Я - обычный
Шрифт:
— Где этот план взять?
— Да хоть на стенке в коридоре, где про пожарную безопасность. Этажи разные, а расположение помещений однотипное, так что особого труда не составит.
— Ну, смотри, жиртрест, — тут я сделал максимально кровожадное лицо. Вроде бы получилось, так как профессор, и без того бледный будто мел, приобрел оттенок синевы. — Если соврал, хоть на слово, не завидую, а сейчас вдумчиво так показываешь, что и где, и сидишь в уголке, не отсвечивая. Вернемся за тобой мы в любом случае, а вот зачем, поймешь уже по приходу.
Еще пять минут ушло на составление планов. Синицын, как мог точно,
— Основной пост через два поворота, — пояснил я, сверяясь с заметками.
— Бркхрррр, — это Басурман, трусит рядом и то и дело ворочает башкой.
— Денис? Где тебя черти носят?
— Задержался. — Маликов выскочил из операционной самый последний, потирая ладони и ехидно улыбаясь. — Мы вроде бы убивать толстяка сначала хотели, а потом решили повременить?
— Ну да, — подтвердил я. — Отправить его на тот свет мы всегда успеем, а в этой гнилой черепушке может храниться масса полезной нам информации. Если не найдем добровольца из подневольных научных работников, придется брать эту тварь с собой.
— Оптимист ты, — улыбнулся Денис. — Думаешь, выберемся?
— И выберемся, и хабара с собой возьмем. — Кивнул я уверенно. Бронежилет с Марика снимать не стал, заляпанный кровью он полностью пришел в негодность, с эстетической точки зрения, а вот оружием обзавестись получилось. В наследство мне достался старенький, но вполне комфортный АКСУ с двумя рожками патронов, который я тут же перевел на одиночную стрельбу и ИЖ, новенький, чуть ли не в масле. Видимо достался бывшему шпиону со складов временного хранения, где уйму времени пролежал в солидоле и промасленной бумаге. В бытность моей службы в армии, куда я загремел сразу после института, видел я такие экземпляры на складе РАВ, только там были настоящие токаревы, с меньшим количеством патронов в обойме.
— Жалко форму испоганили, — покачал я головой, собирая трофеи. — Оделся бы да пошел авангардом. Всяко, не так приметно, как наши комбезы.
— Комбезы ты оставь, — отмахнулся Маликов, — на Басурмана вон лучше посмотри. Его во что не ряди, за местного жителя вряд ли выдать получится.
Позади нас послышалось прерывистое частое харканье. Похоже, мутант смеялся.
— Значит так, — обернулся я к своему маленькому отряду. — Народ в караулке в ус не дует. Находятся они глубоко под землей и сидят здесь разве что для галочки, иначе как объяснить тот факт, что наш марш по коридору до сих пор не вызвал тревоги.
— Спят, небось, — предложил Маликов.
— Пусть спят, — улыбнулся я. — Умирать во сне менее болезненно.
— Ты и их хочешь убить?
— Денис, —
— Стрелять так, стрелять, — пожал плечами Денис. — Я же не против, я так спрашиваю, чтобы разобраться.
— Разобрался?
— Вполне.
— Тогда продолжим. Я иду вперед. Вы ждете, как только они начнут выскакивать из караулки, кладете их на землю. Любым доступным для вас способом.
— Способ найдем, — решительно закивал Маликов, сжимая в руках автомат. — Мы с Басурманов почти сработались. Я включаю дурака, он завершает.
Караулка нашего этажа на поверку оказалась стеклянной будкой, четыре на шесть, не больше, в которой, за столом, двое в черной форме, азартно резались в карты, не обращая, ни малейшего внимания на то, что происходило за их спинами. Рация вольготно валялась на пульте, автоматы так же были отставлены в сторону.
— Совсем расслабились, — покачал я головой, прячась за угол. — Таких взять будет проще пареной репы. Тут главное что, чтобы тревогу раньше времени не подняли, а то набегут черные тараканы, тапок не хватит.
Действовать надо было быстро, стремительно, в темпе десантно-штурмовой бригады, но никто такими навыками не обладал, будь то Басурман, с его невероятной силой и ловкостью, или я, псевдо-супергерой, о способностях которого можно было судить только по рассказам Синицына, которому я ни на грош не верил.
— Импровизировать? — Предложил Маликов. — Их двое, нас трое.
— Хорошо, — кивнул я. — Действуем, как договаривались.
Решив все-таки взять с собой оружие, я повесил автомат на шею, шагнул за угол и уверенной походкой направился в сторону стеклянного стакана, где за маленьким квадратным столом бушевали нешуточные карточные страсти.
Сердце вновь забухало, стараясь вырваться из грудной клетки, ладони покрылись испариной. Краски вновь стали яркими, запахи отчетливыми, звуки громкими. Водопад ощущений, вдруг обрушившийся на меня, заставил на секунду замедлить ход, но быстро совладав с собой и придав лицу все тоже невозмутимое выражения человека привыкшего разгуливать по секретным бункерам с автоматом на шее, я вновь зашагал по мягкому покрытию пола.
Вторая волна ощущений накрыла меня в метрах десяти от цели. Картинка, до этого казавшаяся мне целостной, вдруг разбилась в причудливую цветастую мозаику и тут же принялась выстраиваться заново.
Двое в караулке, играют в карты.
Оба бывшие спортсмены, судя по фигурам — тяжелоатлеты. Один левша, тот, что дальний. Судя по хвату карт, повреждено сухожилие. Второй имеет травму спины, сидит, откинувшись, стараясь разгрузить больной позвоночник. Служба в армии присутствует, но не в спецвойсках, это точно. Наколки на предплечье одного, скинул китель и сейчас сидит в тельнике, и второго на запястье, ярко свидетельствуют в пользу моей версии. Спецы себе такого не позволяют, не принято у них. И вот я, мандражирующий и икающий, доселе приближавшийся к двум штучным убийцам, оказался в компании пары спортсменов-инвалидов, большой массы, но малого умения.