Я гладиатор

Аполлон Илюха

– Проходить, проходили, - возразила мне Маша, - да только вот тут новые методы решения показывают. Полезные, между прочим.

– Хорошо, я не будут надолго отвлекаться, - не стал я спорить, - спасибо, что вернула меня в реальной мир, моя любимая.

Маша молча посмотрела на меня заботливым взглядом и после приступила к решению. В тот момент я утонул в ее голубых глазах. Какая же она у меня красивая. Так, все, приступаем к учебе.

– К доске решать этот пример пойдет Вася, - раздался голос Татьяны Семёновны.

– А почему опять я? – начал ворчать Василий. – Как только у нас не лекция,

иду решать к доске именно я.

– Мне нравится смотреть, как ты решаешь такие примеры. – ответила ему Татьяна Семёновна.

– Эх, - немного обреченно вздохнул Вася и пошел к доске, - не могу я вам отказать, Татьяна Семеновна, не могу.

– Это радует, - сказала она и обратилась уже ко мне, - Андрей, а ты что отвлекаешься? Думаешь, что я не вижу, как ты уже пять минут в облаках витаешь? Следующим пойдешь решать.

– Извините, Татьяна Семеновна, больше не повториться, - немного виновато ответил я, - обязательно пойду решать следующий пример.

– Может и не пойдешь, - с небольшим сарказмом сказал Вася, - я могу долго решать некоторые примеры.

– Дааааа?, - протянула Татьяна Семеновна, - это ты так друга прикрываешь или дураком прикидываешься?

– Скорее первое, чем второе, - ответил он.

– Все приступай, - сухо сказала математичка, полностью переключив свое внимание на доску.

Василий мог немного долго думать над сложными задачами, но дураком не был, что вообще не соответствовало его внешности. Он был как брат близнец Эйнштейна, только с черными как смоль волосами. По этому поводу над ним всегда подшучивали как учителя, так и студенты. Я был не исключением. Однако он никогда не обижался, и отвечал на все шутки. С такой внешностью его, наверняка, ждет успешное будущее.

Я начал решать параллельно с решением на доске. Но опять начал отвлекаться. На дворе почти октябрь, но жара стояла как летом. + 28 на улице, бабье лето в самом разгаре. Не спасали ни открытые окна, ни открытая настеж дверь.

Вернул меня в реальность неожиданный голос

– Всем оставаться на своих местах.

Глава 2

Глава 2. Необратимый порог. Что же делать дальше?

К нам в кабинет вошел или, вернее сказать, ворвался мужик с автоматом на перевес. Он был в балаклаве, в темной одежде без бронежилета, что крайне удивительно и набрасывало на некоторое мысли. Я сначала подумал, что это представитель спецслужб, однако, никаких нашивок или других отличительных черт не было. Видимо террорист одиночка? Или сошедший с ума? Ответы на эти вопросы нет смысла искать.

В то время, пока я разглядывал незваного гостя, он успел подойти к Василию и оглушить его ударом приклада. Вася всегда был крепким парнем, поэтому не упал без сознания, а только скривился и присел у доски. В ответ Татьяна Семеновна попыталась что-то сделать, но была молча остановлена автоматом, направленным в ее сторону.

– Повторять больше не буду, - фактически прорычал нападавший, - всем сидеть или лежать на своих местах.

Я начал постепенно обращать внимание на происходящее вокруг. Кто-то сидел в оцепенении от страха перед захватчиком, кто-то уже лежал в проеме или под партой. Паники как таковой не было, но в воздухе повисло сильное напряжение,

такое плотное, что его можно было резать ножом.

Я почувствовал, что мне страшно, однако, одна мысль резко вылила на меня ушат холодной воды. Я должен защитить Машу. Любой ценой. Не дать ей погибнуть. Так, что делать? Точно, я сегодня захватил с собой нож. Хотел похвастаться пред всеми, ведь достать его было нелегко. Нож был похож на японский вакидзаси, только намного меньше как в длине, так и ширине клинка и имел другую форму клинка, однако выглядел внушительно. А самое главное у него были ножны. Настоящие деревянные ножны, не тряпичный карман или кожаное подобие ножен, а цельнодеревянные ножны.

Но сейчас не об этом. Мои мысли были только об одном – надо незаметно достать нож и переложить его за свой пояс. Благо сумка рядом и этот террорист или не здоровый в психическом плане человек общался с математичкой. Я сунул руку в сумку и начал суетливо искать нож. В верхней части ощущались только тетради и учебники. Блин. Блин. Бл*ь.

Нервы потихоньку сдают. Рука все глубже уходит в сумку и никак не может зацепиться за спасательную соломинку. Я перевел взгляд на захватчика, потом на Машу. Она сидела под партой, закрыв глаза и прижав ладони к ушам. Держись. А ножа все нет и нет.

Ну куда же ты упал в сумке. Я уже успел пожалеть, что выбрал именно такую огромную сумку, где потерять что-то очень легко. Аааа…. Мать твою. Я почти потерял самообладание, и в последний момент нащупал что-то деревянное в сумке. Я обрадовался, но вспомнил, что с собой всегда ношу деревянную подставку под телефон. Нож, только бы это был нож.

Да, да, это был нож. Я быстро вытянул его из сумки, еще раз кинув взгляд на террориста. Он смотрит в другую сторону, отлично. Я быстрым движением руки достал инструмент и положил его за пояс так, чтобы в любой момент можно его выхватить. Немного переведя дух, после напряженного поиска ножа, я начал исследовать обстановку и готовить что-то похожее на план.

Для начала я сразу же пересел на место Маши, тем самым прикрывая её. Почувствовав движение, она открыла глаза, готовясь к худшему, но я ее успокоил жестами. Увидев меня перед собой, Маша немного успокоилась, ведь появилась какая-никакая защита в моем лице.

Что делать дальше? Мысли летали как сумасшедшие. Приходит на ум только одно – убийство. Но правильно ли я поступлю, не подставлю ли всех остальных, и, в первую очередь, Машу? Нет! Так поступать нельзя. Нож – самое крайнее средство. Неужели остается бежать? Стать приманкой, дать время для остальных. А если захватчиков несколько? Тогда опять подставлю всех и сам погибну. Не получается придумать что-то внятное. Ясно только одно – защитить Машу необходимо любой ценой.

Пока я обдумывал план, террорист заметил мои передвижения по стульям. Однако на несколько секунд был отвлечен, после чего с грозным и недовольным видом направился в мою сторону, громко при этом сказав.

– Я же сказал не двигаться, - он сверлил меня своим взглядом, - сказал или нет? Что не понятного в моих словах?

Он быстро шел ко мне, все больше и больше злясь. Я понимал, что необходимо что-то предпринять, но решение не лезло в голову.

И вот дуло автомата предстало перед моей головой.