Вымирание. Книга вторая
Шрифт:
Здание, холодное и сырое, внутри выглядело так, словно его давно покинули и уже долгое время здесь никого не было. Порывистый ветер, поднявшийся на улице, проникал через разбитые окна, томно завывал, нагоняя печаль ребят. По всему зданию валялся мелкий мусор, принесенный все тем же ветром. Пыль на полу лежала толстым слоем, и при каждом шаге в ней оставались глубокие отпечатки ног. Штукатурка на стенах давно осыпалась, и местами виднелась плесень, которая ползла по стенам, оставляя черный махровый налет.
Ребята медленно поднялись по лестнице. Оказавшись на верхней площадке, они увидели, что влево и вправо расходятся коридоры.
— Куда
Левый коридор оказался совсем темным по сравнению с правым, в котором брезжил тусклый луч света.
— Пошли направо! — ответила Ира и медленно, опираясь на стену, пошла к свету.
— Слушай! Такая тишина, что жуть берет. Как думаешь, здесь есть кто?
— Не знаю. Я тоже ничего не слышу, — голос Иры звучал все тише и тише. Она опять была в предобморочном состоянии. — Я устала. Давай передохнем где-нибудь.
Девушка снова закрыла глаза и опёрлась о стену. Паша заметил впереди открытую дверь и медленно двинулся вперед.
— Только будь осторожен, — не открывая глаз, сказала Ира.
Она искренне переживала за него. Как он справится один? Она видела его неподдельный страх перед живыми трупами, как он впадает в оцепенение и тормозит, когда надо действовать. Как он будет выживать, когда ее не станет? Мысли каруселью пролетали в голове. Она приоткрыла глаза и увидела, как Паша скрылся в проходе кабинета, он, словно серая тень, прошмыгнул внутрь и исчез. Девушка снова закрыла глаза и стала ждать, время шло быстро и в то же время медленно, ей даже показалось, что она на миг отключилась.
Ира открыла глаза и заметила едва уловимое движение в конце коридора. «Тень? — подумала она, но мутная пелена в глазах не давала разглядеть все четко, поэтому, успокаивая себя, добавила: Видимо, дерево за окном колышется».
В кабинете послышался грохот, и она двинулась к источнику шума. Она хотела идти быстрее, но шаги ей давались с трудом, ноги как будто увязали в грязи, затормаживая движение. Наконец она дошла до нужной двери и заглянула внутрь. Паша стоял в окружении разбросанных по полу папок с бумагами и пытался их собрать в стопку, но они все время разъезжались в стороны и падали на пол.
— Воюешь? — улыбнувшись, спросила Ира, думая, что пусть лучше воюет с бумагой, чем с мертвяками.
Немного смутившись, Паша кивнул.
— Давай здесь заночуем. Сил больше нет идти, — сказала Ира и закрыла за собой дверь. — Здесь, вроде, безопасно.
Она осмотрела помещение в поисках подходящих предметов, чтобы подпереть дверь. Паша подключился и тоже стал осматриваться. Это был обычный кабинет со столами и шкафами для документов. Никакой медицинской аппаратуры и медикаментов здесь не было. На двери висела табличка «Главный врач». Они были в кабинете секретаря, из которого вела еще одна дверь в кабинет главного врача. Паша пододвинул массивный стол ко входу, тем самым основательно забаррикадировавшись. Пока парень пыхтел со столом, Ира осмотрела кабинет «главного». Помещение оставалось хоть и в запустении, но все же в более-менее нормальном виде. Окна в нем оказались на удивление целыми и, как полагается, в кабинете «главного» стоял диван, чем очень порадовал ребят. «Не придется спать на полу», — подумала Ира и уселась на него.
— Наши на связь не выходили? — из последних сил спросила Ира.
— Нет. Надеюсь, у них все хорошо.
Не в силах больше стоять на ногах, она растянулась на кожаном лежаке и моментально отключилась, даже не успев дослушать
Он с грустью посмотрел на свою подругу, но тревожить ее не стал. «Пусть отдохнет», — подумал он и принялся более детально изучать кабинет. Не найдя ничего интересного, он уселся в мягкое кожаное кресло «главного». Пошарив в рюкзаке, он достал чипсы и бутылку воды и приступил к трапезе. Закончив свой нехитрый ужин, он опустил подбородок на сложенные, как в школе за партой, руки и стал наблюдать за Ирой.
Паша решил всю ночь караулить свою подругу. На улице вскоре совсем стемнело, и комната погрузилась во мрак, лишь мирное сопение подруги указывало на то, что в комнате он не один. Как ни старался Паша не уснуть, усталость взяла вверх, и он отключился, погрузившись в крепкий сон.
Ночь выдалась спокойной, вымотавшись накануне, ребята спали сном младенца до самого утра.
Первой проснулась Ира, открыв глаза, она уставилась в потолок. Снова вопрос в голове: «Где я?» Поежившись от холода, она привстала и уставилась на Пашу, лежащего за столом. «Устал бедненький».
Следом ее мысли переключились на свое состояние. «Я пока еще жива, — подумала Ира. — Но надолго ли? Прошло много времени. Скорее всего, конец уже близок». Она медленно встала с дивана, взяла свой рюкзак и ушла в кабинет секретаря, прикрыв за собой дверь.
Вечером они не заметили, но из кабинета секретаря вела еще одна дверь в небольшую комнатку наподобие архива. Ира прошмыгнула в нее и уселась на пол рядом со стеллажом, облокотившись о стену, подтянула к себе ноги, согнув их в коленях. Пошарив в рюкзаке, она достала пистолет. Медленно потянула на себя затвор, стараясь не разбудить Пашу. Отведя затвор до конца, она проверила, есть ли в нем патрон. Он оказался в патроннике и смотрел на нее, отливая золотом в полумраке. «Этот мой! — подумала Ира, пристально глядя на боеприпас. Думая о Паше, она мысленно произнесла: Он не сможет это сделать. Лучше я сама!»
Пошарив в рюкзаке, Ира достала семейную фотографию. Папа во главе семейства, мама улыбается, Ира корчит гримасу. Она погладила лица родителей на фотографии и мысленно произнесла: «Скоро я буду с вами!»
Она засунула холодное дуло пистолета себе в рот, зажмурилась и приготовилась нажать на курок, представляя, как пуля проходит сквозь плоть, разрывая ее на мелкие кусочки, и выходит наружу, оставляя кровавое пятно на стене. Она почти почувствовала эту боль и зажмурилась еще сильнее. «Как же страшно!» — думала девушка. Слеза медленно скатилась по ее бледной щеке. «Так надо! — подбадривала она себя, не решаясь выстрелить. — НУ ЖЕ! ДАВАЙ!» — внутренне закричала Ира.
В висках пульсировали вены, кровь моментально зашумела в ушах, заглушая все вокруг,Ира не слышала ничего, кроме стука своего сердца. Инстинкт самосохранения брал над собой вверх, ей не хватало сил выстрелить. Мысленно она понимала, что должна избавить себя от мучений, но внутри все бунтовало против этого. «Как же хочется жить!» Она вмиг вспомнила всю свою жизнь: родителей с их уютным и таким родным домом; беззаботный отдых у бабушки с дедушкой на берегу лазурного моря; своего любимого пса Иркута, который вечно ластился и пытался лизнуть ее щеку; своих друзей, с которыми было всегда весело; Женю, который был с ней очень терпим и любил ее. «Ведь он по-настоящему меня любит!» — мысленно удивилась Ира, только сейчас поняв, как сильно она недооценивала его любовь. Если бы она еще хоть разок его увидела, она бы обязательно ему сказала, что очень ценит его любовь и заботу.