Выстрел
Шрифт:
Ночь накрыла город. Хотя непонятно, что такое ночь? Сашку всегда интересовал этот вопрос, но с ответом он так и не определился. С какого времени начинается ночь? С момента темноты? С момента, когда люди ложатся спать? Но они ложатся в самое разное время, а иногда и вовсе не спят… Тогда – когда? Ведь после двенадцати наступает уже новый день… Неясно… Так же, как и неясно, куда деваются три минуты. Ведь земля совершает свой поворот за двадцать три часа и пятьдесят семь минут. А день начинается с
Сейчас для Сашки ночь значила время сна. В большинстве окошек соседнего дома не горел свет. Тишина. Слышно только как капли дождя рассыпают дробь по железному подоконнику. Сладко сопит Славка, а вот Антон почему-то ворочается. И пыхтит. Чего ему не спится?
– Тошка… - позвал его Саня.
– Чего? – сразу отозвался друг.
– Иди сюда!
Надо же, он сразу вылез из-под одеяла и очутился рядом с Сашкой. Может быть, хотел поговорить?
– Ты чего не спишь? – спросил Саша.
– Не спится. В темноте Тошкины глаза казались чёрными. И почему-то сердитыми… Сашка расстегнул спальник, уселся на нём. Прислушался: тихо. Антон сел рядом.
– Ну, давай, рассказывай.
– Чего рассказывать? – прошептал Антон.
– Почему с папой поссорился?
Это только Шурка мог так сразу спросить. В лоб. И ведь было не обидно…
– Я ему сказал не очень хорошую вещь…
– Зачем?
– Ну… - пожал плечами Антон и опустил глаза. На секунду. А потом сказал, в упор:
– Шурка, папа хочет, чтобы мы переехали. В Швейцарию.
Наверное, у Сашки стал очень растерянный вид. Потому что Антон молчал и смотрел на него. Словно, пытался прочесть… Что прочесть? Ответ? Ведь ясно же, что Антон не хотел, иначе не стал бы ссориться с отцом! Или он, Сашка, чего-то не понимает?
– Антон… - он не знал, что ответить. – Ты же не хочешь…
Тошка покачал головой.
– А ты бы хотел?
Сашка вздохнул…
– Он, что, на полном серьёзе?
– Шурка, я не знаю… Он пытался меня уговаривать…
– Что говорит? Из-за денег?
– Не только. Говорит, что там спокойнее. Лучше.
– Ну… Может быть.
– Говорит, что нашу страну загадили.
Шурка наклонил голову набок. Пытливо посмотрел на Тошку.
– И что с того?
– Вот и я говорю… Шурка, честно, я же там не был. Может, там и лучше… Но я не хочу. Я не смогу там… - Антон осёкся, потому что хотел сказать «без тебя». Кажется, друг понял и так.
Сашка молчал. Что тут скажешь? Стоит ли говорить, что сердце его повисло в пустоте, а разум и всё его существо, кричало: «нет!». Потому что, ну как без Антона? И всё же он спросил:
– Папа, наверное, сильно скучает?
– Да. Он говорит, что ему надоело мотаться туда-сюда.
– А Славка? – быстро спросил Сашка. Он знал про Тошкиного брата.
Тошка посмотрел на него. В темноте сложно разглядеть его глаза. Но от них веяло тоской. Такой, что Сашка опустил глаза. А Тошка, оглянувшись на диван, где спал Славка, совсем тихо прошептал:
– В том-то и дело… Его же не возьмешь за границу. Нужно искать его родителей.
Это хорошо, наверное. И они найдутся, Саша даже не сомневался. Славка ведь ждёт свою маму… Но:
– Шурка, я ведь не смогу там без него! Он скучает по матери. И я знаю, что нужно её искать. Но одно дело, когда в другом городе, а другое – в другой стране! Как я его оставлю здесь? – отчаянно прошептал Тошка. И мысленно добавил: «И тебя…».
– Конечно! Я знаю, что это трудно. Невозможно! – добавил Сашка, видя, как вспыхнули Тошкины глаза.
– Вот мы и поссорились…
– Что ты сказал отцу?
Антон молчал. Долго. Очень пристально глядя на Сашкин спальник и очень тихо, через силу, сказал:
– Я сказал, чтобы он искал себе нового сына. – И замолчал. И Сашка замолчал.
Тишина. Тишина наполнялась неловкостью. Такой тяжёлой и тягучей, как резиновая жвачка. И чтобы её разогнать, Тошка быстро зашептал, не поднимая глаз:
– Шурка, я не знаю, как теперь мириться…
Друг вздохнул.
– Мне кажется, что если я извинюсь, то он примет это, как согласие… Я совсем дурак, да?
– Конечно, – сказал друг. И как-то непонятно посмотрел на Антона.
– Шурка… - Антон не обиделся, - я боюсь, вдруг мы до отъезда так и не помиримся!
– Ох, Тошка… - Сашка весь излучал сочувствие. Жалко Тошку. Жалко отца. Но ещё хуже, если они все уедут… Или не хуже? Или другу будет там лучше? Можно ли быть таким эгоистом? Тем более, что твой папа каждый вечер возвращается домой…
– Антон… Только ты не сердись. А ты точно туда не хочешь? Может, там и лучше? – осторожно спросил Сашка.
Антон вздохнул. Устало как-то.
– Шурик, я не знаю… Я уже ничего не знаю… Почему-то раньше было проще… Сейчас, когда я представляю себе переезд, то у меня внутри всё колом встаёт.
– Понятно… - задумался Сашка. И вдруг вспомнил, - слушай, а помнишь Женьку Володина?
Наткнулся на молчание. Нет… Антон смотрел на Шурку, пытаясь вспомнить.
– Ну, из интерната, из младшей группы, мелкий такой и приставучий. Всё просил ему нарисовать карикатуру директора, - Сашка хихикнул.
– Ой… - Тошка вспомнил, - ну?
– Он в Америку уехал. С приемными родителями.
Шелестел дождь за окном… Время - так же шелестит? Или оно не двигается, как воздух в комнате?