Выживальщики 3. Тюрьма

Денисов Константин Владимирович

– А он не боится возвращаться? Его же там за это по головке не погладят.

– Убьют. Сто процентов. Других вариантов нет. Общество там стабильное и справедливое, но с нарушителями не церемонятся.

– Надо же, – вдруг сказала Машка, – преступники создали общество нетерпимое к преступникам. Удивительно!

– Да уж, – согласилась Лиана.

– И в чём смысл? Зачем он туда едет? Или он на лодке думает отсидеться, не показываться на глаза? – спросил Сёма.

– Нет, – ответила Лиана, – наоборот,

стремится пойти. Хочет утрясти все вопросы.

– Но, я так понял, что они не утрясаемые. Значит, это просто самоубийство.

– Я тоже его уговаривала отсидеться, но он не хочет. Смерти не боится.

– И что? Мы им пожертвуем?

– Надеюсь, что нет. Всем на этом свете что-нибудь нужно. Постараемся предложить сделку.

– Какую?

– Пока не знаю, на месте будем думать. Нащупаем у них проблему и постараемся решить.

– А если у этих суровых мужиков нет проблем?

– Ты когда-нибудь видел хоть одного человека, у которого совершенно нет проблем? Ни одной?

– Надо подумать, но вряд ли.

– Вот и я об этом. Это не обязательно враг, с которым они не могут справиться. Это может быть что-то более деликатное, или экзотичное…

– Например?

– Ну не знаю я! Что ты меня мучаешь? Там посмотрим. Может мой отец с дедом там, это тоже может помочь.

– А если их там нет? Или они на плохом счету?

– Я, может, необъективна, но это вряд ли. Они же не с корыстной целью свои экспедиции затевали. А к таким людям везде с уважением относятся – тем, которые об общем благе думают.

– Тебе видней. Я вообще-то не критикую, хочу размять проблему, всё предусмотреть.

– Это хорошо, но всего, всё равно, не предусмотришь.

– Тоже верно, но стремиться мы к этому будем, – Сёма вздохнул, – вы спать не хотите? А то наша очередь дежурить. Надо Никитку разбудить.

– Да нет, утро же, – сказала Машка, – пить вот только хочется.

– Так в чём проблема? Иди, вон, стену полижи, – ответил ей Сёма и кивнул на один из сводов пещеры, на котором поблёскивали капельки конденсата.

Машка поморщилась.

– Фу, там вкус такой противный у воды! Я каждый раз как облизываю, про себя думаю, что это яд какой-то и сейчас мне плохо станет.

– Ну, мы все там пасёмся и ничего пока. Живы вроде. Выбора-то нет. Хотя вкус, и, правда, отвратный.

– Это не у воды вкус плохой, а у камня. Старайтесь языком капельки снимать, а стену почти не касаться, – сказала Лиана, – а то, видела я, как вы её вылизываете. Весь верхний слой уже съели.

– А я видел, как ты пьёшь. Так вообще напиться невозможно. Как змея. Ощущение что просто языком стену трогаешь. Оно, конечно, мило, но бестолково как-то.

– Учти, я тебе скидку делаю, потому что ты побитый, иначе бы давно уже отхватил у меня.

– А что я не так делаю? – удивился Сёма.

– Она хочет сказать,

что ты очень раздражительный и не всегда следишь за тем, что говоришь. Иногда получается резковато и обидно, – Машка решила выступить в роли миротворца, – но мы понимаем, что это только от плохого самочувствия.

Сёма слегка пожал плечами.

– А мне казалось, что я такой же, как и всегда. Простите тогда, если что.

– Уже! – сказала Лиана и слегка хлопнула его по плечу.

– Аааа… – Сёма скривился от боли.

– Ну хватит, не наигрывай. Маш, разбуди, и правда, Никитку, нужно думать, что дальше делать. Не стоит нам ещё на одну ночёвку оставаться.

Машка пошла вглубь пещеры, а Лиана пододвинулась к Сёме.

– Ты меня тоже прости, я тоже не в себе.

– Чего уж, и не такое бывало, разберёмся.

– А его тут нет! – раздался из глубины Машкин голос.

– Как нет? – хором сказали Сёма и Лиана, повернувшись к тёмному гроту.

Его, и правда, не было. Лиана вскочила и, включив фонарь, обшарила всю пещеру. Хотя, обшаривать-то было особо нечего. Не было ни коридоров, ни ответвлений, ни каких бы то ни было укрытий. Никитка как в воздухе растворился. Они были здесь втроём, в этом не было никаких сомнений.

– Как это могло случиться? – Сёма хотя и не бегал по пещере в поисках, но и на месте умудрялся вести себя очень возбуждённо и всё время ёрзал, – вы ведь не спали? Лиана, мимо тебя ведь и муха не пролетит! Как так-то?

– Да мы не спали! Кажется… – Лиана на долю секунды задумалась, – да нет, не могли мы вдвоём отключиться и не заметить! И если бы он вышел наружу, на него бы тут же напали, а уж это мы бы услышали обязательно, даже во сне.

– Так куда же он делся? – Машка чуть не плакала.

– Не зря его Гадёнышем называли! Когда всё закончится, я лично выберу самый большой ремень на Левиафане и выпорю его при всей команде! – Лиана замахнулась рукой, показывая, как она его будет пороть и замерла, – или…

– Что или? – спросил Сёма.

Глаза Лианы озорно блеснули, а губы слегка тронула улыбка. Она опустила руку и уже более спокойно сказала.

– Знаете что? Я очень давно не пекла, но сегодня – ловите меня на слове – обещаю испечь огромный торт и накормить Никитоса до отвала, вот.

Сёма с Машкой недоумённо уставились на неё не находя слов. Первым сбросил оцепенение Сёма, хотел возмутиться, вдохнул, чтобы выдать гневную речь, но тоже заулыбался.

– Чур, я тебе помогаю, торт сегодня будет по-любому!

Машка переводила взгляд с одного на другого, туда – обратно, туда – обратно.

– Что? Что вы лыбитесь? Что происходит? Объясните?

Но потом тоже на секунду остановилась, а после, начала улыбаться вместе с ними.

2