Xамза
Шрифт:
И, вскинув вверх руки, изображая лицом нестерпимую душевную муку, шейх Исмаил публично начал "каяться" перед народом.
– О всевышний!
– кричал он со сцены.
– Если я, твой верный пес, приложил хотя бы палец к такому нечеловеческому греху, как пожар гробницы, то пусть отсохнут эти руки! Пусть плоть моя сгорит в огне семи адищ! Пусть я буду раздавлен скалами этих гор! Пусть я умру в собачьих муках! Пусть дети мои будут гнить заживо! Пусть род мой навсегда исчезнет из памяти людей! Пусть кости мои обглодают шакалы!
Исмаил долго еще проклинал самого себя, а потом зарыдал...
И все шейхи заученно заголосили и зарыдали в тон ему.
Шатаясь
Снова поверили!
"Дьявол, - подумал Хамза, наблюдая за Исмаилом, - сущий дьявол!.. Но какой актер, а! Когда он останется без работы, я приглашу его, пожалуй, в местный театр играть роли пожилых негодяев".
Амантай и Алиджан поставили на место стол, покрытый красной материей, расставили стулья. Амантай призвал народ, все еще гудевший в зале, к порядку:
– Люди добрые! Поговорили, и хватит!
Слова эти, произнесенные сдержанно, но не лишенные юмора, произвели впечатление. Все замолчали.
– По поручению батраков и бедняков общее собрание народа Шахимардана объявляю открытым, - сказал Амантай.
– Сейчас будет говорить товарищ Хамза, наш друг и всем известный поэт, приехавший к нам из Самарканда.
Хамза поднялся на сцену.
– Товарищи!..
Шейх Исмаил и все остальные шейхи, словно это их окликнули этим непривычным словом, остановились в дверях, обернувшись к сцене.
– Товарищи!
– улыбнувшись, повторил Хамза.
– Я читал коран и многие другие религиозные книги. Я долгие годы изучал их когда-то в медресе. И, изучив коран, я пришел к выводу, что духовенство, то есть люди, которых мы считаем святыми, не от мира сего и прочее, - эти люди совсем не считаются с кораном и другими священными книгами. Эти святые призывают народ к терпению и покорности, к честности и воздержанию, а сами отнюдь не соблюдают всего этого. И мы должны предъявить свой счет и к таким обманщикам, как шейх Исмаил и его окружение!
Снова шейхи подняли было крик, пытаясь заглушить Хамзу, но Исмаил движением руки заставил их замолчать.
Хамза продолжал:
– Я никого не принуждаю к своей вере. У нас немало людей, которые, искренне веруя в ислам, преданы Советской власти.
Вольному воля! Пусть веруют - за это их никто не будет преследовать. В Советской стране живет много разных народов, которые исповедуют различные религии. Религия - личное дело граждан. Но если какая-то религия мешает народу строить новую жизнь, тогда начинается другой разговор...
– Ислам призывает мусульман любить друг друга, уважать друг друга, жить в мире, быть честными и справедливыми, - сказал шейх Исмаил от двери.
– Любить и уважать друг друга?
– повторил Хамза.
– Мы уже имели возможность убедиться, какого рода любовь и уважение вы проповедуете... Люди! Шейх Исмаил сейчас сказал нам, что ислам призывает мусульман любить и уважать друг друга. Вы все слышали это. Но шейх Исмаил другие народы и людей иной веры пытается представить вам, мусульманам, как очень плохих людей только за то, что они верят в других богов. Шейх Исмаил постоянно говорит вам: "Вы не должны считать людей иной веры своими друзьями..." Проповедь неприязни и вражды между народами полезна только тем, кто получает выгоду от этого.
– Обернувшись к портрету Ленина, Хамза продолжал: - Все трудящиеся мира с великим уважением произносят имя вот этого русского человека, товарища Ленина. Он вместе с русским народом принес свободу и нам, узбекам, и мы никогда не забудем этого. Он завещал нам беречь дружбу между народами.
А наши шейхи проповедуют совершенно противоположное!..
Но мы теперь знаем, к чьим словам нам надо прислушиваться!
Раздался гул одобрения. Амантай, Алиджан, Камбарали, Каримджан и многие другие батраки яростно захлопали. Шейхи застыли в дверях мрачно и неподвижно. Половина зала вертела головами, не зная, чью сторону принять.
– Нам надо покончить с теми, кто использует религию для разжигания национальной и расовой вражды продолжал
Хамза, повысив голос.
– Надо запретить шейхам вести контрреволюционную пропаганду перед правоверными. Шейхи, пробравшись в сельсовет, наносят вред Советской власти, мешают организовать в Шахимардане колхоз. Этого больше терпеть нельзя. Правительство Советского Узбекистана поручило мне, как коммунисту, помочь вам переизбрать состав вашего местного Совета. Было бы хорошо, если бы мы этим занялись прямо сенчас...
– Верно! Чем скорее, тем лучше!
– закричал богатырь Каримджан.
– А то мы скоро перестанем различать, где у нас сельсовет, а где гробница!
Волна смеха прокатилась по залу. Даже некоторые баи, отвернувшись, не смогли сдержать улыбку.
– Валихан всегда был лизоблюдом шейха Исмаила!
– Я протестую! Это незаконно! Я подам жалобу!
– вскочил с места председатель сельсовета.
Шейх Исмаил, вращая глазами, полными притворного ужаса, с отвращением наблюдал за "разгулом" вышедшей из-под его повиновения "черни".
– Правоверные! Покиньте это пристанище Неверов и еретиков!
– крикнул он вдруг, но в голосе его уже не было привычных повелительных интонаций. Всевышний навлечет на вас страшную кару!
Из-за стола президиума встал Амантай, поднял руку.
– Шейхи, как служители религии, не имеют права голосовать и быть избранными, - сказал Амантай.
– Так что теперь им здесь уже делать нечего... В сельсовет мы проведем выборы и без вас, таксыры. Новая власть потом вызовет вас, чтобы получить сведения о ваших землях и прочем имуществе...
Уже светало, когда люди начали выходить из чайханы. Все были довольны впервые в Шахимардане местная власть была создана без давления шейхов и служителей гробницы. Впервые люди почувствовали освобождение от тяжкого бремени "святого места".
В чайхане за столом, покрытым красной материей, сидела новая власть Шахимардана - Амантай, Камбарали, Алиджан, Каримджан и Мехри.
Хамза председательствовал на этом маленьком собрании.
– Итак, друзья, вы единогласно избрали председателем сельсовета Амантая... Тебе, Амантай, видно, спать сегодня не придется. Надо поскорее принять все дела у старого председателя. Алиджан, наш новый секретарь сельсовета, будет помогать тебе принимать документы от Валихана. Потом нужно будет наметить дела первой важности...