W-51
Шрифт:
Маранелло оторопело наблюдал из широкого окна второго этажа. Подъехал ещё автомобиль, оттуда тоже выскакивали люди в серых костюмах. Автоматы, дробовики и пистолеты им явно не для украшения. Тони ничуть не сомневался, что все задние входы-выходы давно перекрыты, ещё быстрее, чем парадный - ублюдки знают своё дело. Как, впрочем, и Маранелло.
Наверх, где остался один Тони, вбежал хозяин. Тощий, как спичка, трясётся от страха, но до последнего держится с доном - уважение многого стоит.
– Их слишком много, - голосом, переходящим на всхлипы, крикнул хозяин.
– Что делать?
– Собери людей, запритесь где-нибудь в подсобке, - мрачно посоветовал Тони.
– Этим сволочам нужен я, вас, скорее всего, не тронут. Сюда уже идёт подмога.
– А вы?
– непонимающе спросил бизнесмен, но, наткнувшись на холодный, решительный взгляд гангстера, всё понял.
– Всё, уже бегу!
Когда хозяин кафе убежал, по дороге рассыпаясь в благодарностях и пожеланиях удачи, Маранелло встал, гордо распрямил плечи. Ну что же, пора вскрывать загашник "на чёрный день". Как ни неприятно это осознавать, но, похоже, хреновое время пришло, не затрудняясь спрашивать, когда удобнее.
Пинком отбросив лёгкий пластиковый стул, Тони резко вскочил на ноги. Найдя взглядом большую картину-натюрморт, удовлетворённо кивнул. Пусть убьют, но во что это встанет Форелли? Утешаясь этой навязчивой мыслью, всё яснее пропечатывающейся в мозгу, Тони снял картину со стены. За ней находился большой сейф. Набрав трёхзначный код, который труднее всего забыть (123), гангстер с удовольствием наблюдал, как отъезжает бронированная дверь.
Там ждёт своего часа "М-16", своего рода символ Америки, давшей Маранелло свободу, которой нет ни у какой другой страны в мире. Подствольный гранатомёт, магазин на шестьдесят патронов, всё это обошлось недёшево, но сейчас оправдываются любые траты - если бы Тони знал, что именно в этом кафе подстережёт судьба, не пожалел бы денег и на тяжёлый танк.
Рядом с винтовкой лежали гранаты для подствольника и магазины. Гангстер лихорадочно рассовывал всё по карманам.
– Ах ты, сволочь... Бруно, урод...
– приговаривал Маранелло, заряжая штурмовую винтовку.
– Засранец, думал меня так просто взять? А вот хрен тебе! Попробуй убрать меня, ублюдок, тебе придётся дорого заплатить!
Тони слышал топот десятка ног по первому этажу, Форелли ничего не нашли, и, похоже, приготовились к зачистке второго этажа. В главный холл спускалась шикарная лестница, образовывая букву "П". Там гангстер и собирался встретить незваных гостей - в конце концов, кто спорит, что преимущество по высоте может в корне переломить исход боя? Здесь изменить ничего нельзя, но лестница позволит хотя бы продать жизнь подороже. Ничего иного, в принципе, дон Маранелло и не ожидал - глупо надеяться на чудо, которых, как известно, не бывает.
Эх, знал бы Тони, как ошибался...
Маранелло разозлился - нет, даже не так - впал в неконтролируемую ярость, которая пожирала всё без остатка, не оставляя шансов никому рядом, и, в особенности - самому Тони. Любой маг мог бы поклясться, что на дона Маранелло наложили заклятие Берсерка. Но, что бы там ни казалось весьма
Глаза застилал туман - не от алкоголя или наркоты, которыми Тони никогда не увлекался - нет, от гнева, сдерживать который не никак получается, да в этом и нет необходимости. Маранелло вспомнил всё - голодное детство, друзей, которых зверски убили те же Форелли... и "Малыш" Бруно... пусть, пусть меня убьют, хоть тысячу раз, но этот подонок заплатит за всё!!!
Тони вышел на лестницу - во весь рост, не пригибаясь - конечно, следовало соблюдать осторожность, но подобные мелочи мгновенно покинули голову. Как раз сейчас в холл вломились бандиты Форелли. Увидев разъяренного дона, на мгновение замешкались, и Тони воспользовался этим. Прокричав что-то в стиле "Умрите, ублюдки, мать вашу, чтоб вы сдохли!", Маранелло нажал на спуск подствольного гранатомёта. Столпившихся внизу, возле больших стеклянных дверей буквально разорвало на куски - пятерых противников больше не существовало.
– Ха-ха, Бруно, это вместо привета!
– издевательски рассмеялся Тони.
Все остальные попрятались за массивными столами на первом этаже и тяжёлыми перегородками. Вжавшись спинами в мрамор или на совесть сделанные столешницы, бандиты изредка постреливали в сторону дона Маранелло - не высовывая, впрочем, голов. Желающих схлопотать пулю не нашлось.
– Маранелло, ты, ублюдский выродок, теперь тебе точно конец!
– истерично визжал Бруно Форелли.
– Идиоты, чего расселись, убейте его, живо, пока не перезарядил ту хреновину!!!
Бандиты, прикрывая друг друга плотным огнём, бросились к лестнице. Наверху стоял Тони, пули чудом не задевали, а вот щедрые, на 15-20 патронов, очереди "М-16" всегда находили цель. Первые пули сбивали с ног очередного Форелли, а оставшиеся три четверти свинца намертво вдалбливали тело в красный ковёр, чтобы никто точно не поднялся. Но никакое везение не вечно - шальная девятиграммовая "пилюля" всё-таки задела дона Маранелло - мафиози упал на пол, усыпанный осколками некогда идеальной мраморной стены, усердно изрешечиваемой бандитами Форелли.
– Босс, вроде подстрелили!
– радостно доложил один из людей Бруно.
– Добейте этого маньяка, быстрее!
– скомандовал Бруно.
– Будет сделано, босс!
– Нет проблем!
– Вперёд, ребята!
Ругаясь самыми грязными словами, которые только удалось вспомнить, Тони перезаряжал штурмовую винтовку. Вытащил, отшвырнул ненужный, отстрелянный магазин, кое-как нашарил в кармане пиджака новый... а, чёрт, не тем концом... вот, теперь правильно. Быстрее, быстрее, гранату под ствол, пятисотдолларовые туфли уже цокают по лестнице, враги хотят добраться до дона как можно раньше. Вроде, всё готово. Можно ещё стряхнуть пыль и мраморную крошку с костюма, ха-ха, конечно, нет времени.