Я полечу
Шрифт:
Мы спустились в гардероб, и Александр со старомодной учтивостью подал мне пальто. Я зарделась от удовольствия. Папа всегда подавал маме пальто, а потом приобнимал ее. На физ-мате парни редко отличались галантностью – их головы были набиты формулами, и на этикет не оставалось моральных сил. А мне хотелось порой ощутить себя девочкой-девочкой, и Александр дал мне это ощущение.
Мы мило побродили по аллеям, а потом он проводил меня на автобус. Я не стала говорить ему, что живу в общем-то недалеко от училища, зато внимательно слушала его рассказы о практике. Уже заметила, что
Перед расставанием, мы с ним договорились о новой встрече, и, пожалуй, я была не против продолжить приятное знакомство.
Глава 3
Дни бежали быстро. Лекции, семинары, симуляции полета на тренажерах… Незаметно подкралась сессия и новогодние праздники. Город украсился огнями, в магазинах толпились люди, и в воздухе чувствовалось что-то сказочное и волшебное.
Машка ныла и стонала, но лихо бегала по магазинам, готовя праздничный стол. Я тоже вносила свою лепту – быстро дописывала рефераты и курсовики со свой подработки, чтобы получить деньги и сделать подруге и Александру хорошие подарки. Денег со стипендии в летном училище маловато…
Мы с Сашей начали встречаться. Пока неофициально. Единственная попытка сблизиться закончилась провалом. Привести мужчину в нашу однушку я не могла, и когда я это объяснила, Александр пригласил меня домой, в свою холостяцкую квартиру.
Оказывается, у него была своя студия в новостройке. Добравшись до его этажа на лифте, мы вышли. И Саша начал открывать большую металлическую дверь.
Я осторожно переступила порог. Говорят, жилище – отражение характера хозяина. Не знаю, что я ожидала увидеть, все же мы были мало знакомы с Александром. Да и обстоятельства. В нашей квартире тетушка Маши запрещала делать ремонт, потому что «старым вещам сносу нет».
Поэтому робко заглядывая в единственную комнату, я ждала нового кусочка пазла, раскрывающего характер приятного мне мужчины.
Изумление пополам со смехом – вот что мне пришлось тщательно скрывать, чтобы не обидеть хозяина дома.
Прихожая была обычная – встроенный шкаф-кладовка с вешалками и чехлом для формы. Светлый линолеум, фактурная штукатурка на стенах, простейшие светильники под натяжным потолком.
А вот дальше было интереснее. Слева была кухонная зона. Туда Саша двинулся первым делом – чтобы ополоснуть руки, и поставить пакет с пиццей, которую мы купили по дороге.
Банка с растворимым кофе на столе возле электрического чайника. Тяжелые бокалы для виски на сушилке. Бутылочки с алкоголем за стеклянной дверцей навороченного бара. Знакомые бутылочки! Точно такие предлагают пассажирам первого класса.
Я не стала заострять внимание – заглянула в ванную, чтобы вымыть руки. Здесь все было просто – пена для бритья, гель-шампунь, зубная паста и щетка. Одна.
Что ж, наверное, можно заглянуть в комнату. Я вышла из-за декоративной перегородки, отделяющей кухню и закусила губу, чтобы не засмеяться в голос – дальний угол комнаты полностью занимал матрас! Огромный, двуспальный, накрытый
На стене висела почти двухметровая плазма. На полу, выстланном ковролином, валялись кресла-подушки. Тут же стояла навороченная игровая консоль. Стеклянный кофейный столик со следами от кружек дополнял картину «мужского минимализма».
– Вина? – учтивый Александр сразу взял быка за рога.
Я итак с ним вела себя очень открыто, а уж после бокала горячительного, точно стану более разговорчивой. Он так смотрит, с легкой улыбкой, что хочется кокетливо улыбнуться в ответ и рассказать все-все. Но я не торопилась. Мне было любопытно – был ли на самом деле с кем-то спор по поводу меня? Очень уж многозначительно поглядывали на нашу пару его однокурсники в коридорах. Так что мысли возникли не на пустом месте.
– Да, – улыбнулась ему, и обвела комнату взглядом, размышляя, куда бы присесть.
Взяв два фужера, бутылку красного и штопор, он поставил все на стеклянный журнальный столик. Я же переминалась с ноги на ногу, сесть было некуда, кроме как на надувной матрас или на валяющиеся на полу кресла-подушки.
– Присаживайся, – указал он на матрас.
Мне ничего не осталось, кроме как сделать то, что Саша попросил. С другой стороны, ну а куда еще, собственно, садиться? Кресла-подушки были слишком маленькие.
Открыв бутылку вина штопором, он наполнил мой фужер, а потом и свой.
Сделав глоток, я вновь окинула взглядом квартиру. Холостяцкая берлога – вот теперь я наконец поняла значение этого определения!
Вино оказалось очень вкусным, хотя я и не знаток. Впрочем, с Машей мы иногда любили пригубить что-то игристое, но так, чисто ради настроения, а не чтобы отключиться или начать буянить.
Взяв из моих рук бокал, Саша поставил его на столик. Повисла неловкая пауза. Я все поняла… поняла, что он хочет сделать. Он желает меня поцеловать. Только вот не знаю, готова ли я к этому. Да, мы встречаемся и уже целовались ни один раз. Но не в такой обстановке, которая всем своим видом намекала на интим!
Не знаю, как произошло следующее, ведь это было так быстро, что я толком ничего не успела сообразить, но Саша повалил меня на матрас, который от его порыва пару раз судорожно дернулся, потом издал протяжное: «Пууууу» и начал сдуваться.
Высокий, упругий и лоснящийся шелковым бельем матрас перекосился и как-то быстро стал уменьшаться в размерах. Мы сползли на ковролин. Я начала смеяться так, как никогда в жизни. Какая уж тут романтика?
– Извини, этого я точно не мог ожидать! – Саша подал мне руку, помогая встать.
– Да ничего! Это знак свыше, что мы слишком торопим события, – произнесла я гордо и пошла к выходу.
– Лиза, ну куда ты? – он перегородил мне дорогу.
– Домой… Завтра рано на занятия, – отвела глаза, было как-то неловко на него смотреть.
– Из-за матраса? – он так крепко держал меня за руку, видимо, боясь, что я убегу, сверкая пятками, что у меня даже заболело запястье.
– Нет, не из-за матраса… Мне кажется… – произнесла и зависла.
Даже не представляю, как это сказать!