Я хочу, чтобы...
Шрифт:
– Чего ты хочешь?
– настаивал между тем Валид.
– Стать султаном? Так скажи, я тебе и так трон достану. Какой хочешь?
– Что это ты так расщедрился?
– усмехнулся Амин, придвигая к себе остатки сладких рулетиков.
– Не нужен мне трон. Забудь.
Валид и правда притих, какое-то время молча смотрел из-под слипшейся чёлки на юношу, но потом, точно не выдержав, спросил:
– А ты знаешь, если ты загадаешь мне желание, оно исполнится.
Амин вскинул брови.
– Помня, как ты относишься к фразе “я хочу”? Я загадаю желание, ты его переиначишь, и вместо исполнения мечты у меня будет что? Хорошо, если жив останусь?
Валид
– Знаешь… твоё я бы исполнил в точности. Честно. Клянусь… чем хочешь, чтобы поклялся?
Амин удивлённо посмотрел на него. Потом потянулся, потрепал жёсткие тёмные вихры.
– Желание?
– протянул он.
– Хм… ты что, птица-хумай, чтобы их исполнять?
Валид вздрогнул, но Амин, потянувшийся за последним рулетиком, не заметил.
– Не шути с этим, - скрипнул мальчик, и юноша поперхнулся.
– И не думал, - откашлявшись, ответил он.
– Скажи лучше, ты узнал, что там с царевичем и его судьбой? Мы можем сделать хоть что-нибудь, чтобы нам дали отсюда уплыть?
– Что-нибудь - можем, - хмыкнул Валид.
– Закажи ещё эти забавные сладости, у меня в горле пересохло.
Амин со вздохом поднялся и поплёлся к хозяину полупустой по случаю раннего утра чайханы.
…- В общем, - отправляя в рот сразу горсть рулетиков, сообщил Валид.
– Царевичу, когда он родился, предсказали, что он умрёт. В десять лет. День рождения у него через две недели, а ещё ни один колдун так и не смог сказать, от чего царевич должен отправиться к Вадду, и как этого избежать. А поскольку сынок он у папочки единственный, а значит, наследник, царь очень, очень не хочет его смерти.
– Ясно, - успев всё-таки ухватить один рулетик, пока поднос не опустел, вздохнул Амин.
– И как нам узнать, что убьёт царевича?
Мальчик облизал липкие пальцы - по очереди, сосредоточенно - и только тогда соизволил ответить:
– Я, в принципе, и сейчас могу предложить парочку вариантов, но царю их, скорее всего, тоже предлагали, так что он не поверит.
– Ты же вещий, - покосился на него Амин.
– И не знаешь?
– Ну, вещий, - фыркнул Валид.
– Я вещий один, а вас, людей, много. Вы для меня как песчинки, я вас вижу, я про вас знаю, но только если пригляжусь. Мне надо увидеться с царевичем.
– То есть нам надо попасть к наследнику, - протянул Амин, - которого стерегут, как зеницу ока… Валид, у тебя есть там знакомый джин?
– А у тебя есть там знакомый убийца?
– огрызнулся мальчишка.
– Давай пацана сами прихлопнем и смоемся, тогда они точно порт откроют… через годик. Может быть.
Амин криво усмехнулся.
– Другие идеи?
Валид пожал плечами и как само собой разумеющееся сказал:
– Ты пойдёшь к царю и уговоришь его. Скажешь, что ты великий мудрец из какой-нибудь Аиши…
– Я похож на мудреца?
– рассмеялся Амин.
Валид скептично оглядел его с головы до ног.
– Побольше, чем большинство “мудрецов”, которых я встречал.
Амин вздохнул, поняв, что нечеловеческая логика иногда крепче дубовых ворот.
– А давай ты просто превратишься в старика, и тогда царь нам точно поверит, - предложил он, про себя добавив: “А если ты ему ещё что-нибудь наплетёшь про: “А при твоём предке…”.
– Превращение, - назидательно подняв грязный палец, ответил Валид, - отнимает уйму сил. Не хочу просто так их тратить… поэтому мы сейчас достанем тебе накладную бороду и объявим пророком… например… э-э-э… Вадда! О, точно, пусть эта его стерва-сестрица похихикает…
Амин,
Даже не обладая пророческими способностями, он уже давно понял: идеи Валида хорошо не заканчиваются.
По крайней мере, для людей.
***
– А при твоём предке.., - радостно бубнил Валид, уткнувшись носом в пол сбоку от Амина.
И юноше стоило огромного труда его в таком положении удерживать.
– … который был тем ещё мерзавцем…
Амин, задыхаясь от лезущей в рот накладной бороды, скрипучим “старческим” голосом желал великому солнцеликому и ясноокому царю всех благ и долгой-долгой жизни. А про себя радовался, что прижатый к полу маленький негодник не орёт на весь тронный зал.
– …баловался молодым вином, зёрнами мака и даже, сволочь, пару раз пытался ухватить меня за лапы со словами: “Ну куда же ты, прелестная птич…”
Амин, чей велеречивый, обкатанный годами “тренировок” словесный поток всё-таки иссяк, сжал шею мальчика сильнее. Валид пискнул что-то отдалённо и при хорошем воображении напоминающее вежливое обращение и зашептал уже более полезные вещи.
Так, царь, грозно взирающий на недостойного, именующего себя мудрецом из Аиши, и его сына с золотого трона на вершине пирамиды на четырёх слонах, на трёх китах… в общем, где-то под потолком - как и полагается царю - с удивлением узнал, что его младший и не так давно почивший брат на самом деле его… хм… ну да, очень любил. А что отравить пытался - ну так с кем не бывает! А виноват на самом деле садовник. Да вы сами спросите эту гни…э-э-э… этого уважаемого сайеда. Неспроста он всё время ходит в юбке выше колен и глаза подводит по-женски. И кошек любит. Нормальный мужчина, а тем более садовник никогда не любит этих тва… э-э-э… (Валид снова пискнул, но быстро зачастил дальше). А ещё духи… м-м-м-м… ветра сообщают, что засухи в этом году так и бы… э-э-э… не будет. А великий шакал Суинаби требует, чтобы крышу в храме, наконец, починили, ибо его оскорбляют сквозняки и… Дальше шла такая нецензурная фраза, что Амин не выдержал, оглянулся, а Валид умудрился даже в положении ниц пожать плечами - мол, я чего, это шакал так сказал.
Царь сдался на жалобе от духов воды о том, что река слишком грязная, а сайед водоносчик на самом деле и вовсе творит непотребное в свободное от работы время.
Амину и примолкшему Валиду задали последний вопрос: сколько у царя жён. Амин подавился вдохом - царский гарем (а жёны здесь вполне приравнивались к наложницам) назубок знали только евнухи, а уж тем более не какой-то мудрец из богами забытой Аиши…
– Двести восемьдесят три, - без запинки отрапортовал Валид - так, будто лично их ночью считал.
– Двести восемьдесят три, - повторил Амин, - о, мудрый и любимый богами…
– Двести восемьдесят две, - фыркнув, поправил стоящий на ступеньку ниже трона визирь.
– Что подводит под сомне.., - начал он, но глянул на царя и осёкся.
– Сам вчера женился, лишь бы девственницей нахаляву разжиться, чистой и красивой, - пробубнил Валид, - а ей, между прочим, всего пятнадцать! А её родителям соврал, что солдат, и нагло вылакал у них всё молодое вино. Ну прямо как папаша!
Его тихое, но назойливое бурчание перебил сам царь, подскочивший с трона, как ужаленный, и слишком поспешно для недосягаемого божества объявил, что мудрецу из Аиши позволено встретиться с царевичем и даже жить с ним - до дня рождения царевича. Но если до этого мудрец не узнает, что или кто проклял его сына…