Я, маг!
Шрифт:
– Во-первых, гонцов ко всем вассалам южной половины Владения. Пусть присылают войско. Тем, кто на севере, придется пока обороняться самостоятельно. Затем, замок подготовить к обороне, свезти продукты на случай осады. И, в-третьих, собрать мое собственное, личное войско. Набрать также несколько тысяч новых ополченцев.
– А расходы? – спросил капитан, поедая хозяина глазами.
– Казна открыта перед тобой, – махнул рукой Олав. – Но сделать все нужно в течение семи дней. Все ясно?
Последовал короткий кивок,
Владетель, оскалившись, уставился в камин, и в каждом из серых, цвета облачного неба зрачков ожил свой огневик, брызжущий багровыми искрами страха и ярости.
Новый владелец замка Жахх оказался неглуп, предать не пытался, во всем слушался приказов нового Владетеля. Полностью Харальд ему, конечно, не доверял, но и удара в спину не опасался. Ездил теперь в сопровождении десятка охранников и куда более походил на Владетеля, чем восемь дней назад, в момент уничтожения Барлета.
За прошедшее время удалось добраться еще до одного замка, хозяин которого, родовитый Гисли фон Орни, лично вышел приветствовать нового повелителя. Под пение труб Харальд вошел в пределы замка, где тем же вечером получил от его хозяина вассальную присягу.
Замок Орни Владетель решил сделать резиденцией на ближайшее время. Собственноручно созданное строение далеко, а Жахх – плохо укреплен, осады не выдержит. Здесь же, за толстыми стенами, в окружении многочисленного войска, под флагом с белой орлиной головой на синем поле он чувствовал себя уверенно. А в том, что предстоит выдержать осаду, не сомневался.
Но все вышло иначе. На пятый день пребывания в Орни к стенам замка явилась целая процессия. Несколько десятков всадников, все с оружием, но без доспехов, и одеты не для боя.
– Это еще что такое? – спросил Владетель у Гисли. Они стояли на вершине надвратной башни и рассматривали приехавших.
– Это мои соседи, – ответил Гисли, довольно осклабившись. – Приехали присягнуть новому повелителю.
– А откуда они обо мне узнали?
– Я им сообщил. – Фон Орни клекочуще рассмеялся.
Лицо родовитого светилось довольством, он явно радовался своей удачной идее.
– И что, они так легко бросили своего сеньора и переметнулись ко мне? – удивился Харальд. – Может, они тогда и от меня отвернутся столь же скоро?
– Ну нет. – Гисли смутился. – Владетель Олав – очень плохой сеньор. Многих родовитых он истребил за малейшие подозрения, а замки и земли забрал себе. И, кроме того, вы ведь обещали снизить выплаты.
– Что же, верно, – сквозь зубы ответил Харальд, разглядывая пеструю толпу родовитых, что красовались гербовыми щитами и туниками.
Битый час пришлось стоять на возвышении, выслушивая присягу каждого из родовитых, запоминая местоположение его замка и количество воинов.
Свенельд прогуливался около дома, как всегда на закате, готовясь к ночному отдыху, когда примчался гонец, один из немногих, кому разрешено посещать Владетеля в любое время дня и ночи. Смирив шаг, как и положено, проехал он извилистой тропкой среди исполинских дубов, но лошадь его была вся в мыле, а одежду покрывали потеки грязи.
– Что такое? – спросил Владетель, когда гонец, спешившись, преклонил голову.
– Важные известия, господин, – не поднимая глаз, начал посланник. – На Олава с севера напал некий маг, которого зовут Харальд. Он называет себя Белым Владетелем и уже захватил несколько замков.
– С севера? – Свенельд поднял брови. – Странно.
Он завел лазутчиков в соседних Владениях многие годы назад, и с тех пор ни разу не было, чтобы хорошо оплачиваемые люди его подводили. О готовящемся восстании родовитых он не знал заранее лишь потому, что считал глупым шпионить в собственных землях. Ошибка дорого обошлась.
Но на этот раз сведения казались слишком странными, чтобы поверить им сразу. С дальнего северо-востока, с земель, где никто не живет, за исключением небольшого количества свободных крестьян, постоянно трясущихся в страхе за свою жизнь, явился маг, претендующий на звание Владетеля. Невероятно!
– Что еще? – спросил Свенельд после некоторого размышления.
– Владетель Олав собирает войска у своего замка, а его противник, к которому переметнулась часть родовитых, у замка Орни. Это все, что я должен передать.
– Ты свободен, – кивнул Владетель. – Награду получишь сам знаешь где.
Гонец поклонился и вспрыгнул в седло.
Стук копыт стих за деревьями, и Свенельд побрел к дому, бормоча на ходу: «Харальд, Харальд, где-то я слышал это имя...»
В дом он входить не стал, обошел строение кругом и оказался под сенью трех огромных дубов, настоящих великанов. Здесь стоял запах молодой зелени, да такой сильный, что хотелось чихать, а свет, проникая через плотную листву, делался зеленоватым, причудливо искажая цвета.
У самой земли деревья срастались, образуя единое целое, и тут между их мощными телами находилось нечто, что Свенельд привык называть Купелью Видений. Именно это название появилось у него, тогда молодого еще человека, в голове, когда более трех десятков лет назад он, не иначе как по милости богов, отыскал это место и научился им пользоваться. Именно с помощью Купели он стал Владетелем.
Он боялся даже представить, сколько лет дубам и самой Купели, и обращался к ней в редких, исключительных случаях, и всегда с немалым душевным трепетом.