Вызов
Шрифт:
С первыми лучами рассвета, Бобёр взял старинный морской бинокль и, внимательно просмотрев горизонт, разочарованно отложил его в сторону и задумался, как же быть дальше, но особого выбора не было, оставалось надеяться на бога и более ни на кого.
Устало облокотившись спиной о борт деревянной шлюпки, построенной из натурального дерева, Бобёр закрыл глаза и, стараясь особо не обращать внимания на резкий запах смеси гари и пота исходящий от одежды спасшихся людей, с потерпевшей крушение прогулочной яхты и припомнил последние сутки своего пребывания на её борту. Вспоминая детали предшествующие кораблекрушению, Бобёр в мыслях постоянно возвращался
— Интересно, и на кого же было это покушение, уж не на командующего третьим ударным флотом ВКС России? — Шепотом произнес молодой человек, лихорадочно пытаясь просчитать последствия ликвидации столь значимой фигуры, как вице-адмирал Алексей Ефимович Смирнов, а по совместительству отец Екатерины Борн…
Продолжая размышлять молодой человек, с прикрытыми глазами незаметно для себя погрузился в тревожный сон, но спать ему довелось совсем немного…
Открыв тяжелые веки, Бобёр и посмотрев на молчаливых людей и опираясь о борт шлюпки, поднялся на ноги и размял затёкшее во время сна тело. Делая круговые движения руками, майор мимолётно бросил свой взгляд на свою правую руку, на которой был коммуникатор в виде старинных наручных часов и с досадой хлопнул себя по лбу. Ругая себя, на чем свет стоит за несообразительность, он незамедлительно вызвал на связь Марго и распорядился прислать по исходящему сигналу бот.
Спустя пятнадцать минут, десантный бот очень медленно подлетел к покачивающейся на волнах шлюпке и, зависнув над водой, вплотную приблизился к ней, открыв люк.
Глядя на счастливых людей, к которым, наконец, пришла долгожданная помощь, Бобёр помог каждому подняться на борт и когда все они оказались внутри, последним покинул шлюпку и пробрался в пилотскую кабину. Устроившись в кресле, майор поднял бот на двадцать метров и, запустив сканер, обнаружил вторую лодку, с людьми потерпевшими кораблекрушение которую каким-то причудливым образом отнесло на двадцать миль в сторону. Убедившись, что они не нуждаются в экстренной помощи, молодой человек потребовал от собратьев по несчастью немедленно пристегнуться, после чего хотел было направить свой бот к ушедшей на дно яхте, когда услышал у себя за спиной подозрительно-вкрадчивый вопрос вице-адмирала:
— Интересно, откуда у тебя имперский бот, да ещё в абсолютно идеальном состоянии?
— Да… так достался по случаю.
— Хороший такой случай… Не хочешь рассказать где его надыбал, я бы туда целую экспедицию послал.
— Как-нибудь в другой раз, сейчас для этого время совсем неподходящее. — Выкрутился Бобёр, совсем не желая делиться своими личными секретами, пусть даже с таким человеком, как отец Екатерины, на самом деле опасаясь попасть на веки вечные в какую-нибудь секретную лабораторию вместе со своим кораблем.
— Это верно. — Тяжело вздохнув, признал адмирал и слегка нахмурившись, поинтересовался:
— Что ты планируешь делать?
— Хочу посмотреть на яхту и вытащить тот пень, который на моих глазах изменив траекторию движения, развалил её на две части, правда, со мной на палубе был ещё один человек, но его с нами нет и какова его судьба неизвестно.
— Вот
— Я тоже так считаю и поэтому хочу сразу лишить злоумышленников возможности ликвидировать следы покушения, правда, неизвестно на кого, но вполне допускаю, что конкретно на вас.
— Согласен. Для следствия это очень важно. — Полностью согласившись с приведённым аргументом, произнёс вице-адмирал и с кряхтением уселся в кресло рядом с майором.
Дождавшись, когда Алексей Ефимович пристегнётся, Бобёр опустил бот на дно рядом с погибшей яхтой и, просканировав её, обнаружил тот самый пень. Подплыв к нему, майор задействовал универсальные манипуляторы и, надёжно зацепив его, медленно всплыл и только после того, как оказался в пятидесяти метрах над уровнем моря, полетел в сторону второй шлюпки.
Оказавшись на месте, они вместе с адмиралом в течение десяти минут эвакуировали всех находящихся в шлюпке, среди которых оказался тот мужчина, с которым Бобёр наблюдал причину разыгравшейся трагедии и, порадовавшись этому обстоятельству, майор направил свой бот на ближайшую аэрокосмическую посадочную площадку. Уже подлетая к намеченной цели, молодой человек вызвал несколько карет скорой помощи и пару нарядов полиции, растолковав дежурному, что на самом деле произошло, после чего пошёл на посадку. Прежде чем посадить бот на грунт он, стараясь не повредить вещественное доказательство, аккуратно опустил пень и только после этого опустился рядом с ним, предварительно задействовав на полную мощность систему обороны, опасаясь возможных эксцессов со стороны тех, кто организовал покушение на пассажиров яхты, вернее пассажира…
Спустя несколько минут после приземления, к боту подлетели две кареты скорой помощи, а за ними следом под вой сирен несколько полицейских машин. Бригады скорой помощи быстро осмотрели потерпевших кораблекрушение, а наиболее пострадавших погрузили в машины и увезли в ближайшую больницу и только после этого к своей непосредственной работе приступили полицейские. Опросив оставшихся пассажиров злополучной яхты и оформив протоколы, погрузили на транспортную платформу массивный пень и отбыли в своё отделение, оставив людей возле доставившего их сюда бота.
— Оригинально… — протянул адмирал, — и как же мы домой попадём, если мы даже не знаем где конкретно находимся?
— Папа, может быть такси вызвать? — Поинтересовалась Екатерина, впервые заговорив после разыгравшейся на море трагедии, при этом зябко кутаясь в рваный плед.
— Так и сделаем. — Согласился Алексей Ефимович и, посмотрев на молодого человека, задал тому вопрос:
— Пётр, я предлагаю поехать к нам домой. Как ты на это смотришь?
— Нет, спасибо. В скором времени, я покину столицу и прежде чем это сделать, мне надо завершить свои кое какие дела. — Решительно отказался Бобёр от предложения.
— Очень жаль, но всё же, через три дня у нас с Марией Александровной будет юбилей совместной жизни, и мы непременно хотели бы на нём видеть нашего спасителя.
Оглядев семейство и особенно на Екатерину, смотрящую на него рассерженной кошкой, Бобёр был вынужден согласиться, хотя откровенно говоря, мечтал как можно скорее покинуть Санкт-Петербург, так как тут явно становилось всё опаснее и опаснее.
— Хорошо, через три дня на вашем празднестве, я обязательно буду.
— Вот и замечательно! — Воскликнула супруга адмирала и у всех присутствующих поинтересовалась: