W-51
Шрифт:
– Да пойми, всё не так, - всё это эльф говорил спокойно, не теряя самообладания. Хотя любой другой от злости уже давно задушил бы пленника голыми руками.
– Да и не нужно нам ничто, секретных сведений у вас нет. Мы меряем людей по нашему Миру, не по жизни на Земле, и пока что я вижу одно - они с радостью убивают, а ты слепо идёшь на поводу от безысходности. Фактически ты разменная карта фашиста Михаэля!
– Какие умные слова знаешь, - сквозь зубы пробурчал Маранелло.
– Хорошо, - решил маг.
– У тебя будет время подумать - через два дня состоится ежегодная церемония здесь, в Храме. Тогда и решишь, чью сторону принять. Можешь быть с нами, так
– Fuck you!
– Маранелло выкрикнул не требующую перевода фразу.
– Пошёл в жопу, червяк!
Грубость не возымела эффекта.
– Кричи, кричи, - пожал плечами Заурон.
– Время рассудит. Да, ты надеешься, что остальные, засевшие в замке, выручат тебя. Скорее всего, попробуют, и так же погибнут, ведь если цели не достигли первые воины, вооружённые намного лучше, то не смогут и оставшиеся в замке. Всё предрешено, Тони, и нельзя этому помешать. Никак.
Его посадили в клетку. Камера-одиночка, как её называют в любой земной тюрьме, не блестит чистотой, но крыс там нет, да и относительная сухость не мешает. Плохо не от условий содержания, а от осознания беспомощности. Все, с кем Тони шёл на дело - мертвы, лишь по прихоти остроухих выскочек, возомнивших себя вершителями судеб, не меньше. И теперь стало по-настоящему плохо. Злость от осознания собственной беспомощности переполняет Маранелло. Всё резко повернулось на сто восемьдесят градусов, никаких новых надежд - эльфам даже не надо брать Вольфенштайн штурмом, достаточно всего лишь дождаться прибытия остальных, спешащих помочь... и раз бронекостюмы не помогли, то с немецко-американским отрядом, вооружённым оружием полувековой давности, проблем не будет.
"Чёрт! Что происходит, почему мы проигрываем?
– думал Тони.
– Почему вооружённые луками или мечами эльфы легко, как тараканов, давят наших?". Ничего не ясно, абсолютно ничего. Когда Михаэль всё подробно разжевал, Маранелло думал, что вместе с сотрудниками "Радуги" быстро покончит со всеми проблемами - но нет, странные неудачи постоянно преследуют обитателей Вольфенштайн. За очень редким исключением, вроде первой в жизни Тони стычки с эльфами, сразу после того, как сюда попал. Но почему везение остроухих превращается в правило?
Всё до ужаса нелогично, мафиози не мог понять, как средневековые воины могут побеждать натренированных солдат двадцатого и даже двадцать первого века. Это нонсенс, нечто необъяснимое...
Он сидит в камере уже несколько часов, в зарешеченное окно пробивается лунный свет, кое-как освещающий стены. На весь лес вокруг слышится уханье филина, ищущего добычу. Тони приподнялся, взгляд скользнул по деревьям, небольшому прудику возле Храма, прямо в центре леса. Ничего. Может быть, ребята и на самом деле предпочтут осторожность первым порывам, и будут продолжать терроризировать остроухих. Эх, как хочется надеяться на подобное!
Маранелло гадал, что будет дальше, судьба висит на волоске, любой стук в дверь может оказаться последним. Ему предложили сотрудничество, мир, дружбу... ну да, как Луке Брази из "Крёстного отца". Скорее всего, незадачливый мафиози последует за этим персонажем, не могут же эльфы оставить в живых человека, успевшего пришить десяток бесценных Перворождённых? Или настолько уверены в невиновности Маранелло, "марионеточности"?
Бред. Значит, нужно что-то придумать, найти способ свалить отсюда. А не получится... попробовать выбить оружие из рук конвоира,
Чёрт. Почему всё настолько плохо?
– Эй.
Тони обернулся.
Подобное ожидалось менее всего.
За маленьким решётчатым окном висел человек. Каким-то образом ему удалось забросить и закрепить верёвку на крыше и подняться до третьего этажа, где и находится темница с камерой Маранелло. Ноги приняли упор в гладкую стену Храма. Выглядит, мягко говоря, странновато. Чёрный, в цвет ночи, спецкомбинезон из дикой смеси пластиковых, резиновых и кевларовых деталей. Голову украшает прибор ночного видения, состоящий из трёх глазниц, переливающихся оттенками зелёного. В правой руке (левой держится за верёвку) человек-скалолаз уверенно сжимает пистолет с глушителем. Красная точка лазерного прицела, погуляв секунду по стенке, упёрлась в грудь мафиози.
Однако, осознав, что перед ним пленник, но ни в коем случае не страж, диверсант убрал оружие в кобуру, обе руки схватили верёвку, и гость, уже не беспокоясь насчёт равновесия, деловито спросил:
– Антонио Маранелло, Земля?
"Что-то меня последнее время часто это спрашивают, - невесело подумал Тони.
– И каждый раз, услышав название родной планеты, жди неприятностей".
– А что, не похож?
– с вызовом сказал мафиози.
– Почему непохож?
– удивился визитёр.
– Очень даже похож. Это вы устроили побоище в Нью-Йорке зимой восемьдесят второго года?
– Откуда знаете?
– Тони не рассказывал об этом никому, даже Михаэлю.
– Почему спецназ из 2020 года не знает, а вы знаете?
Если бы диверсант не висел на верёвке, точно бы пожал плечами. Но так только ответил:
– Я ровесник ребят из "Радуги". Вы будете смеяться, но мой отец работал капитаном полиции в Нью-Йорке. И ему пришлось разгребать дерьмо, что вы оставили после себя. Этот случай вошёл в историю, как самое таинственное дело... или что-то вроде того. Несмотря на взрыв гранаты, должны остаться следы - хоть бляха от ремня, хоть кусочек. Там мешанина из костей, внутренности, но ваших останков не нашли. Только сейчас я понял, в чём дело.
Тони ухмыльнулся.
– Да уж, славно я тогда вломил Форелли, - мафиози задумался.
– Но... может, вы знаете, что случилось потом? Эти мерзавцы не захватили город?
– Не знаю, честно, - сказал визитёр.
– Отец рассказывал всего один раз, да и то не мне. Думаю, сейчас нам следует думать о другом. Я Фред Крашер, меня каким-то образом - даже Рейден не знает - закинуло сюда. И...
– Вы видели Рейдена?
– перебил Маранелло.
– Естественно, - фыркнул диверсант.
– Меня подобрали люди Михаэля. Его вы точно помните.
– Ага.
– Ну, и сразу подпрягли. Узнав, в чём дело, я согласился. Глупо сидеть, сложа руки, когда планета в опасности, верно?
– Согласен, - кивнул Тони.
– Надеюсь, ваше задание заключается в том, чтобы вытащить меня отсюда?
Визитёр, насколько позволяла свобода упёршегося ногами в стену и висящего на верёвке человека, помотал головой.
– Не совсем. Я подготовлю почву для штурмовой команды, ну а потом, все вместе, мы вас спасём.
Маранелло вспомнил лес, дриад, неожиданный провал, и, конечно же, допрос.