Вздох
Шрифт:
— Может и нормально, — произнес я, проводя рукой по бархатному хвосту. Тонкий и гибкий, мягкий так, что чувствуются косточки, а на конце, подобное копейному, навершие. И впрямь суккубочка. Кончик в виде сердца. Я осторожно погладил его и услышал хриплый вздох.
— Это, — тяжело дыша прошептала Мелисса, пряча глаза, — Давай не сейчас.
— Прости, — повинился я. И вскочив, излишне бодро, сам себе не верю, заявил, — Так, раз ядро пропало, и ты в порядке, то это, наверно, хорошо. Я сейчас буду медитировать и разбираться в себе, при таких изменениях, уверен, что я смогу их ощутить.
И чего вскакивал, спрашивается? Сделав пару шагов в сторону, я уселся, прикрыв глаза. Это всё костыли для реального мира, но привычка. Успокоившись и войдя в ритм, я обратился к
Закончив медитацию и открыв глаза, я встретил любящий взгляд. Да, теперь это мне известно точно. Полное знание о фамильяре — преимущество его хозяина. А еще я знаю, что в этом плане клятва никак на неё не влияла. Не уверен, что смог бы с честью встретить такой взгляд в этом случае, — Идём наружу, — я взял её за руку и вынырнул в реальный мир.
Глава 9
***
Утомлённый, сонный и благостный, задолго до завтрака, я уже сидел в машине семьи и пил сок. Жаль, что это не машина чвк. Там я смог бы выпустить Мел. Да-а. Память сразу подкинула образы. Вот я выныриваю наружу, и держу за руку Мелиссу. Именно в том виде, в котором я видел её внутри себя. Во всей её диковинной красе с рожками и хвостом. Она удивлена, я это чувствую, оглядывается, смотря на комнату своими глазами. Её взор останавливается на мне, и я тону в нём, ныряю как истосковавшийся по глубине ныряльщик за жемчугом, разом, махом, еще мелькнула фоном мысль, заперта ли дверь. А после… сладкие губы, нежный поцелуй, взорвавшийся первобытной страстью. Мелькание разгорячённого тела, когда уже не важно, куда целовать. И в конце весь мир сжался до точки, чтобы еще раз взорваться фейерверком любви. А потом еще. И еще раз, уже нежнее, спокойнее. Под конец даже умный кондиционер отреагировал на жар наших тел, пустив холодный воздух. В итоге мокрые и довольные, мы уснули, обнявшись, лишь под утро. А ведь пусть немного, но я сомневался, когда произносил клятву. Не в ней, ясное дело, иначе ничего бы и не было, а в себе. Мелисса. Дремлющая красавица изнутри отозвалась довольным урчанием. Жена, покатал я на языке это слово. Разобравшись с первой проблемой, я получил едва ли большую, но так с наскоку решить её я не мог, ведь теперь надо её как-то легализовать. Уверен, она согласится на что угодно, любой формат отношений, но мне важно, чтобы всё было правильно. Пусть я не рыцарь в сверкающих доспехах, но идти против себя последнее дело. В конце концов, у нас могу быть дети, а то, что это реально, я теперь знаю. Вообще, если подумать, то мне чертовски повезло с силой моей души. Грех жаловаться, когда инструкция по применению возникает будто сама собой во время использования эфира. Всё же семье придётся рассказывать. Как ни вздыхай, кажется, мой проблемометр сигнализирует, что просто не будет. А может возрастное? Ну да, в пятнадцать то лет и без сидячего образа жизни.
Доехали мы аккурат к девяти часам, это еще хорошо, что я успел быстро принять душ перед поездкой. Один! Хотя, признаюсь, порыв был. Но зато не опоздаю.
— Добро пожаловать домой, — встретил меня слуга, — Все уже за столом, прошу в обеденный зал. Вот, всё рассчитано идеально.
Войдя, я кивком поздоровался с семьёй, и уселся на свободное место. Тихонько звякнули приборы. Традиция, но, тем не менее, я рад провести время с родными. Закончив с завтраком, мы перебросились парой
— Я был удивлён твоей просьбе, — нарушил молчание отец.
— И что ты решил? — поинтересовался я.
— Ну, — усмехнулся он, — Несмотря на то, что он мой ближайший помощник, а стало быть, и первый кандидат на моё место, Кошкины уже многие поколения не меняются во главе службы безопасности. Я уверен в нём лишь чуть меньше, чем в Фёдоре. И выше он пойдёт лишь с моего слова, если я посчитаю, что ни ты, ни Эрика на это будете неспособны. Но ты на неё не оглядывайся. И, к слову, он пусть и не близкий, но наш родственник, не седьмая вода на киселе. Поэтому, чтобы ты ни сказал, дальше эта информация не уйдёт, — поделился информацией отец.
— И тут блат, — наигранно вздохнул я.
— Ну не скажи, выбился он сам. Дураков не держу, сам понимаешь, — улыбнулся отец, — Ну да ладно. Он уже тут, поэтому давай переместимся в кабинет.
Внутри кабинета нас уже ждали Фёдор и Григорий Аркадьевич. Чинно поздоровавшись с каждым и увернувшись от лопаты дядьки, ошибочно именуемой им рукой, которой он попытался растрепать мои волосы, я взглядом указал отцу на диван, а сам уселся на его место.
— Во, наглец, — восхитился Фёдор, предвкушая зрелище. Что ж, это я вам с радостью обеспечу.
— Спокойнее, Федя. Хотя да, несколько непривычно находится тут в таком положении, — Картинно оглянулся отец и немного поёрзал, присев на диванчик. Что скажешь Гриша?
— Хорошо смотрится. Немного откормить и будет вылитый вы в молодости, — это он пошутил? Или что, по его лицу не понять, насколько серьёзно он говорит. Удивительное владение мимикой.
— Кхм, — прокашлялся я, — Григорий Аркадьевич, отец вас отрекомендовал как своё доверенное лицо, поэтому позволю себе начать с вас, — я достал из кармана заблаговременно приготовленный ошейник с модулятором, закрепил на шее и зашептал в него, благо голос меняется и усиливается достаточно, чтобы всем было слышно, — Выражаю вам свою благодарность, ваша информация была своевременной и очень мне помогла.
Шок, потрясение, ступор? Зная отца, я это читал на его лице. Дядька просто недоумевающе смотрел, ожидая, что будет дальше, он видимо не в курсе, а вот Григорий ничуть не изменился в лице. Лишь зрачки раскрылись от узнавания. Да и заметил я это лишь потому, что буквально всматривался в него. Силён!
— Да, то, что вы отличный полевой агент, всякий увидит сразу, если не слепой, конечно, но и слепой будет это, как минимум, подозревать, — улыбнулся я и убрал модулятор в карман.
— Гриша? — настороженно спросил отец.
— Это…он, Эзотерик, — всё же замявшись, произнёс тот. И вот тут проняло даже Фёдора.
— Леонид. Мы внимательно тебя слушаем, — мгновенно прокачал ситуацию отец. Или сейчас вернее будет сказать глава имперской службы безопасности? С кем же я сейчас буду вести беседу?
В итоге я рассказал о своей силе, долго рассказывал о выполненных заказах, на что Фёдор эмоционально цыкал языком. То, что я смывался из дома в основном по этой причине, отец понял сразу и только покачал головой. Иногда вопросы доходили до таких нюансов, что, поясняя я терял суть, но внимательно отслеживающий всё отец возвращал меня в нужное русло. Разговор затянулся до обеда и не планировал заканчиваться так скоро, но некоторые традиции незыблемы. Пообедав, в этот раз компанию нашей семье составили и Фёдор, и помощник отца, мы вернулись в кабинет.
— Так, ну в целом всё понятно. Но провернуть такое у меня под носом. Даже не знаю, восторгаться этим, или идти замачивать розги, — сказал отец, — Но ты ведь не просто так решил открыться именно сейчас?
— Верно, — подтвердил я и обратился к остальным, — Прошу простить, господа, причину столь неожиданного раскрытия моей маленькой тайны, для начала, я бы хотел озвучить только отцу. Если он решит, что вы вправе знать, то, думаю, за этим дело не станет.
— Ты чего это удумал, Лёня? — возмутился дядька, на что получил подзатыльник и обиженно бухтя вышел. За ним последовал и Григорий. Понимаю, сам страдаю крайней формой любопытства, правда, говорят, оно кошку сгубило.