Выкуп
Шрифт:
– Речь идет о внедрении или разработке какого-нибудь продукта или об исследовании конъюнктуры рынка? – пытался понять Питер.
– В некотором роде, – кивнул Эдисон и немного помедлил. Придется что-то сказать Питеру еще до того, как он полностью ему доверится. – Мысль об этом проекте я вынашивал очень давно, а теперь, мне кажется, настало самое подходящее время для его осуществления. Мне также кажется, что твой утренний звонок был ниспослан самой судьбой, – сказал он с гнусной ухмылкой. Питер никогда еще не видел таких холодных, вселяющих ужас глаз, как у него.
– Когда прикажешь приступить? – спросил Питер,
Эдисон посмотрел ему прямо в глаза.
– Сегодня, если тебя это устроит. Я думаю, мы готовы начать. Этот проект будет осуществляться поэтапно. Я хочу, чтобы в течение последующих четырех недель ты занимался исследованиями и разработками. По правде говоря, я хотел бы, чтобы ты сам занялся наймом людей для работы над проектом.
У Питера от радости замерло сердце. На такое он не смел даже надеяться. Видно, судьба сжалилась над ним.
– Какого рода людей потребуется нанять? – спросил Питер. Он все еще не понял ни масштаба, ни даже основной цели проекта. Но судя по всему, это что-нибудь очень секретное из области высоких технологий.
– Кого ты наймешь, решать тебе. Конечно, я хочу, чтобы ты со мной советовался, но думаю, что твои связи в этой области гораздо лучше, чем мои, – проявляя щедрость, заявил Эдисон, и с этими словами отпер ящик стола, достал тяжелое досье, которое собирал годами, и протянул Питеру.
В досье содержались вырезки и сообщения практически о каждом проекте, который за последние четыре года предпринимал Аллан Барнс. Питер взял досье, открыл его, потом взглянул на Филиппа. Он был потрясен. Он знал, кем был Аллан. В мире финансов и высоких технологий не было человека, который не знал бы его. Он был гением среди предпринимателей, самым крупным из всех. В материалах было даже несколько фотографий, где Барнс запечатлен со своим семейством. Досье было необычайно полным.
– Ты подумываешь о том, чтобы организовать с ним совместное предприятие?
– Подумывал. Но больше не думаю. Ты, очевидно, несколько отстал от жизни. Он умер в январе, оставив вдову и троих детей.
– Очень жаль, – с сочувствием сказал Питер.
Как это он мог пропустить сообщение об этом? Правда, в Пеликан-Бей у него иногда не было настроения читать газеты. Реальный мир казался слишком далеким.
– Конечно, проект был бы значительно интереснее, если бы осуществлялся при его жизни, но, учитывая обстоятельства, я готов работать с его вдовой, – великодушно заявил Филипп.
– Над чем? – растерянно спросил Питер. – Разве теперь она управляет его империей? – Как видно, он действительно очень отстал от жизни. Он об этом ничего не читал.
– Полагаю, он оставил ей все состояние или большую его часть, а остальное – детям, – объяснил Филипп. – От одного приятеля я слышал, что она является единственным бенефициаром. И еще я могу с полной уверенностью сказать, что на момент смерти его состояние составляло полмиллиарда долларов. Он умер в Мексике, куда уехал на рыбалку. Он упал за борт и утонул в море. О своих планах насчет его компаний
– Ты говорил с ней лично о совместном инвестировании капитала? – спросил Питер.
Ему и в голову не приходило, что интересы Аллана Барнса лежат в тех же областях, что и интересы Эдисона, но концепция получалась любопытная, потому что любые финансовые проблемы, которые все еще имелись у Эдисона, могли бы быть решены путем объединения с такой кредитоспособной империей, как та, которую оставил Аллан, – по крайней мере так думал Питер.
И ни тому ни другому из них не пришло в голову, что та империя обанкротилась и жила за чужой счет, еще когда он был жив, не говоря уже о том, что именно это и послужило причиной его смерти. Барнс с таким мастерством прятал компании за другими компаниями и скрывал безумные азартные игры на бирже, что на какое-то время даже человек, обладающий связями Эдисона, не мог представить себе, какие страшные развалины оставил после себя Аллан Барнс.
Фернанде, адвокатам и главам прекративших существование компаний Аллана путем неимоверных усилий удалось избежать огласки, хотя это не могло продолжаться вечно. Но в течение четырех месяцев после его гибели им это удавалось, и память о легендарном Аллане Барнсе продолжала оставаться незапятнанной. Фернанда хотела, чтобы все так и продолжалось как можно дольше из уважения к памяти мужай ради детей.
Насколько понимал Питер, для Эдисона выгода от союза с Барнсом заключалась в том, что мир, построенный Барнсом, был настолько респектабелен, что позолотил бы его сомнительные предприятия той же золотой краской. Короче говоря, любой их совместный проект был гениальным ходом, и Питер отнесся к этому с одобрением. Имя Аллана Барнса и его репутация вызывали чрезвычайное уважение и восхищение. Само собой, проект, охватывающий обе группы компаний, был именно тем, что нужно Питеру, чтобы вновь занять видное положение. Навсегда. Это была сбывшаяся мечта, и Питер, держа в руках досье, которое дал ему Филипп, улыбнулся, неожиданно почувствовав к нему уважение.
– Я еще не говорил с миссис Барнс лично, – продолжал объяснение Эдисон. – Мы пока еще не готовы к этому. Сначала ты должен нанять людей.
– Наверное, мне следует сначала прочесть досье, чтобы до конца понять характер проекта.
– Я так не думаю, – сказал Филипп, протягивая руку через стол и забирая у него досье. – Это всего лишь изложенная в хронологической последовательности история его свершений. Она, конечно, имеет отношение к делу, но ты, наверное, все равно почти все об этом знаешь, – несколько туманно сказал он, снова сбив с толку Питера.
Проект был окружен тайной: его просили нанять людей для выполнения безымянного проекта в области, которую ему не назвали, а характер работы не объяснили. Все это не могло не сбивать с толку, но Эдисон, видимо, на то и рассчитывал. Он снова улыбнулся Питеру и запер досье в ящик стола.
– Кого мне следует нанимать, если я сам не имею отчетливого представления о том, что предстоит делать? – озадаченно произнес Питер.
– Думаю, ты хорошо это понимаешь, Питер. Разве не так? Неужели тебе надо объяснять? Я хочу, чтобы ты нанял кого-нибудь из дружков, появившихся у тебя за последние четыре года.