Выбор
Шрифт:
— Привет, маленький воин! Тебя зовут Когтишка?
Котенок смело посмотрел на глашатая, а потом обвел глазами толпу котов.
— А что случилось? — спросил он.
— Нежнолапка умерла, — мрачно ответил Солнцесвет.
Когтишка вопросительно склонил набок голову.
— Она была воительница?
— Когтишка! — закричала Ветреница, выбегая из детской. — Что это ты здесь делаешь?
— Хотел узнать, почему все проснулись, — ответил малыш.
Ветреница ласково лизнула его в макушку.
— Я
— Я никогда не был самым слабым, — возмутился Когтишка, широко раскрывая розовый ротик.
— Конечно, малыш, — закивала Ветреница. Она схватила брыкающегося котенка за шкирку и понесла обратно в детскую.
Из папоротников вылез Гусохвост.
— Что тут случилось?
Алосветик сердито посмотрела на него и процедила:
— Нежнолапка умерла.
— Ну что, — вздохнул Гусохвост. — Когда кота призывает к себе Звездное племя, даже лучший целитель бессилен.
— Гусохвост прав, — сказал Пышноус, выходя из палатки оруженосцев. — Мы сделали все, что могли.
— Какое счастье, что у нас есть ты, Пышноус, — громко сказала Рябинка, с вызовом отворачиваясь от Гусохвоста. — Мы все знаем, что ты всегда делаешь все, что в твоих силах.
Синегривка заметила, что никто из котов не заговаривает со стариком, словно его вообще нет на поляне.
Холодок пробежал по спине Синегривки, когда она поняла, что случилось. Грозовое племя утратило веру в старого целителя. Теперь она вспомнила, что когда Кривуля занозила лапу, то сразу же побежала искать Пышноуса. С ним, и только с ним Ветреница каждый день советовалась о здоровье Пестролапой и ее котят.
Синегривка посмотрела на Гусохвоста. Казалось, он даже не заметил едкого замечания Рябинки и продолжал задумчиво смотреть куда-то вдаль. Что же теперь будет? Если племя больше не доверяет своему целителю, то, может быть, она совершает глупую ошибку, продолжая втайне верить в свое пророчество?
Рябинка теснее прижалась к боку Алосветик.
— Я помогу тебе приготовить Нежнолапку к церемонии прощания, — прошептала она.
— Да-да, — кивнула Алосветик, опуская глаза. — Я схожу за розмарином.
Синегривка отвернулась. Она не могла снова пройти через этот кошмар, не могла смотреть, как еще одну кошку будут готовить к путешествию в Звездное племя. Вдруг она почувствовала, как Солнцесвет потерся щекой о ее плечо.
— Идем со мной, — сказал глашатай. — Я собираю рассветный патруль. — Повернув голову, он кивнул Львинолапу. — Ты можешь пойти с нами.
Розолапка поспешно выбежала вперед.
— А мне можно?
— Конечно, — кивнул Солнцесвет и ласково погладил ее хвостом по боку. — Пятнистый? —
Еле волоча лапы, Синегривка направилась к выходу следом за глашатаем и остальными патрульными. Все-таки в глубине души она была рада возможности выйти из охваченного скорбью лагеря.
Когда коты добрались до вершины холма и устремились в лес, Солнцесвет поравнялся с Синегривкой и сказал:
— Мне очень грустно, что Нежнолапка умерла. Но племя должно пережить эту утрату и жить дальше. Мы должны, как всегда, охранять границы и пополнять кучу с добычей.
Синегривке стало так тяжело, словно она наглоталась камней. Но Солнцесвет был прав. Как бы там ни было, она должна защищать свое племя. Другие коты тоже страдают, но все равно исполняют свой долг.
Патрульные медленно брели через лес. Ветреница ни на шаг не отходила от Розолапки. Говорить никому не хотелось, поэтому до Нагретых Камней они дошли в полном молчании.
Солнце поднялось над горизонтом, разлив бледный утренний свет над ветвями деревьев. Запели птицы, и вскоре весь лес зазвенел от их трелей. Синегривке хотелось, чтобы они замолчали, но она понимала, что это глупо.
«Разве птицы знают о смерти Нежнолапки? У них своя жизнь, свои радости и горести. Они ни в чем не виноваты».
— Стойте! — внезапно прошипел Солнцесвет, замирая с поднятой передней лапой.
Он втянул ноздрями воздух, и шерсть встала дыбом на его спине.
— Речное племя!
Синегривка обвела глазами деревья на краю леса и увидела Нагретые Камни, розовеющие в лучах утреннего солнца. Теперь и она почувствовала, что запах Речных котов, переносившийся через границу, сегодня был намного сильнее, чем обычно.
— Смотрите! — ахнула Ветреница, припадая к земле. Ее взгляд был устремлен на поросший травой склон, выступающий над зарослями ежевики. — Они перешли границу!
Синегривка вся распушилась, заметив в траве кончик гладкого, прилизанного хвоста. Потом еще один. Запах рыбы ударил ей в ноздри. Она услышала, как трещат ветки, раздвигаемые Речными котами, пробирающимися сквозь заросли.
— Я так и знал! — прорычал Солнцесвет. Пригнувшись к самой земле, чтобы его рыжая шерсть не бросилась в глаза врагам, он подозвал к себе Львинолапа. — Беги в лагерь и сообщи Острозвезду, что соседи вторглись на нашу территорию. Речные коты перешли границу. Мы не можем прогнать их своими силами. Пусть Острозвезд немедленно пришлет сюда подкрепление.
Львинолап кивнул. Вихрем пронесясь мимо Синегривки и Пятнистого, он помчался обратно по тропинке, ведущей к холму.
— Отступим немного, — негромко приказал Солнцесвет. Юркнув в густые заросли папоротников, патрульные прижались к земле.