Взлёт без посадки
Шрифт:
Наконец, я отлипла от стойки и понеслась в студию «Звезды экрана».
Добежав до студии, обомлела. Студия была декорирована под старомодный кинотеатр, всюду портреты и статуи кинозвёзд, великих режиссёров. Короче – это викторина о кино.
Я встала за спиной Зяки, которая тут же схрумкала булочки и запила чаем.
Я даже не заметила и прилипла к монитору. Меня поразил темп происходящего и накал страстей. Это чувствовалось даже через стекло аппаратной, где работали Ваня и Зяка. Дело явно двигалось к концу.
Женщина средних лет с простым добрым лицом, неважно,
– Первый фильм Тарковского? – спросил ведущий.
– «Скворец и скрипка»! – робко ответила Вера Кузьминична.
– Последний фильм Феллини? – усложнял вопросы Бортнев.
– «Голоса Луны»! – отвечала Вера Кузьминична.
– Курдюкова, Косых, Васильев – назовите недостающую фамилию! – Ведущий, ускорял темп.
– Ме… Метёлкин! – неуверенно и тихо отвечала Вера Кузьминична.
– Точно! Актёры, играющие «Неуловимых мстителей»! Роль Валерки-гимназиста исполнял Миша Метёлкин! Браво! – закричал и подпрыгнул Бортнев.
Студия взорвалась воплями.
Ведущий поднял указательный палец: – Рано поздравлять. – Гейбл, Миллер, Монро! Что это за фильм?
– Н… Не знаю… – безнадёжно отвечала Вера Кузьминична.
– «Неприкаянные»! – быстро пояснил ведущий. Едем дальше… «Самогонщики», «Пёс Барбос», «Операция «Ы»! Продолжите список!
– «Семь стариков и одна девушка»! – радостно вспомнила участница.
– Колоссально! Последний фильм с участием знаменитой тройки… ликовал вместе с Верой Кузьминичной и Бортнев. – Это имя носит американская кинозвезда и знаменитый советский режиссёр!
– Марлен! – после небольшой паузы завизжала женщина. – Марлен Дитрих и Марлен Хуциев.
Студия опять завопила.
– Первый муж Софи Лорен?
– Как первый муж? – растерялась женщина. У неё, по-моему… – удивилась испытуемая.
– Фамилия???? – заревел Бортнев.
– Карло Понти, – твёрдо сказала участница и зажмурилась.
– Вера Кузьминична, – строго сказал Костя, – продюсер Карло.
Понтии и по сей день муж своей легендарной жены Софи Лорен, в девичестве Шикколоне. А я спрашивал о первом муже. Вы настаиваете на своём ответе?
– Первый и последний, – Вера Кузьминична сжала губы, потупилась, потом отважно посмотрела в глаза ведущему и повторила – первый и последний.
Ведущий пожал плечами.
В студии воцарилась звенящая тишина.
– Ваша твердость делает вам честь, – сжав губы, Бортнев помолчал. – Потому что вы абсолютно правы. И теперь от победы в сегодняшней игре вас отделяет только один вопрос.
Бортнев закидывал несчастную Веру Кузьминичну вопросом за вопросом, почти не давая времени на размышление.
Я обкусала все ногти, так мне было жаль женщину. Наконец, они добрались до последнего вопроса.
– Вы готовы? – напористо спросил ведущий программы.
Вера Кузьминична растерянно оглядела студию и кивнула в знак согласия.
В студии, наконец, захлопали, но Ведущий властным жестом восстановил тишину. – Итак, тихо, но очень внятно заговорил Бортнев. – Хеппи энд, счастливая концовка. Нет, это не пошлая лакировка, как
– Она… – женщина была слегка испугана серьёзностью тона Ведущего. Она говорит: «только бы не было войны»… – негромко сказала Вера Кузьминична.
Ведущий неожиданно отвернулся, быстро провёл рукой возле глаз, потом посмотрел на женщину и покачал головой.
– Нет? – испугалась испытуемая.
– Только женщина могла это запомнить, – сказал Бортнев. – Вы выиграли, – очень серьезно произнёс ведущий.
Студия замерла, у меня руки похолодели…
Тут заревела музыка, закричала студия. Девочки-ассистентки побежали к Вере Кузьминичне с цветами…
– Вы выиграли! – перекрывая шум, закричал ведущий. – В оставшееся эфирное время нам осталась сущая безделица – вручить вам приз.
Шум в студии как обрезало.
Бортнев сделал паузу.
Что ж, Вера Кузьминична – сказал Бортнев легко и быстро. – В нашей предварительной беседе вы всё намекали мне, что у вас никогда не было машины, что вы б не отказались…. Какую марку желаете получить? – элегантно сделав пируэт, спросил Ведущий.
– Ну…. кокетничала женщина. – Жигули, Москвич. А можно и иномарку! – сказала она с провинциальным задором и в студии одобрительно захлопали.
Ведущий, пристально глядя на Веру Кузьминичну, и жёстко заговорил – Нет, не будет Вам, ни Москвича, ни Жигулей, ни иномарки. Потому что этонеправда. Вы хорошо знаете, – сообщил он, слегка раздумывая, что в нашей программе мы никогда не объявляем призов заранее и вручаем нашим победителям только то, что им, как нам кажется, нужнее всего, что им не хватает для счастья…. Может то, что я говорю и самонадеянно. Таков уж принцип нашей программы, у которой, как вы знаете, самый высокий рейтинг и самое дорогое рекламное время. Телевидение – это коммерция. Было бы ханжеством это отрицать. Нас смотрят все. Это правда! Но тем и отличается наша программа от всех прочих, что главное в ней не деньги, а мечта.
Протасов спросил у Ивана в аппаратной с удивлением: – Это так по тексту? Что-то я не помню таких оборотов. Стал позволять себе Звезда.
– Зато, как хорош, Вадим Андреевич?
– Этого я и боюсь. Когда зайдёт, попроси ко мне заглянуть, – побелев, приказал продюсер.
Бортнев продолжал беседу с Верой Кузьминичной.
– Вы где проживаете? – спросил Костя.
– Курская область, город Щигры. Я же говорила, – с готовностью подтвердила Вера Кузьминична.
– Говорили, но так было не всегда. Родились – то вы в Курске, мама работала старшей медсестрой в больнице им. Крупской, но однажды, стараниями людей, которых не хочется вспоминать, вам пришлось оставить им довольно приличную квартиру и уехать в посёлок Щигры, и этого, согласитесь, вы мне не говорили!