Я – борец

Гаусс Максим

– Извини, друг, – бегло бросил я и двинулся дальше.

– Ты чего, широкий?! – окликнули меня и для пущей ясности развернули, крепко схватив за то самое плечо.

– Ну я же уже сказал «прости»! – в «лоб» напомнил я. – Что-то еще требуется?

– Ребят, что нам делить-то? – вмешался Гена, тоже разворачиваясь.

– Делить нечего. Но кое-кто забыл волшебное слово, – проговорил тот, кто толкнул меня. Он был ниже меня, но крепче, коренастый, светловолосый. Его нос был слегка приплюснут, а сжатые кулаки покрыты мозолями.

– Дим,

тренер сказал, что ещё раз – и выгонит тебя, – напомнил светловолосому кудрявый паренёк справа, ниже и худощавее.

– Тихо ты! Сейчас парнишка извинится вежливо и пойдёт по своим делам! – выпалил светловолосый.

– А, понятно, – кивнул я. – Вы, ребята, кто по спорту?

– Это боксёры, – прошептал мне на ухо Гена.

– Узнаёшь, значит, уважаешь, – усмехнулся тот, кого называли Димой.

– А твой тренер тебя так учил – в парках людей плечами толкать? – спросил я. Страха, к слову, не было – был интерес.

– Что ты там промямлил? – набычился Дмитрий, замахиваясь правой.

– Реально, Дим. Тренер узнает – выгонит. Ты посмотри на него – он же первым делом в милицию побежит или к маме жаловаться, – попытался остудить Диму тот, кто до этого молчал: тоже светловолосый, в тренировочном костюме, но почти моего роста.

– Отстань! Ну так что, извиняться будешь? Или тебе лицо в фарш превратить? – поставил меня перед выбором Дима.

– А сможешь? – усмехнулся я.

– Ты ещё и ерепенишься?!

– Говори, где твой клуб – я приду и по правилам твоего любимого бокса с тобой постою! – предложил я.

– Ха! А чего ждать? Давай на стадионе, прямо сейчас. Мы тебе даже перчатки дадим, чтобы синяков не было, – предложил второй из троих.

– Ген, разборка выходит на уровень дуэли, – улыбнулся я. – Уделим ребятам пару минут.

– Я тебя за полминуты укатаю – хоть по правилам бокса, хоть без, – металлически произнёс Дима.

– В перчатках, но без правил: можно бить ногами, можно бороться, можно добивать лежачего? – предложил я.

– Тебе хана так и так! Короче, – выдохнул Дима, – идите вперёд, чтоб я видел, что не сбежите!

– А может, это тебе надо уже сбегать? – не переставал я улыбаться. Дерзость и самоуверенность Димы меня задели.

– Слышь, тощий, если минуту с Димой простоишь, я тебе рубль дам, – выпалил высокий, глядя на меня с издёвкой.

– Договорились. А если не простою – я вам. А если Дима ляжет – вы нас обедом кормите!

– Не придётся, – покачал головой мой собеседник.

– Саш, я его знаю – он второй по городу в весе до семидесяти одного килограмма, – прошептал мне на ухо Гена.

– Посмотрим, как он боксирует, – хмыкнул я, направляясь обратно к стадиону.

Можно было настоять на встрече в другой день, можно было показать забинтованную руку и сослаться на травму. Но вот мы зашли на газон футбольного поля, и троица боксёров, положив сумки на землю, стала доставать перчатки.

– Дим, бинтоваться не будешь? – спросил у лидера группы его низкорослый кудрявый

товарищ.

– Тут дел на один удар, – надменно ответил он.

– На, – протянул высокий, с которым мы поспорили на рубль, подавая мне коричневые кожаные перчатки с завязками. – Умеешь завязывать или помочь?

– Зачем завязывать, если тут дел на один удар? – саркастически ответил я, принимая инвентарь.

Тяжёлые, совсем не мягкие, набитые, скорее всего, конским волосом, а не поролоном – такие я видел очень давно. Ослабив шнуровку, я взял шнурки в кулак и запихнул их внутрь вместе с рукой – тренерская хитрость, чтобы быстро снять перчатки, если понадобится. Вторую я надел так же.

Призёр города по боксу, второй-первый взрослый разряд – вполне можно получить нокаут от такого спортсмена, особенно с моим уровнем подготовки. Но это если боксировать по-настоящему…

Мы стояли друг против друга. Дима сверлил меня взглядом и зачем-то бил перчаткой о перчатку – непрофессиональный рефлекс.

– Как тебя звать-то? Чтобы после нокаута имя твоё сообщить? – спросил высокий.

– Саша Медведев, – выдохнул я, собираясь с мыслями.

– Тебе хана, Медведев! – прорычал Дима.

– Бокс! – скомандовал высокий, и Дмитрий бросился на меня, широко замахиваясь правой – почти, как говорят тренеры старой школы, «из-за жопы», намереваясь закончить бой одним ударом.

«Как же скучно», – подумал я. Разрядник, а бросается так…

Адреналин подтолкнул меня к единственному решению. Высоко подняв левый локоть, я сделал длинный шаг к сопернику, и его удар пришёлся в моё предплечье. Обхватив его правую руку сверху вниз левой и пробив правую под его локоть, я замкнул замок за спиной спортсмена.

– Рыба или курица? – спросил я перед полётом. Ожидаемо, Дима не успел отреагировать на спортивный юмор.

Дёрнув боксёра вверх, я приподнял правое колено, оставаясь с Димой, по сути, стоять на одной ноге, и ударил коленом ему в бедро. Бесполезно для урона, но когда ноги противника оторваны от земли, толчок в эту область придаёт вращение всему телу. Так и получилось: ноги Димы улетели влево, а я, немного докрутив руками, направил его спиной на траву. Можно было докрутить сильнее – тогда он приземлился бы на голову, что гарантировало бы победу, но я не в клетке, и, пусть формально бой идёт за рубль, начинать новую жизнь в новом городе с перелома шеи незадачливого противника – не лучшая идея.

Несмотря на все старания смягчить падение, приземление получилось жёстким. Дима звучно выдохнул, захрипев, а я занял верхнюю позицию – колено на животе – и слегка обозначил удары перчатками по его лбу.

– Ты чего делаешь?! – закричал высокий и подскочил, толкнув меня в грудь.

– Мы же договорились – с борьбой и ударами ногами! – развёл я руками.

– Бороться в боксе нельзя! – поддержал их позицию кудрявый.

– А что, ребят, тут официальный чемпионат города по боксу? Я что-то рефери не вижу.