Выстрел
Шрифт:
– Итак, банковская ячейка 342-А. Котов, осветите нам сложившуюся ситуацию!
Дениса, явно, что-то смущало. Он медленно поднялся на ноги и откровенно замялся, не зная, с чего начать. Заметив, что уши подчинённого начинают – прямо на глазах – обрастать тёмно-рыжим лисим мехом, Ник счёл необходимым ехидно поинтересоваться:
– Ты, дружок, в каком звании проходил службу в славных ВДВ?
– В звании старшего сержанта!
– Так что же ты, хренов старший сержант, сопли жуёшь зелёные? Забыл, как надо отвечать на вопросы офицеров, мать твою? Напомнить?!
– Никак нет! – Лис незамедлительно занял
– Михаилом Ходорковским? – насторожился Агафоныч и тут же стал похож на голодного матёрого волка, почуявшего вожделенную добычу. – Ничего не путаешь, любезный?
– Никак нет! Подпись господина Ходорковского стоит на договоре аренды! Правда, сам – лично – господин Председатель совета у нас не появлялся ни разу…. А к тексту договора были приложены четыре нотариально заверенные доверенности на разных российских и зарубежных граждан. Которые и пользовались – поочерёдно – означенной ячейкой…
– И, зарубежных? – удивлённо спросил-прорычал подполковник ФСБ, продемонстрировав (сугубо Нику) тёмно-жёлтые, местами обломанные медвежьи клыки. – Когда доверенные лица Михаила Ходорковского пользовались арендованной ячейкой в последний раз? Кто это конкретно был? Отвечать быстро, сжато и чётко!
– Позавчера. Американский гражданин Томас Мур, работник их Консульства. Имеет дипломатический иммунитет.
В помещении центрального наблюдательного пункта установилась полная, тягучая и очень неприятная тишина.
– Работник американского Консульства, понимаешь, – примерно через минуту первым не выдержал майор Лёня. – С дипломатами связываться – себе дороже…. Да и что такого страшного и ужасного может быть спрятано в этой ячейке? Она же маленькая. Крохотная совсем…. Хотя, с другой стороны, американцы – ребятишки жутко хитрые и ушлые. Подложат свинью – маленькую такую, с крохотным пятачком – оглянуться не успеешь. А нас всех потом – скопом – отправят на далёкую заполярную Чукотку: охранять диких северных оленей, внесённых в Красную книгу, от кровавых происков международных террористов…
– Буду звонить в Москву, – мрачно пообещал Ануфриев. – Пусть дают начальственную отмашку на потрошение ячейки. Зачем нам сдались лишние неприятности?
– Инициатива, она всегда наказуема, – едва слышно обронил Агафоныч, а все остальные с ним, молча покивав головами, согласились.
Нервно побарабанив подушечками пальцев по столешнице, Ануфриев вопросительно посмотрел на Ника:
– А чем тебе не приглянулся антикварный купеческий сейф? Тот, который самый дальний с правой стороны от дверей, самый большой? Я, вообще-то, планировал его использовать для хранения самого, э-э-э, ценного…. Более того, когда, э-э-э, некоторое время назад банк посещали, э-э-э, очень важные люди из Москвы, я именно этот сейф им и рекомендовал – как самый-самый надёжный в нашей стране. Даже как-то неудобно получается, однако…. Так что случилось-то, Николай Сергеевич?
– Надо его открывать и тщательно осматривать, – Ник нервно передёрнул плечами. – Но даже, если сходу мы не обнаружим внутри ничего опасного и заслуживающего внимания, я, всё равно, буду настаивать, чтобы данный сейф был немедленно
– Зачем? Поясни!
– То есть, он не должен быть задействован при приёме южноафриканских ценных грузов. Пусть себе стоит – тщательно запертым, опечатанным, опломбированным и абсолютно пустым…. Потом, когда ГОХРАН заберёт всё, что ему положено забрать, мы займёмся этим бронированным сундуком уже серьёзно и вдумчиво: если надо, то и разберём его на отдельные составные части…. Денис, у тебя под рукой имеется укрупнённый план Старого зала?
– Сейчас, сейчас, – по-деловому засуетился Котов, прошёл к высокому угловому стеллажу, взобрался на стул и, достав с верхней полки толстенькую картонную папку, попросил: – Освободите, пожалуйста, место на столе! Лист плана достаточно большой….
Место оперативно освободили, план Старого зала старательно расстелили на столе и дружно, соприкасаясь головами, склонились над ним.
– В левую стену вмуровано три сейфа, – пояснял Денис, тыкая указательным пальцем. – Что располагается за стеной? Наша банковская служба по отбраковке и изъятию ветхих и испорченных купюр – в соответствии со строгими предписаниями Центрального Банка России…. В правую же стену «утоплено» ещё четыре сейфа. Здесь всё несколько сложнее. За этими тремя сейфами ровным счётом ничего нет, только естественные скальные породы. А вот, четвёртый, самый дальний от входа…. Здесь угол нашего банковского здания соприкасается с углом другого дома. Следовательно, их фундаменты, очевидно, вплотную примыкают друг к другу. Или же – в этом конкретном месте – фундамент, благодаря своей ширине, является «общим»….
– Этот соседний дом, часом, не городская ли Прокуратура? – обеспокоенно посмотрев на Ника, спросил Ануфриев.
– Она самая.
«Олежка Быстров, сука рваная вампирская, раньше трудился именно в Прокуратуре», – назойливо зашелестел внутренний голос. – «Может, здесь и кроется разгадка этой запутанной шарады? Хотя, вряд ли…. Что-то мне подсказывает, что в данном конкретном случае все обходные пути и простенькие решения – отменяются…».
Зазвучала знакомая мелодия из кинофильма «Ночной дозор», Иван Иванович недовольно заворчал:
– Что это такое? Я же просил отключить на время проведения совещания все телефоны! Вот же, дисциплина офицерская, так её растак…
– Извините! – майор Лёня торопливо достал из кармана пиджака тёмно-синий мобильник. – Все номера заблокировал, кроме одного…, – нажал на нужную кнопку и браво доложил в трубку: – Майор Стёпкин на связи! – после двухминутной паузы предупредительно забормотал: – Так точно, товарищ генерал! Вас понял, товарищ генерал! Обязательно доведу до сведений коллег…. Обязательно! Что, простите? Конечно же, с оглядкой и сугубо выборочно…. Да, постоянно буду на связи…
Майор, суетливо запихав мобильный телефон обратно в карман, задумчиво похмыкал, солидно откашлялся и сообщил:
– Установлены личности, э-э-э, нападавших сегодня утром на супругов Николая и Марию Нестеровых. Они же, очень похоже, причастны и к организации взрыва-пожара на территории бывшего яхт-клуба…
– Да не тяни ты, майор, кота за тощий хвост! – занервничал Агафоныч. – Не допрос же проводишь, в конце-то концов! Хоть на время позабудь о своих профессиональных ментовских замашках. Так его растак…