Я - Хюррем!
Шрифт:
– Я с... Крыма, и я тебя понимаю, -спокойно ответила я, изучая ее. В наше время девочка запросто стала бы менеджером - все ухватки у нее были для этого. Честное слово, живи она в 21 веке -я не раздумывая взяла бы ее на работу! Неплохие у султана эйчары были, надо признать.
– Как тебя зовут, землячка?-вроде даже обрадовалась она.
– Александра,- настроение у меня резко поползло к нулевой отметке. Не знаю, почему именно, но знаю, что кому-то в этом гареме сегодня точно не поздоровится!
– С Крыма-а?!-хрипло прокаркало что-то сзади.
Я неспешно обернулась и, вздернув бровь, внаглую посмотрела на тетку в дорогом платье с какой-то сетчатой кастрюлей (не знаю, как еще обозвать это...) на голове. К кастрюле цеплялась длинная, черная же фата. Что ж это за Черная Вдова, простите?
Выражение моего лица тетке явно по вкусу не пришлось.
– На колени, я - мать султана!
– По мне - хоть троюродная племянница сестры его бабушки,- пожала я плечами.
– А чтобы я перед Вами на колени падала - так это еще заслужить надо.
Стоявшая рядом с Черной Вдовой aka Мамой Султана субтильная девица еле заметно дернула уголками губ. То ли презрение, рвущееся ко мне, подавила, то ли улыбку подальше загнала.
– Александр-ра!-с трудом перешла на ломанный русский, подгаженный турецким акцентом, бабуля.-Не забыффаййся!На колени!
– Бегу и падаю, спешу и надрываюсь... Вы тут только разговорами кормите?Я есть хочу, вообще-то!- нагло выдала я. Тетка опять вздрогнула. Махнула рукой куда-то в сторону Нигяр и меня, подхватив с двух сторон под белы рученьки, поволокли следом за Большой Мамочкой.
Что я могу сказать? Язык мой -враг мой...
***
Султан Сулейман после сытного обеда маялся. Не находил себе места. Его томили смутные предчувствия - неясно было только, хорошие или плохие. Даже верный Ибрагим ничем помочь не мог - да и по правде сказать, не особо-то и пытался.
У него были дела поважнее. Не далее, как пару часов назад, в гарем привезли новых рабынь, и невесть зачем его спешно позвала сама валидэ-султан. Ибрагим ломал голову, чем он мог провиниться перед матерью султана, но ответа на этот вопрос пока не нашел, и от того не находил себе места.
А тут еще Сулейман со своими предчувствиями, будь он неладен.
– Ибрагим!
– донеслось с подушек томное.
– Да, мой Повелитель?- еле слышно скрипнув зубами, откликнулся тот.
– Пойдем к валидэ!
"Будь ты неладен!,-злобно подумал Ибрагим.- Как... невовремя!"
– Как
Минут через десять оба переминались у покоев валидэ, откуда доносились взрывы дикого хохота и женские голоса. Войти им почему-то было страшно.
– Как давно я не слышал из матушкиных уст...-начал было султан, но тут двери покоев распахнулись, чуть не съездив его по лбу.
– О, сорри, не заметила, не хотела, извините, что не больно!-выпалила...
Ибрагим выпучил глаза, разглядывая девицу, столь хамски разговаривавшая с султаном. Новая рабыня? Похоже на то... Только странная какая-то!
– Хюррем! Ты куда?-донеслось из покоев.
– Вернись, непоседливая!
– Я на пять минуточек буквально, - выдохнула девица и обратилась к онемевшему султану.
– Где у вас здесь туалет?
Ибрагим не выдержал и хрюкнул в кулак -до того его поразило личико Сулеймана, потерявшего дар речи. Потом спохватился и деликатно показал пальцем направление.
– Вот ты наш чел!- дружелюбно хлопнула его по плечу девица и смылась в указанном направлении. Теперь онемели уже оба...
– Сулейман?..-боязливо донеслось из покоев валидэ.
***
Агитировали меня долго и душевно. Ибрагим – в прошлом обычный мальчик на побегушках у султана, а ныне его же Хранитель Покоев, - был у валидэ-султан, как бельмо на глазу. В связи с чем зрел в ее царственной головушке коварный план приставить к нему надежного осведомителя, желательно женского пола. То бишь –подарить красивую наложницу, которую Ибрагим от счастья великого тут же сделает своей женой, а наложница будет работать глазами и ушами Валидэ-Мамы.
Я смущалась, краснела и не очень-то старательно отнекивалась. Память о прочитанной в Википедии статье не давала мне сказать решительное «Да!», хотя идея выйти замуж без согласия супруга показалась мне весьма и весьма привлекательной – особенно после воспоминания о моей неудавшейся никаким боком личной жизни.
Валидэ подливала мне щербет, кормила лукумом и уговаривала, уговаривала… Соловьем разливалась прямо-таки.
Ход истории переломил несвоевременный позыв моего замученного циститом мочевого пузыря.
Пробурчав нечто вроде «Я сейчас, до ветру и обратно!», я резвей легкокрылой бабочки метнулась из покоев валидэ… и чуть не зашибла дверью какого-то типа.
Вообще, типов в коридоре было аж целых двое. Один – невинно ушибленный, - высокий, тощий, в белом тюрбане из псевдошелковой занавеси и с неизбывной тоской во взгляде.
Второй – крепенький, как гриб-боровичок, глазастый, смуглый и вообще полная няшка.
Няшка определенно заслуживал внимания, но позывы мочевого пузыря были в данный момент важнее.