Я есть То
Шрифт:
В: Только что к вам приходил маленький мальчик со своей проблемой. Вы сказали ему несколько слов и он ушёл. Вы помогли ему?
М: Конечно.
В: Как вы можете быть так уверены?
М: Помогать — моя природа.
В: Как вы это узнали?
М: Это не нужно знать. Это действует само по себе.
В: И всё-таки вы сделали утверждение. На чём оно основано?
М: На том, что люди мне говорят. Но это вы ищете доказательств. Мне они не нужны. Исправлять вещи — это сама
В: Когда человек приходит к вам за советом и вы даёте ему совет, откуда он берётся и посредством какой силы помогает?
М: Его собственное бытие воздействует на его ум и вызывает его реакцию.
В: А какова ваша роль?
М: Во мне человек и его Я соединяются.
В: Почему Я не помогает человеку без вас?
М: Но я и есть Я! Вы воображаете меня отделённым, отсюда и ваш вопрос. Нет никакого «меня» и «вас». Есть только Я, единственное Я всего. Вас вводит в заблуждение разнообразие имён и форм, умов и тел, и вы воображаете многочисленные «я». Мы оба есть Я, но вы, кажется, не верите в это. Этот разговор о личном «я» и универсальном Я — ученическая стадия. Выйдите за её пределы, не увязайте в двойственности.
В: Давайте вернёмся к человеку, нуждающемуся в помощи. Он приходит к вам.
М: Если он приходит, он уверен, что получит помощь. Именно потому, что ему было предназначено получить помощь, он и пришёл. В этом нет ничего фантастического. Я не могу помогать одним и отказывать другим. Все, кто приходит, находят здесь помощь, таков закон. Только форма, которую принимает помощь, меняется в соответствии с нуждами.
В: Почему он должен приходить сюда, чтобы получить помощь? Разве он не может получить её изнутри?
М: Он не послушает. Его ум направлен наружу. Но в действительности, всё происходящее находится в уме, и даже его приход ко мне и получение помощи тоже находится внутри него. Но вместо того чтобы получить ответ изнутри, он воображает, что ответ приходит извне. Для меня нет никакого «меня», нет человека, нет помощи. Всё это — лишь кино в уме. Я есть бесконечный покой и тишина, в котором ничего не появляется, поскольку то, что появляется, исчезает. Никто не приходит за помощью, никто не предлагает помощь, никто не получает помощь. Всё это просто картина в сознании.
В: Но всё же сила помощи существует и существует некто или нечто, кто демонстрирует эту силу, называйте это Богом, Я или Абсолютным Умом. Имя не важно, но факт остаётся фактом.
М: Это позиция тела-ума. Чистый ум видит вещи такими, какие они есть: пузырьками в сознании. Эти пузырьки появляются, исчезают и возникают снова, не обладая реальным бытием. Им нельзя приписать никакой особой идеи, поскольку каждый из них влияет на всё и всё влияет на каждого. Каждый пузырек — это тело, и все эти тела мои.
В: Вы хотите сказать, что у вас есть сила делать всё правильно?
М: Нет никакой силы, отличной от меня. Она неотделима от самой моей природы. Можете
В: Я знаю о мальчике, который ослеп, потому что его глупая мамаша напоила его метиловым спиртом. Я прошу вас помочь ему. Вы полны сострадания и, несомненно, хотите помочь. С помощью какой силы вы можете помочь ему?
М: Этот случай зарегистрирован в сознании. Он там, его нельзя стереть. Сознание само будет действовать.
В: Имеет ли какое-нибудь значение то, что я прошу вас помочь?
М: Ваша просьба является частью слепоты мальчика. Вы просите, потому что он ослеп. Вы ничего не меняете.
В: Но ваша помощь будет новым фактором?
М: Нет, всё содержится в слепоте мальчика. Всё находится в ней — мать, мальчик, вы, я и всё остальное. Это одно событие.
В: Вы имеете в виду, что даже наш разговор об этом мальчике был предопределён?
М: А как может быть иначе? Все вещи содержат в себе своё будущее. Мальчик появляется в сознании. Я нахожусь за его пределами. Я не отдаю приказы сознанию. Я знаю, что в природе осознания исправлять вещи. Пусть сознание следит за своим творением! Печаль мальчика, ваша жалость, моё внимание и действия сознания — всё это одно-единственное явление. Не надо расщеплять его на компоненты и потом задавать вопросы.
В: Как странно работает ваш ум!
М: Это вы странный, не я. Я нормальный. Я здравомыслящий. Я вижу вещи такими, какие они есть, поэтому я их не боюсь. А вы боитесь реальности.
В: Почему?
М: Ваше незнание себя заставляет вас бояться, а также не осознавать, что вы боитесь. Не пытайтесь перестать бояться. Сначала разрушьте стену незнания.
Люди боятся смерти, потому что не знают, что это такое. Джняни умер до своей смерти, он видел, что там нечего бояться. Когда вы познаете свою истинную природу, ничто не сможет вас испугать. Смерть даёт свободу и силу. Чтобы быть свободным в мире, вы должны быть мёртвым для этого мира. Тогда вся вселенная будет ваша, она станет вашим телом, выражением и инструментом. Счастье быть абсолютно свободным не поддаётся описанию. С другой стороны, тот, кто боится свободы, не может умереть.
В: Вы имеете в виду, что тот, кто не может умереть, не может и жить?
М: Можно сказать и так. Привязанность — это рабство, непривязанность — свобода. Желать — значит быть рабом.
В: Означает ли это, что если вы спасены, мир тоже спасён?
М: Как целостность мир не нуждается в спасении. Человек делает ошибки и порождает несчастья. Когда они попадают в поле осознания, в сознание джняни, они исправляются. Такова его природа.