надменно ответила я. — Очень мне не понравилось, как она перед моим женихом своими прелестями вертит.
Из толпы послышались одобрительные женские выкрики.
— Моя дочка перед кем хочет, перед тем и вертит, — сказала Сата гордо. — А если ваш жених такой слабохарактерный, что его любая юбка за собой уведет, так это не повод заклинаниями раскидываться.
— Мой жених — некромант, — сказала я, подчеркнув последнее слово. — Его все женщины, кроме меня, интересуют исключительно с профессиональной точки зрения. Наверное, он решил, что из вашей дочери получится хорошая служанка-зомби.
Толпа охнула и отшатнулась, а Ирга дернул меня за волосы, но ничего не сказал. Сата спрятала дочку за спину и дрожащим голосом сказала:
— Нам тут некроманты не нужны!
— А это, уважаемая, уже не вам решать, — сказал Ирга холодным голосом. — И впредь я бы не советовал раздражать магов, а то мало ли что.
Люди закивали и поспешно разошлись.
— Ну вот, они теперь тебя боятся, — сказала я, — и меня тоже. И это хорошо.
— Как ты думаешь, если я помогу тебе развесить белье, я не сильно уроню свой страшный образ в глазах твоих соседей? — спросил Ирга.
— Нет, конечно, они наверняка будут искать в твоих действиях какую-то таинственную подоплеку, — поспешила сказать я. — Что делают некроманты с мокрым бельем?