Я, оперуполномоченный
Шрифт:
– Ювелирный.
Стёпа присвистнул.
– Каждый день мимо него проезжаю, – торопливо стал объяснять Егор. – Троллейбус мой останавливается прямо напротив их витрины. Витрина огромная, сквозь стекло всё внутри видно: где какие прилавки, где какие лоточки. Словом, поглядел я на это дело и решил, что надо брать.
– Ну ты и шустрый, Фомин, – Стёпа неуверенно покачал головой.
– А что? Думаешь, трудно? Там всё из стекла. Подойду, шмякну фомкой, ссыплю всё в сумку и дам дёру, – запальчиво сказал Егор.
– Сразу видно, что ты человек, далёкий от таких дел.
– Чего это видно?
– Если бы всё так просто решалось, то магазины бы каждый
– Да я уж присмотрелся.
– Из троллейбуса? – Стёпа засмеялся, и смех его оскорбил Егора.
– Зря ты зубы скалишь.
– Да ты не дуйся, Фомин. Я просто над неопытностью твоей…
– Сейчас неопытен, но со временем наберусь чего надо…
– Значит, решил твёрдо? Что ж, тогда так: раз ты подписываешь меня на это дело, то я схожу поглядеть на твой магазин. А после покумекаем… Выпить хочешь?
Егор сглотнул.
– Наливай, – кивнул он. Трудный разговор состоялся.
После очередного совещания Иванов попросил задержаться группу Максимова.
– Вот что, братцы. Во 2-м отделе у Семёнова есть очень важная информация о готовящемся ограблении ювелирного магазина. Начальник МУРа поручил нам заняться этим делом. Поэтому переговорите с Семёновым. Он вам передаст всю информацию, а вы подготовьте план её реализации. План доложите мне…
Коля Семёнов сидел в своём кабинете, низко склонившись над столом, и что-то негромко, но очень внушительно объяснял кому-то по телефону. Увидев Максимова и его сотрудников, Семёнов торопливым жестом указал на стулья и проговорил в трубку:
– И чтобы этой муры я от тебя больше не слышал! Не для того мы работаем, чтобы допускать подобное! Всё… Завтра вернёмся к этому вопросу…
Он бросил трубку на рычаг и вздохнул.
– Да-с… – произнёс он задумчиво и потёр висок. Затем поднялся и пожал всем руку. – Привет!
– И тебе того же, – ответил Максимов. – Шеф сказал, что у тебя для нас что-то есть. Выкладывай.
– Мне вчера мой человечек информацию слил, – начал Семёнов. – Взбрело в голову одному пареньку долбануть ювелирный магазин. Думал он про это, думал и в конце концов решил взять кого-нибудь в помощники, потому как в одиночку ему стрёмно на это идти. И притопал прямо к моему агенту…
– Братцы, – Веселов потянулся, откинувшись на спинку стула, и крякнул, – а ведь уже настоящая весна. Теплынь какая!
– Почки на деревьях начинают пробиваться, – добавил Максимов.
– Сегодня видел нескольких девчонок в совсем лёгкой одёжке. Чёрт возьми, откуда они вдруг берутся по весне? Откуда вдруг вылезают такие?
– Какие? – уточнил Смеляков.
– Хорошенькие, – аппетитно произнёс Веселов. – Зимой таких не увидишь, хоть все глаза прогляди. А сейчас на каждом повороте взгляд цепляется за какую-нибудь куколку. Вот деревья стояли голые и непривлекательные, а тут начали зеленеть, хорошеть, и с женщинами такое же чудо происходит. Весной они охренительно хорошеют. Прямо-таки дух захватывает.
– Это в тебе гормоны говорят, – прокомментировал Виктор.
– Не гормоны, а любовь к жизни! – парировал Весе-лов. – А жизнь откуда берётся? От женщин, старик. В этом мире всё идёт от женщин. Помните, как в том анекдоте? «Я сегодня подрался из-за любимой женщины», – рассказывает мужик. «С кем?» – спрашивает приятель. «С женой!..» Да, из-за них, братцы, мы совершаем подвиги, из-за них делаем глупости… Возьми хотя бы этого художника.
– Какого художника? –
– Ну которого вчера грабанули в центре Москвы, – напомнил Веселов, – брильянтовое колье у него забрали. В сводке сегодня об этом было…
– И при чём тут художник?
– Деньги ему нужны были. Тоже небось для женщины. Чтобы цветами её осыпать…
– Можно подумать, что все преступления из-за женщин, – вступил в разговор после долгого молчания Максимов. – Кстати, разбой этот – ЧП высшей пробы! В самом центре Москвы!
Речь шла о том, что некий художник Колосов решил продать брильянтовое колье старинной работы и даже нашёл покупателя (какого-то азербайджанца), но боялся идти на встречу с ним один. Возможно, Колосов подозревал что-то или не доверял до конца покупателю. Так как он был в приятельских отношениях со своим участковым милиционером, то пошёл к нему и попросил его поехать на встречу вместе. «Понимаешь, деньги-то большие, боюсь я, – объяснил Колосов. – Да и не умею я продавать драгоценности. Может, поможешь? Поедешь со мной? Я тебя отблагодарю, Володя». Участковый Владимир Лугов поначалу упрямился, но Колосов всё-таки уговорил его, нажимая на то, что «настоящие мужики не бросают друзей в беде». Лугов согласился, хотя понимал, что фактически совершает должностное преступление. То ли Колосов слишком большие деньги пообещал ему, то ли та самая «дружба» сыграла свою роковую роль. Но так или иначе они отправились на встречу с азербайджанцем на личном «жигулёнке» Лугова. Вдобавок участковый ещё и табельное оружие прихватил…
На условленном месте к ним в машину подсел покупатель-азербайджанец, но не успели они ничего даже обговорить, как возле них резко остановилась «Волга» и оттуда выскочили два человека. «Уголовный розыск! Документы! Быстро!» – один из них показал удостоверение. Они скрутили покупателя, объявив ему, что он задержан за проведение незаконной сделки, и тут же поволокли его в «Волгу». Колосов потерял дар речи и был не в силах произнести ни слова. Лугов же полез за своим удостоверением: «Ребята, в чём дело? Я сотрудник милиции! Куда вы тащите его?» В ответ раздалась грубая брань: «Не рыпайся, козёл! Не срывай операцию, не то начальство твоё тебе яйца оторвёт». Всё развивалось настолько стремительно, что он сразу обстановку не оценил. Зато когда «Волга» рванула с места, он вдруг понял, что это произошёл самый настоящий налёт.
Лугов вытащил пистолет, выстрелил им вслед, но они скрылись.
Позже он сказал: «Головой ручаюсь, что один из тех налётчиков – действующий сотрудник угрозыска либо раньше работал в розыске». На вопрос: «Почему?» – участковый ответил: «Манера поведения, то, как удостоверение показывает… Не объяснить такие вещи. Но я убеждён. Потому-то я и купился. Если бы это были не менты, я бы их раскусил. Глаз у меня намётанный».
– Да, история, – сокрушённо покачал головой Смеляков, вспомнив утреннюю сводку.
– Интересно, а что бы Лугов сделал, если бы не купился на их ксиву? – задумчиво спросил Максимов. – Сунул бы им ствол в лицо сразу? Стрелял бы?.. Нет, в такой обстановке сразу не сообразишь. Вот если бы ждали кого, комбинацию разработали, тогда можно и на курок нажать. А тут ничего бы он не сделал… Ну показалось ему, что они не настоящие менты, и что? Ведь только показалось! Доказательств никаких!.. А ведь история дурно пахнет.
– Ещё как дурно, – согласился Семёнов. – Если там на самом деле кто-то из милиции подвизался, то в нашей конторе полетит ещё не одна голова. И всё это пойдёт в копилку чекистам. Они нас с говном сожрут.