Вызов
Шрифт:
– Ах да! Как всегда, ты недооцениваешь моих возможностей! Кстати, ты знаешь о том, что она встречалась со Шпадовым, а потом и с Романовичем? – продолжил Прохоров, несмотря на услышанные новости.
Услышав вопрос друга, Амелин сел. Ему и в голову не пришло спросить его, откуда он осведомлен о жизни Маргариты. Он знал, что картины дочери покупали, но не мог подумать, что ее в чем-то подозревали или следили за ней. Тем более, в данной ситуации ее подозревали в грязном деле.
– Возможно, она и встречалась, у нее было много клиентов, и ее картины хорошо покупали, –
– Я тебя прошу только об одном, не делай глупостей. Подожди моего приезда, я знаю, где ее искать, – попросил Прохоров вместо ответа.
– Что? Что ты сказал? Откуда ты знаешь, черт возьми? И ты… ты не можешь мне не сказать… где она? – Амелин не хотел ждать ни секунды.
– Она у Романовича, – сказал голос в трубке, – я сейчас же буду у тебя. Оставайся дома и жди меня, только не делай глупостей, я приеду и все тебе объясню.
Последние слова друга Амелин уже не слышал, его глаза загорелись первобытным огоньком поиска «жертвы» в предвкушении наказания. Раздетый, он выбежал на улицу в направлении своей машины. Звук скользящих по мокрому асфальту колес заставил обернуться прохожих, но Амелин видел перед собой только одно – дочь и своего врага Романовича…
Благородные черты лица Маргариты как будто отражались в круглом зеркале на стене, поэтому Виктор подошел к нему поближе. Совершенный овал лица и прозрачная светлая кожа притягивали к себе магнитом, а васильковые глаза смеялись, и немного прищуренные – они заражали радостью, расплескивая кругом свою живительную силу. Виктор протянул руку к зеркалу, изо всех сил стараясь прикоснуться к чистейшему источнику красоты, но видение мгновенно исчезло, и худые длинные руки Виктора снова повисли вдоль тела. Разозлившись, он размахнулся и с силой ударил по коварному «изменнику». Затем развернулся и направился к компьютеру. Он даже не заметил стекающие вниз по пальцам темные струйки крови, все еще находясь во власти увиденного женского образа.
Бегло пробежав пальцами по клавиатуре, мужчина забылся, утопая в своей, казалось, вечной игре.
«Нужно срочно поменять код, или же…», – глаза Виктора беспокойно метались, выбирая нужные цифры, но пальцы сопротивлялись, желая вновь прикоснуться к искрящейся жизнью коже Маргариты.
Виктор даже не услышал, как тяжелые шаги брата послышались рядом, и высокая фигура Александра выросла прямо перед ним.
– Ну, Виктор, я пришел узнать, каково твое впечатление от художницы? И что сегодня произошло между вами?
Голос прозвучал почти с издевкой, Александр никак не мог скрыть своей ненависти к Виктору за его «предательство».
Как будто не услышав вопроса, Виктор продолжил работу на компьютере. И только спустя некоторое время, он произнес:
– Ты хотел знать следующие военные конфликты – вот они!
Александр не стал терять ни секунды – предвидение новых горячих точек означало только одно – Виктор вновь начал работу, и значит – он не ошибся в расчетах, художница оправдала его ожидания!
– Спасибо, Виктор,
Он хотел было подшутить, поставив в неловкое положение брата, но передумал. Сейчас главное было достигнуто – новые очаги военных действий снова принесут ему колоссальные прибыли, и он сможет рассчитаться со своими недавними обидчиками, которые теперь тыкали в него пальцем, как только дела «пошли на спад».
– Я все проверю, надеюсь, ты ни в чем не ошибся, – продолжил разговор Александр после недолгой паузы.
– Ошибки исключены, – уверил его Виктор, блуждая размытым взглядом по фигуре Александра.
– Я тебе верю, Виктор, спасибо, – коротко ответил Александр.
– Не за что меня благодарить, Алекс. Я только сделал свою работу.
Холодный и враждебный тон Виктора давал понять Александру, что прежних приятельских отношений с братом больше не будет, он начал снова работать, но рассчитывать на что-то большее не приходилось.
Виктор демонстративно выключил компьютер и молча покинул рабочую комнату, его шаги сразу же стихли за дверью в гостиную. Он чувствовал острую необходимость в отдыхе – тяжелые времена перемен неотступно приближались.
Ожидание становилось невыносимым, и Виктор снова подошел к окну, чтобы свежий аромат раннего утра снова «привел его в чувства». Оставалось слишком мало времени, и он сильно нервничал, боясь не успеть сделать самое важное в своей жизни. Наконец, он услышал долгожданный стук в дверь, и в полсекунды оказался возле нее.
Сегодня Маргарита смотрела на Виктора, словно видела его впервые. «Этого не может быть», – подумала она про себя, удивляясь поведению мужчины. Ее большие глаза видели улыбку мужчины, который еще вчера находился на грани жизни и смерти. Такая перемена казалась просто немыслимой. Виктор улыбался, он сиял, и Маргарита остановилась в дверях, пытаясь догадаться о причине такой перемены.
– На самом деле, я уже давно жду вас, Маргарита. Можно мне вас так называть?
Девушка кивнула, а Виктор на этот раз не смог сдержать свою широкую улыбку. Недоумение в глазах Маргариты доставляло ему удовольствие, и он продолжил.
– Дело в том, что я хочу с вами поговорить… Знаете, Маргарита, моя жизнь была выстроена словно из малюсеньких осколков стекла … она, как мозаичная картина, которая остается неизменной в силу ее недвижимости и безжизненности. Но вы… вы заставили меня почувствовать, что жизнь – она здесь, она в моем сердце.
Виктор совсем близко подошел к девушке, вдыхая аромат ее тела.
– Вы знаете о том, что я снова начал работать на президента!
Глубокое разочарование в глазах Маргариты лишило Виктора всякого сомнения в ее намерениях, и он издал какой-то странный победный клич. Неожиданно притянув ее к себе, он впился в нее жадным диким поцелуем, не оставив Маргарите никакой возможности двигаться. Наконец, заставив свои губы слушаться, Виктор отпустил девушку из своих объятий.
– Вы с ума сошли, Виктор!