Вызов

Леон Анна

– У вас есть какие-то конкретные пожелания?

На этот раз Маргарита все-таки сумела поймать взгляд Александра, и внутри у нее зашевелилось жуткое предчувствие. Темно-карие глаза мужчины смотрели на нее, испытывая на твердость. Маргарита поняла, что это вызов, дурные предчувствия начали снова роиться в голове, но отступать от задуманного она все равно не собиралась.

– Эта картина, – мужчина кивнул в сторону полотна на стене, которое принесло Маргарите удачу встречи с президентом, – очень нравится одному из главных моих помощников, он готов любоваться ею часами.

Я и сам должен признаться, что черпаю в ней некое подобие космической энергии, поэтому никогда не пожелал бы расстаться с нею. Что касается моего заказа – у меня нет особых пожеланий, и думаю, что лучше вас никто не сможет решить, что может порадовать мужчину.

Воцарившееся молчание первым прервал Романович, добавив:

– Я никогда не останусь в долгу перед вами, я вам очень хорошо заплачу.

«Своими грязными деньгами», – добавила про себя Маргарита. На какой-то миг ей показалось, что Александр догадывается о ее намерениях. Но она снова отогнала от себя эту мысль.

– Через две недели она будет готова. Я сообщу вам точную дату, а картину пошлю вам с курьером.

Маргарита заметила недовольство в глазах президента, но решила промолчать по этому поводу.

Александр громко выдохнул, его карие глаза потемнели, ему явно что-то не понравилось.

Девушка стояла напротив, застыв на месте, словно статуя. Маргарита уже не чувствовала, что боится этого человека, напротив, ей не терпелось наконец-то привести в исполнение наказание. Но было что-то еще – то, что казалось неуловимым, и что пока ускользало, словно дым, от ее внимания.

– Я бы хотел, чтобы вы лично доставили мне свою работу. Это для вас возможно, Марго?

Маргарита не обратила внимания, что Александр называет ее так, словно является близким другом или знакомым. Единственное, что волновало ее сейчас – то, что она не хотела встречаться со своей «будущей жертвой» еще раз, но выхода не было – ей не нужны были лишние подозрения.

– Хорошо, я сама лично доставлю ее вам, если вы этого хотите.

Голос девушки прозвучал тише обычного, но Александр не заметил замешательства девушки – белозубая улыбка озарила его лицо.

– Я очень рад, что нам с вами удалось так быстро договориться. С нетерпением буду ждать вас у себя.

Александр жадно всматривался в необыкновенно-чувственные губы художницы, в ее свежее пылающее лицо и высоко поднимающуюся грудь. Затем крепко сжал руку девушки, надолго задержав ее в своей ладони, после чего неохотно отпустил «трепещущее существо» и размеренным шагом направился к гостям.

4

Мокрый асфальт блестел под холодными солнечными лучами, иногда сильно ослепляя глаза. Впервые за последние несколько недель появилось солнце, казалось, оно пыталось вобрать в себя всю влагу обрушившегося на город дождя, несмотря на приближающиеся густые тучи, которые вновь заходили с запада.

Женщина лет сорока пяти медленно двигалась в направлении богатого строения; ее элегантная, но темная одежда выглядела совсем уныло на фоне яркого солнца, шляпка, которая надежно защищала глаза от солнца, постоянно сползала набок, и женщина сразу же старалась

поправить ее. Многие прохожие обгоняли ее, но она была погружена в свои мысли, поэтому не обращала внимания на торопящийся народ.

И все же, услышав позади себя шаги, которые следовали за ней уже несколько минут, женщина обернулась. Ее глаза расширились от испуга, когда она лицом к лицу встретилась с незнакомым мужчиной.

– Извините меня, Екатерина Андреевна, я шел к вам домой, но увидел, что вы гуляете, и решил подойти к вам…

Женщина не узнавала мужчину, поэтому недоуменно покачала головой.

– Я капитан Авдеев, – поспешил представиться мужчина, заметив замешательство женщины. – Я следователь по делу о самоубийстве вашего мужа.

Женщина ахнула, она поправила шляпку так, чтобы лучше рассмотреть мужчину.

– Мне нужно поговорить с вами, вот мой документ.

Авдеев показал удостоверение, и женщина немедленно заглянула внутрь. Она не любопытничала, но, скорее всего, осторожничала и не доверяла.

– И что же вы хотите от меня, я уже сказала все, что могла, и хотела бы иметь возможность спокойно оплакивать своего мужа, а не заниматься пустыми разговорами. Вы ведь мне его уже не вернете!

Женщина не заметила, как снова начала нервничать, свежие воспоминания терзали душу, и слезы хлынули из глаз.

Авдеев аккуратно взял ее под руку, пытаясь говорить какие-то утешительные слова и направляясь к ее дому. Миновав охрану, капитан вошел в богато обставленную квартиру. Он был здесь всего лишь пять дней назад, когда повесился Шпадов, и здесь ничего не изменилось. Или почти не изменилось. Он начал оглядываться по сторонам в поисках картин.

– Вы что-то ищете?

Женщина, наконец, взяла себя в руки и перестала плакать.

– Да, но вначале я хотел бы дать вам что-нибудь успокоительное, или принести вам хотя бы стакан воды. Вы очень бледны…

Авдеев искренне желал помочь женщине, и не хотел подавать виду, что ему важно что-то еще в данный момент. Роль друга была сейчас самой подходящей для дальнейшего разговора и доверительного отношения.

– Там кухня, – женщина жестом показала направо, – на столе в графине вода, там же и успокоительное. Теперь я не могу обходиться без лекарств…

Она внимательно проследила за капитаном, успев оценить его доброжелательность и ненавязчивость.

Минуту спустя Авдеев наклонился над женщиной, предлагая ей сильно пахнущие капли успокоительного и воду. Мужчина незаметно взглянул на часы, он хотел дождаться того момента, когда женщина придет в себя и сама начнет разговор.

– Вы очень любезны, капитан, – произнесла женщина, щеки ее порозовели, она чувствовала себя лучше, и поэтому была благодарна за внимание.

– Это мой долг, Екатерина Андреевна, – начал Авдеев, заметив, что теперь женщина была настроена на разговор.

– Мне очень не хватает моего мужа, вы даже не можете себе представить. Но знаете, я чувствовала, что случится что-то плохое, – женщина хотела было снова заплакать, но остановилась.

Мужчина приподнял брови, как будто услышал нечто неожиданное, о чем не знал прежде.