Высшие буржуа

Янг Роберт Франклин

СТАРФАЙНДЕР. Много лет назад, когда я служил юнгой на космическом ките, я попал в аварию, горел и частично ослеп. Оказалось, что на нашем ките плохо налажена система управления. Я называю свой шрам "сувениром, оставшимся мне от тех времен".

МИСТЕР БЛЮ. Нельзя доверять этим чертовым китам, я всегда так считал. В нашей части космоса китов почти не встретишь. Все, на что они могут сгодиться - это грузовые перевозки, и только. Советую вам, возьмите себе угря. Это отличные пассажирские корабли, и к тому же практичные в грузовых перевозках, а самое главное - они безопасны.

Я знаю, что говорю, потому что работаю в доках. Работаю вот уже семнадцать лет - с тех самых пор, как впервые подписал контракт и вступил в профсоюз.

РАЛЬФ (обращается к Старфайндеру). А почему вы стали капитаном именно кита, а не угря? Мне кажется, что каждый лояльный гражданин Ренессанса должен использовать продукцию, производимую на родной планете, а не где-то еще.

СТАРФАЙНДЕР. Ренессанс не моя родина - я родился на планете китов. Я с Терральтаир - с Альтаир 4.

РАЛЬФ. Но Альтаир 4 на другой стороне галактики. Один перелет оттуда займет больше лет, чем вам теперь.

СТАРФАЙНДЕР. У меня особый кит. Его скорость значительно превышает скорость обычных кораблей.

РАЛЬФ. В самом деле?

СТАРФАЙНДЕР. Да.

Ральф донышком своей пустой бутылки тихонько выстукивает марш по столешнице кофейного столика, после чего миссис Блю поднимается с места и прогулявшись на кухню, приносит ему и всем остальным еще пива. Сверху спускается Кили и молча принимается собирать пустые бутылки.

КИТ

.

СТАРФАЙНДЕР. "Не обращай внимания, кит".

МИСТЕР БЛЮ (сначала тихонько отрыгнув). Я знаю, что это, вероятней всего, не мое дело, дядя Джон, но этот ваш угорь, который столкнулся с вашим китом, угнанный моей легкомысленной дочерью, должно быть стоил вам немалых денег, еще раз простите меня за наглость, за то, что я решаюсь задавать такие вопросы.

СТАРФАЙНДЕР. Он стоил что-то около десяти миллиардов. Да, около того.

МИСТЕР БЛЮ (благоговейным шепотом). Десять миллиардов!

РАЛЬФ (таким же благоговейным шепотом). Десять миллиардов!

МИССИС БЛЮ. А угорь был застрахован?

СТАРФАЙНДЕР. Естественно.

МИССИС БЛЮ. И страховку вам заплатят?

СТАРФАЙНДЕР. Сомневаюсь. Скорее всего, происшедшее будет расценено, как "Божий Промысел".

МИСТЕР БЛЮ. Десять миллиардов спустить в унитаз?

СТАРФАЙНДЕР. Ну и что, что десять миллиардов?

РАЛЬФ. Грязная капиталистическая свинья! (Обращается к миссис Блю.) Принеси мне еще пива, Милдред! (Миссис Блю отправляется на кухню.)

СТАРФАЙНДЕР (кричит в спину миссис Блю). Мадам, пропустите меня на этот раз, пожалуйста.

РАЛЬФ. Что, Старфайндер, зазорно пить с нами, с простыми трудягами?

КИЛИ (снова собирает пустые бутылки). Он слишком хороший человек, чтобы

пить с такими придурковатыми халявщиками, как ты, это уж точно. Ты и ботинки чистить ему не сгодишься.

МИСТЕР БЛЮ. Кили!

МИССИС БЛЮ (возвращается с кухни с тремя бутылками пива). Извинись перед нашим гостем сию же минуту, ты маленькая грубая сучка!

КИЛИ. Он ваш гость, а не мой. (Выбегает на улицу).

МИССИС БЛЮ (усаживается обратно на софу). Просто не знаю, что нам с нею делать, просто не знаю.

РАЛЬФ (закидывает ноги на кофейный столик и располагается на софе поудобней). Будь она моя дочь, я бы знал, как с ней разобраться!

МИСТЕР БЛЮ. Да, Кили упрямая девочка.

МИССИС БЛЮ. Что мы только с ней ни делали. Уменьшали ей карманные деньги. Запирали ее в комнату. Мазали ей рот мылом. Но она все равно продолжает грубить и читать эти свои, как их там, кники.

СТАРФАЙНДЕР. Кники?

МИССИС БЛЮ. Да, это такие самодельные штуки со словами.

СТАРФАЙНДЕР. Но разве в школе ее учат не по книгам?

МИССИС БЛЮ. Вы, наверное, говорите про кники с инструкциями? А я имею в виду те кники, которые хранятся в подземных библио.

МИСТЕР БЛЮ. Милдред, кажется у Ральфа опять кончилось пиво. Пока ты еще держишься на ногах, принеси ему еще. И мне тоже. Да, и захвати дяде Джону бутылочку.

СТАРФАЙНДЕР. Извините, мадам, но я снова пропускаю.

РАЛЬФ. Грязная капиталистическая свинья!

СТАРФАЙНДЕР. Думаю, мне нужно подышать воздухом.

Оказавшись на улице под лучами яркого утреннего солнца, он утер лоб форменным носовым платком, который полагался к его костюму, и надел на голову капитанскую фуражку. Потом глубоко вздохнул... Еще минута, и он бы мог...

Ладно, лучше об этом не думать.

Старфайндер оглянулся по сторонам, вверх и вниз квартала. Кили нигде не было видно.

Несколько в отдалении, в стороне от улицы, начинались какие-то зеленые кущи, вероятно, парк. Скорее всего, Кили прячется именно там.

Он нашел Кили в парке, она сидела на скамейке, кольцом опоясывающей высокое раскидистое и тенистое дерево. В руках Кили вертела маленькую веточку, растирая пальцами зеленые листы в светлых прожилках. В своем лазурном платье она напоминала кусочек неба, оторвавшийся и опустившийся на землю.

Хрустя гравием, он подошел к скамейке и уселся рядом с Кили. Некоторое время он сидел рядом с глупым видом, не в силах сообразить, что сказать. Довольно долгое время Кили тоже молчала. Потом, не глядя на Старфайндера, она сказала:

–  Ну и что ты думаешь о моих любимых родителях, Старфайндер?

–  Цинизм тебе не к лицу, Кили.

–  Я знаю. А тебе не к лицу давать уклончивые ответы.

Тогда он попытался прибегнуть к помощи научных объяснений.

–  Главная составляющая любой культуры - тенденция мыслить единообразно и единообразно вести себя, одновременно подчеркнуто превознося собственное невежество. Ведущие себя так люди образуют основу любого стабильного общества. Без них цивилизация немыслима.