Выбор
Шрифт:
– Это еще зачем?
– я не удержалась от насмешки в голосе.
– Всплыли некоторые факты, которые ранее не были учтены Гором, – туманно заявил Рей, – и мной тоже. Он все объяснит при встрече. К тебе большая просьба – постарайся привести себя в порядок. – Я сузила глаза от злости.
– Гор большое значение придает внешности.
– Моя внешность – его проблемы, - фыркнула я, – твoй брат потерял мое расположение. Я не собираюсь делать что-либо для него.
– Тебе придется… – категорично произнеc Рей. В его голосе я услышала
– Как свели, так и разведут, – заявила я насмешливо, - и вообще, нет ничего «вечного».
Походу, я сама себя переплюнула. Такое высказать… Тому, кто всю жизнь прожил в мире, где нет разводов, самостоятельного выбора и неподчинения приказам Богов.
Рей некоторое время молчал, переваривая услышанное…
– Открой дверь, - вдруг решительно произнес он.
– Это еще зачем?
– Я хочу увидеть тебя, Илья. Ты странно разговариваешь.
– Совсем не обязательно меня видеть, - ответила быстро.
Я стояла с другой стороны двери, почти прижавшись к ней, напрягшись всем телом и сжав кулаки. Сердце стучало как бешеное. Наш разговор перешел всякие мыслимые границы разумности,и я боялась, как бы он что-то не заподозрил.
Ручка двери повернулась, пoтом дверь пару раз сильно дернулась . Я замерла от страха. Нет, отступил…
– Упрямая глупая девчонка, можешь сколько угодно упираться, но рано или поздно придется смириться.
Мне показалось или в его голове проскользнула горечь?
– Брак навечно, Илья, – тихо добавил он, - привыкай…
И когда уже шаги почти затихли в коридоре, я услышала громкое:
– Я отправлю Гора сюда завтра. Начинай готовиться уже сейчас…
«Начну», – заскрежетала я зубами бeссильной злобе.
Обернулась назад и посмотрела на комнату, где прожила несколько месяцев. Все. Конец… Пора пасторального отдыха закончилась . Решено – завтра меня здесь не будет.
Как только замер вдали шорох колес пoвозки Рея, я принялась собирать чемодан. Взяла продукты в дорогу и оставшиеся деньги, еще те, которые отдала мне Вида. Так и не пришлось ими воспользоваться. Теперь только вперед.
Ближайший Храм находился в нескольких улитах от фермы Павнов, но я решила сесть на экспресс и поехать дальше, в городок Турис, на юге Оши, он являлся самым близким к гряде Актус. Если все сложится удачно,то я буду жить на границе с лесом и смогу периодически выбираться на поиски ямы.
Все приготовления были сделаны, осталось только попрощаться с подругой.
Я всегда уходила от вопросов о себе, скрывала настоящую причину появления на ферме, плела сказки о друзьях, знакомых, отдыхе перед предстоящим выбором в Храме. Но этим вечером я была так растеряна и дезориентирована, что на вопрос Мины : «Что случилось?», рассказала ей о Горе и о своем корявом «браке».
– Ну он и идиот! – расхохоталась она.
– Теперь он в твоих руках…
–
– не поняла я.
Мина посмотрела на меня недоуменно.
– Откуда ты приехала, Илья? Иногда у меня такое ощущение, что ты ничего не знаешь о нашей жизни.
– Я… – неуверенно начала я.
– В общем, жила далеко и очень уединенно. Почти в лесу… Ни с кем не общалась. Пока не пришел запрос из Храма, я и слыхом не слыхивала об ваших порядках. Так что ты имела в виду, когда говорила о том, что муж в моих руках? – напомнила я Мине ее слова.
– Это значит, что твой муж не может чисто физически заниматься сексом ни с кем, кроме своей ены после регистрации брака в Храме, – хихикнула Мина и, увидев мои круглые ошарашенные глаза, добавила, – его любовнице можно, пока она не вышла замуж, а ему уже нет. Хотела я бы посмотреть на его рожу, когда он ее целовал…
Я неуверенно улыбнулась.
– Мне когда-то говорили, что в ва… – я запнулась и тут же исправилась, - в нашем мире пары выбираются из двух идеально подходящих друг к другу людей. У меня в раме не возникло никаких сомнений, что может быть по–другому…
Мина задумалась на мгновенье.
– В большинстве случаев так оно и есть. Но иногда, очень редко бывают проколы. Не знаю, с чем это связано. Предполагаю, что Боги просто не смогли подобрать пару, потому что она или занята, или такой пары нет в нашем мире, - девушка грустно вздохнула и принялась нервно теребить кончик пояса. – Я сама бы никогда этого не узнала, если бы…
на горестно вздохнула. Было видно, как ей тяжело говорить. Всегда веселая и улыбчивая, в один миг она стала тихой и печальной.
– Когда мне было пятнадцать, моя мама влюбилась…
Я удивленно приподняла брови:
– В отца?
– Нет, конечно, - грустно рассмеялась Мина, – если бы… Я была уже взрослая и понимала, что происходит что-то плохое. Она стала другой, нервной, вспыльчивой. Пропадала целыми днями, ругалась с папой. В нашем доме поселилось горе. Младшие сестры плакали, отец был в отчаянье. Я бы никогда не узнала, нo однажды увидела маму с ее возлюбленным в парке, на окраине города. Я спряталась за деревом и жадно наблюдала за их объятиями и поцелуями. Вдруг мама со стоном согнулась в поясе, словно ее резко ударили в живот. Я испугалась. Она плакала и стонала: «Больно»…
– А как же мужчина?
– осторожно полюбопытствовала я.
– Не знаю… – пожала плечами девушка, – с ним было все в порядке. Может, он был свободен на тот момент или вдовец…
Мина замолчала надолго. Я смотрела на миленькое смуглое лицо и не знала, что сказать.
– В общем, из маминой любви ничего не вышло. Трудно любить , если при каждом поцелуе тебя скручивает боль. Через несколько месяцев они с папой опять стали разговаривать, иногда обниматься… Но тепла в нашей семье уже не было. И как только мне исполнилось восемнадцать, я пошла в Храм выбирать новое место жительства…